Страница 3 из 5
– Это улучшенная формула. Авторский рецепт Снейпа, – отозвался Драко, забирая у нее банку и открывая крышку. – Дай посмотреть, что с твоей спиной.
Гермиона подняла бровь, думая, что ослышалась, но Малфой все также стоял, невозмутимо глядя на нее, и, судя по всему, собрался не просто поглазеть на ее синяк, но и помочь нанести мазь. Похоже, демиург сегодня пьян, раз так шутит с ее жизнью.
– Ну же, Грейнджер, я ведь тебя не грудь прошу показать, – закатил глаза Драко. – Просто приподними свитер. Или ты думаешь, я в моем возрасте женских поясниц не видел?
– А мужских? – выпалила Гермиона, и тут же зажмурилась. Черт, шила в мешке не утаишь, как и вопрос про ориентацию в современном мире. Чтобы скрыть смущение, она повернулась и, приподняв краешек свитера, продемонстрировала ему огромный, пока еще бледный синяк внизу на левом боку.
– И мужских тоже, – спокойно ответил Малфой, осторожно касаясь пальцами ушибленного места. – При моей работе чего только не насмотришься иногда. Хотя у авроров все же случаи гораздо веселее бывают.
Уверенной рукой он нанес мазь на синяк и принялся растирать ее по коже, стараясь не причинять лишней боли. Поясница тут же нагрелась, а через несколько минут приятное тепло сменилось легким холодком.
– Откуда у тебя мазь по авторскому рецепту Снейпа? – спросила Гермиона, втайне наслаждаясь осторожными, почти ласковыми прикосновениями мужских пальцев. Когда в последний раз ее трогал другой человек? Рукопожатия на работе не в счет. Наверно, только когда ей лечили в Мунго разодранную чизпурфлом руку. Обнаружив этого вредителя в туалете, куда она не взяла с собой палочку, Гермиона тогда подралась с ним без магии и немного пострадала, хотя следовало просто вызвать ребят из сектора по борьбе с домашними вредителями, а не играть в героя-победителя волшебных крабов.
– Снейп сам мне ее и прислал, – ответил Малфой, аккуратно оттянув краешек ее джинсов и скользнув пальцами чуть ниже за их кромку, чтобы разнести мазь дальше. – Он ведь мой крестный. От него не дождешься дружеских бесед у камина за стаканчиком Огневиски и открыток на день рождения. Зато он исправно шлет мне свежесваренные зелья превосходного качества. Так выглядит забота о крестнике с его точки зрения, а я и не возражаю. В конце концов, его снадобьям всегда можно найти применение, и иногда довольно… интересное, – завершил он, целомудренно опуская свитер Гермионы на место и проходя к мойке, чтобы вымыть руки.
– Хм, и сколько наивных девушек уже вляпалось в эту медовую субстанцию, поверив твоим байкам про супер-инновации и мгновенное избавление от боли? – поинтересовалась Гермиона, рассматривая банку с мазью на свет. Хотя она чувствовала, что Драко не соврал, и спине мгновенно стало легче.
– Ты первая оказалась столь наивной, – нахально усмехнулся Малфой, садясь напротив нее и делая глоток уже остывшего кофе из своей кружки.
– Ах так! – надула губы Гермиона.
– На самом деле, Снейп действительно сейчас с головой ушел в зельеварение, так что слова про авторский рецепт не байки, – задумчиво отозвался Драко, будто вспоминая что-то. – Кажется, преподавание в Хогвартсе лишь тормозило его талант зельевара, который теперь, наконец, раскрылся в полной мере.
– А где сейчас Снейп? – полюбопытствовала Гермиона. Она только недавно вспоминала его, и вот ей предоставилась возможность узнать, как сложилась судьба бывшего слизеринского декана. Вдруг Невилл будет рад услышать новости о нем. Ну или так испугается, что не обратит внимание на отсутствие подарка.
– В России, – ответил Драко, загадочно усмехнувшись. – Нашел, наконец, свою судьбу. Живет там с какой-то девушкой. Изучает лечебные свойства прополиса и подорожника, варит зелья… Кажется, он вполне доволен жизнью и… счастлив, если это слово вообще можно применить к Снейпу.
– Ну хоть кто-то счастлив, – улыбнулась Гермиона и вдруг поймала на себе странный взгляд Драко. Не успела она понять, что это может значить, как Малфой сменил тему, начав расспрашивать ее о последнем совещании у Кингсли, которое он пропустил. Устроившись поудобнее на узком диванчике, Гермиона принялась рассказывать, наблюдая, как ловко он варит вторую порцию кофе. И через два часа вдруг поняла, что до сих пор сидит на кухне Драко, забыв о времени, и увлеченно спорит с ним о законопроекте, который сейчас усиленно продвигался в Министерстве радикально настроенной оппозицией и был призван ужесточить Статут о секретности.
– Ты бы слышал, что говорил Дженкинс на утренней планерке у Кингсли! Той самой, на которую ты ленишься ходить и посылаешь отдуваться своего заместителя! Хоть бы раз пришел и послушал, что он там несет, прежде чем считать его доводы вразумительными! – вспылила Гермиона и вдруг вскочила с места. – А я тебе сейчас покажу!
– Это угроза, Грейнджер? – насмешливо спросил Драко, расслабленно болтающий кружкой с остатками молока на донышке. – Мне достать палочку?
– Это ты мне тут не угрожай своей… палочкой-ковырялочкой! Ну-ка вставай и пошли! – она уже была в дверях и нетерпеливо обернулась на не торопящегося подниматься Малфоя. – У меня дома есть протокол планерки! И я тебе его сейчас покажу! Пошли! Ну же!
– Хорошо, – наконец сдался Драко и позволил утащить себя в коридор, где Гермиона уже хватала с вешалки свое пальто, безумно сверкая глазами.
– Можешь не одеваться, – махнула рукой она, заклинанием призывая из гостиной свои пакеты с подарками. – В моей квартире антитрангрессионное поле есть везде, кроме прихожей, так что мы перенесемся сразу туда, и на улицу выходить не придется. А еще…
– Что? – не смог сдержать улыбку Драко, глядя на ее горящее энтузиазмом лицо.
– А еще у меня есть винишко! – радостно возвестила Грейнджер и, схватив его руку, утянула за собой в трангрессию.
Оказавшись дома, теперь Гермиона бросила Малфоя растерянно озираться по сторонам и, запихнув злополучные пакеты в кладовку, унеслась на кухню, чтобы мгновение спустя бодро начать греметь там стаканами.
– У тебя мило, – резюмировал Драко, остановившись в дверях и оглядывая крохотное помещение, в котором с трудом помещались стол и холодильник.
– Спасибо, – отозвалась Гермиона, ища штопор. – Принеси пока протокол, пожалуйста. Он в спальне в тумбочке. Что? – спросила она, увидев насмешливый взгляд Драко. – Отличное чтиво на сон грядущий, усыпляет за пять минут, работает мгновенно и безотказно, готова поспорить, что даже лучше усовершенствованных снотворных зелий Снейпа!
– Поверю на слово, – с сомнением отозвался Малфой, но тем не менее послушно направился в спальню.
Гермиона с победным воплем выудила наконец из кучи кухонного хлама штопор, достала из холодильника бутылку вина и, ставя ее на стол, вдруг сообразила, что Драко подозрительно долго возится в спальне.
– Малфой, учти, если ты там примеряешь мои трусики, я тебе их… – поток слов резко оборвался, а все мысли вылетели из головы, когда, влетев в спальню, Гермиона увидела ошалевшего Драко, держащего в вытянутой руке большую розовую коробку с огромной надписью «Супер трахозверь 3000: твой путь к улету без залетов!».
Малфой перевел на нее ошеломленный взгляд и аккуратно, не делая резких движений, поставил коробку на тумбочку, будто опасаясь, что «трахозверь» сейчас выскочит и начнет выполнять свои непосредственные задачи на первом же встречном. Затем Драко сделал два осторожных шага назад и снова посмотрел на Гермиону, поочередно краснеющую от стыда, бледнеющую от ужаса и зеленеющую от злости на саму себя, что так необдуманно отправила Малфоя рыться в тумбочке, где рядом с протоколом планерки коварно притаился «трахозверь».
– Грейнджер…
– Что-о-о? – простонала Гермиона, закрывая лицо руками и желая провалиться на этом самом месте. Желательно вместе со злополучным вибратором, чтобы сразу уничтожить все улики. – Сказать, что это подарок для Долгопупса, не прокатит, да? И просить тебя наложить на самого себя Обливиэйт тоже? – приглушенно спросила она из-за плотно сомкнутых пальцев.