Страница 95 из 100
- А зря, - Кайт встал с кресла, подошел ко мне поближе. – Считай это местью за то, что ты меня отправил в гибернацию на две тысячи лет. Думал, я так просто приведу тебя к Эдему? Твоя память тебя же подвела. Перестарался чуток.
Я попытался сконцентрироваться на своих чувствах, но кроме ледяной пустоты ничего не ощущал. Да и тела у меня не могло быть в физическом плане, это все иллюзия. А вот настоящий ли Кайт?
- Скажи, я ведь в этот раз не возвышался? – выдавил из себя, голос заметно осип.
- Что ты бормочешь? – Кайт придвинулся еще ближе, склонился надо мной. – Возвысился ли ты? Нет, конечно. С чего бы?
Именно это мне и нужно было узнать. Наша встреча могла произойти лишь в двух случаях, и первый из них оказался не верным.
Я вдруг почувствовал, как внутри меня холодная пустота стала уплотняться, сворачиваясь в тяжелый кусок льда. Настолько тяжелый, что был способен смещать со своих орбит небольшие космические тела. Ему нужна была энергия в любом виде, и остановить процесс уже никто не смог бы.
Что это? Частица Айзека, доставшаяся мне по наследству? Или я сам смог это сделать, когда осознал происходящее? Да, не важно.
Кайт начал расплываться, словно акварельный рисунок под струей воды. Он дернулся было, чтобы отскочить, но мое притяжение держало мертвой хваткой. Его затягивало внутрь меня, закручивало, будто мокрую простыню. Он сочился энергией, пытаясь вырваться, однако все уходило только в одном направлении – в глыбу льда у меня в животе. Все-таки зря он сошел до моего уровня, это было его ошибкой. Впрочем, выбора у него не оставалось, разве что молча самому проводить в Эдем.
- Твоя память еще хуже, - сказал я, хватая руками размытый силуэт. Откуда-то пришло понимание, что произойдет дальше. Это уже было, тысячи лет назад. И я ощутил, как лед внутри начал менять структуру, становясь сродни керамике. Затем форма вытянулась, напоминая амфору.
- Я хорошо помню! – заорал Кайт, и выплеснул столько энергии, что меня отшвырнуло потоком. Я просто не успел ее впитать.
- Тогда скажи, как ты возвысился! – потребовал я, хотя ответ уже знал. Память Айзека медленно просыпалась, но пока не имела целостности. Его мир виделся только рваными клочками.
- Это эволюция, - все же ответил Кайт. – Когда жизнь не имеет ограничения по времени и ты четко знаешь, в каком направлении развиваться. Все просто.
Надо же, для него просто. Только забыл сказать самое важное. А для меня сейчас было важно не дать ему уйти из созданного им же пузыря. Пока он в низшей форме и уязвим.
- А еще за Лотбера ответишь, - сказал я, вновь потянув в себя энергию. Амфора почти сформировалась и емкость ее порядком увеличилась. – Ты убил его!
-Ты так ничего и не понял? – удивленно спросил Кайт, всеми силами удерживаясь за оболочку пузыря. – И Айкельм не сказал? Вот ведь… Лотбер окончательно возвысился, перейдя на следующий слой. Не без моей помощи, конечно. В вашем тандеме он был доминирующим звеном, и твой слепок сущности остался. Так всегда происходит при возвышении. Сильный переходит за счет слабого, забирая у него весь потенциал. Ты теперь всего лишь огрызок.
- Огрызок?! – я до предела увеличил силу притяжения, так что вместе с Кайтом стал сворачиваться сам пузырь. – Тогда кто из вас двоих остался? Оригинал или копия? Кто ты есть? Кто?
- Это уже не важно, Айзек, - Кайт потерял свои очертания, превратившись в нечто бесформенное. Его было уже не различить в бушующем вокруг пестром вихре. Но голос продолжал звучать: - Мы были равны, и разошлись с одинаковым потенциалом. А ты нет. Потому что ты копия копии. Знаешь, в той машине ты тоже был с нами, на заднем сидении. Только тебе не повезло. Сквозь пространственную дыру прошла лишь передняя половина транспорта, и вместе с ней твоя голова с частью левого плеча. Это все, что осталось от оригинала. Отец не смог бросить эти останки, так и вошел в ворота Эдема, весь перемазанный кровью, держа на руках фрагмент тела любимого Айзека.
Я не мог понять, как Кайт до сих пор еще держался. Лохмотья пузыря метались вокруг меня, с каждым движением приближаясь к амфоре. Там накопилось уже столько энергии, что хватило бы на десяток тысяч лет гибернации. Оставалось только захватить главный объект.
И в следующий миг все исчезло. Я снова сидел в кресле возле камина, напротив – целый и невредимый Кайт. И даже улыбался.
- Какой же ты упрямый, - покачал он головой. – Твоя шутка второй раз уже не смешна. Но старания я оценил, ага. И поскольку мы в симуляции, то можешь попробовать что-нибудь иное. Я не обижусь. В любом случае мы вернемся к началу.
- Ты ее зациклил, – сказал я, делая попытку встать. Но тело по-прежнему не слушалось. – И запер в ней нас обоих. Ты уже не внутри меня, а в уязвимой низшей форме, сидишь напротив. Буферная зона нас разделила. Да, я чувствую, как она жрет мою энергию, и скоро снова начну замерзать. Ты боишься, что мне до Эдема остался всего один шаг, и… А может ты сам туда пойдешь? Исправишь ошибки, вернешь себе Тиллис. Тебе в низшей форме это вполне возможно. А я пока тут подожду.
Кайт продолжал улыбаться. Память Айзека предлагала множество способов разрушить и симуляцию, и самого Кайта. Мы сейчас оба были энергетическими сущностями, помещенными в изолированную среду. Почти равные по возможностям, но я не мог уйти на слой выше, а он мог. Но если уйдет, то симуляция лопнет, освобождая меня. Он этого никогда бы не допустил.
И еще мне не нравилось, что выдавала записанная на генетическом уровне память Айзека. Нет, он не мог полностью восстановиться во мне, – не хватило бы объема, чтобы вместить накопленный за столько тысячелетий опыт. Та часть, что проявляла себя, была чистым пособием по выживанию. Он всегда боролся за свою жизнь, иногда прятался или нападал. Оказавшись на дикой Земле с двумя женщинами, он прошел через настоящий ад, чтобы дать человечеству шанс. Та, кого он любил, умерла при родах. Вторая оказалась крепче здоровьем, и родила ему близнецов – мальчика и девочку. Айзек был хорошим генетиком, он отслеживал изменения в своих потомках на протяжении нескольких поколений, корректировал, направлял в нужное русло. При нем всегда был прощальный подарок Айкельма, – что-то вроде навороченной мини лаборатории, помещавшейся в небольшом чемодане. При помощи этого подарка Айзек на закате своей долгой жизни и растворился в своих прапраправнуках, чтобы в нужный момент проявиться в ком-нибудь из них и защитить свой род. Таких моментов было два, и сейчас шел третий.