Страница 91 из 100
Я открыл дверь и осторожно выглянул наружу. Зверь смотрел на меня в упор, но уже не скалился, а меланхолично трогал лапой пустую посудину.
- Эй, я тебе не пищевой автомат, - сказал я, переступая порог. – Понравилось, да?
При звуках речи животное навострило уши и чуть наклонило набок голову. Неужели понимает?
И тут в спину ударило что-то тяжелое, роняя меня на снег. Зверь отшвырнул тазик и одним прыжком оказался рядом со мной, зарычал, оскалил слюнявую пасть. Я чувствовал, что второй зверь стоял на моей спине, вжимая в сугроб. И тоже рычал, но не так басовито. Самка? Щенок?
У меня заняло меньше секунды, чтобы выдвинуть из запястий лезвия. И еще пол секунды на резкий удар по передним лапам стоящего передо мной самца. Он даже не понял, что произошло. Лапы отвалились, забрызгивая снег багряной кровью. Зверь дико взвыл, и ткнулся мордой в сугроб рядом со мной, перекатился на спину, задергался.
- Я тебе покажу, как кормильца трогать! – заорал я, рывком скидывая со спины «наездника». Тот успел уйти от удара, сиганув за угол. Только вихрем взвилась снежная крошка.
Вернувшись к раненому зверю, я на миг остановился. Тот махал обрубками лап, разбрызгивая по снегу кровь, извивался, и жутко выл. В его голосе было столько боли и тоски, что я не выдержал и перерезал ему горло. Ну, сам ведь виноват. Зачем было на меня нападать? Еще и вдвоем.
- Да уж, зверюга, - сказал я, подходя к двери. – А ведь мы могли подружиться.
Постоял немного, затем вошел в ангар и задвинул за собой засов. На улице начинало заметно темнеть, а значит, впереди меня ждала ночь в чужом мире, полном зубастых тварей. И они явно не обрадуются трупу своего сородича возле моей двери.
<p>
<a name="TOC_id20271059"></a></p>
<a name="TOC_id20271061"></a>Глава 32. Одиночество.
Глава 32. Одиночество.
Как я и ожидал, ночь выдалась тревожной. Вокруг ангара кружило около десятка тварей. Я не слышал их и не видел тепловых следов, но каким-то образом ощущал присутствие. Несколько раз кто-то из них забирался на крышу, и тогда металл начинал с жалобным стоном проминаться. Становилось не по себе. А еще они постоянно скребли когтями по стенам, отчего у меня начали болеть несуществующие зубы. В конце концов я не выдержал, распахнул дверь и прямо с порога высадил веером в темноту около сотни плазменных разрядов, наугад. Судя по визгу, даже в кого-то попал. В свете плазмы я видел, как в панике заметались лохматые тени.
- Еще раз услышу, хвосты оторву! – выкрикнул я на максимальной громкости, захлопывая дверь.
Не знаю, то ли фейерверк подействовал, то ли угроза была воспринята всерьез, но до утра меня больше никто не беспокоил.
Тем временем я начал перебирать хранящиеся в ангаре предметы, пытаясь определить их потенциал в качестве ключа. Какие-то сразу отбрасывал, другие откладывал в сторону. Потом мне понадобилось больше свободного места, и я подошел к кровати, посмотрел на безголовые мумии.
Вот ведь я идиот! Звери? Животные? Ага, как же! Да тут и ребенок понял бы с первого взгляда. Оторвана или откушена голова, и больше ни единого кусочка мяса. Разве голодный зверь так поступит?
Завернув тела в одеяло, аккуратно вынес на улицу. Я не знал, кем были эти женщины при жизни и как их звали. Поэтому, могила будет безымянной.
Тело убитого мной существа осталось нетронутым. Я положил свою ношу рядом с ним, и принялся изучать лохматую тушу. По строению оно больше походило на тигра, чем на волка. Длинный тонкий хвост раздваивался на конце, напоминая рогатку. Лапы… Такие передние лапы, с двумя серповидными длинными когтями могли принадлежать гигантскому ленивцу. Только у того было три когтя. Задние конечности без когтей, двупалые и поменьше. Вот почему я удивлялся разнообразию следов.
Тупорылая башка с огромной зубастой пастью, и зубы странные, тоже раздваивающиеся на концах. Левая пара остекленевших глаз смотрела в мутное серое небо большими черными зрачками.
На груди я заметил странную рану. Она была ниже разреза на шее от моего лезвия, и походила на вырванный зубами кусок мяса килограмма на два. Только внутреннюю сторону этой полости покрывали многочисленные присоски, как на щупальце осьминога. Из присосок сочилась прозрачная желтоватая слизь. И создавалось впечатление, будто кто-то изъял некий орган, который имел возможность отсоединяться от тела. Прямо как субмар.
Твою-то мать! Если бы я раньше догадался… Какой бы мир не породил этих жутких созданий, сюда они пришли явно за тем же, за чем и люди. Они тоже ищут ключ. Или знают, где его найти.
Я выкопал в снегу большую прямоугольную яму и похоронил всех троих. Сверху воздвиг курган, а на него водрузил перевернутый тазик. На дне тазика найденной среди прочих вещей зеленой краской вывел два знака на глаплесе, обозначающих «мертвый разум». Кисточки не было, и пришлось мазать железным пальцем. Но вышло более-менее аккуратно.
- Покойтесь с миром, - сказал я и пошел обратно в ангар.
Теперь я мог использовать кровать для сортировки вещей. Выкладывал на нее то, что могло сойти за ключ. И таких предметов подобралось до неприличия много.
Сложив первую партию в коробку, я решил не медлить и пойти к воротам.
Первый предмет, который решил использовать, был небольшой бронзовый цилиндр со сложным геометрическим рисунком. Я поднес его к проникающему из замочной скважины лучу света, и цилиндр вдруг заискрился. А затем стал разлетаться миллионами ярких светящихся частиц, которые кружились, образуя закрученное спиралью облако. Походило на галактику, красивое зрелище. Потом облако стало вытягиваться в высоту, и уже напоминало фрагмент цепочки ДНК. И в следующий миг искры осыпались на снег и погасли. У меня на руке осталась лишь серая пыль. А луч спокойно проходил сквозь мои железные пальцы, словно не замечая преграды.