Страница 8 из 13
– У нас была любовь! Я впервые встретил настоящую любовь! – рыдал Лактионов. – Только в России о нашей любви нельзя было сказать вслух! Нам приходилось скрываться! Мы живем среди мракобесов!
Мы вчетвером переглянулись. Мы как раз относимся к таким мракобесам и хотим, чтобы подобное «мракобесие» и дальше царило в России. Это американский пипл схавал фею-крестную, без всякого волшебства превратившуюся в темнокожего гея, и Русалочку-афроамериканку, а у нас подобное не пройдет. А даже самый вестернизированный режиссер-концептуалист не решится снимать подобное, явно понимая, какая последует реакция. На подобный фильм у нас деньги точно никто не выделит, да и в прокат он просто не выйдет.
– Как вы узнали про смерть Владимира Сыроварова? – спросил Андрей.
– От Лукерьи.
– Кто такая Лукерья?
Выяснилось, что Фомичиху зовут Лукерьей Ивановной Фомичевой. Все три ее дочери и сын от рождения носили фамилию Фомичевы. Все четверо детей имели разных отцов. Старшая, Степанида, так и осталась Степанидой Фомичевой. Средняя, Капитолина, превратилась в Кристину Редман, взяв звучный псевдоним. Младшая, Алина, пока остается Фомичевой, но, вероятно, вскоре выйдет замуж за бойца ММА и возьмет его фамилию. Сын Петенька теперь носит фамилию своего отца – Филаретов.
– Каким образом вы узнали про смерть Сыроварова? Фомичиха пришла сюда и сообщила? – продолжал задавать вопросы Андрей.
По словам Игоря Лактионова, Владимир Сыроваров отправился в сад покурить. Он вообще курил много, пытался бросить, но это у него не получалось.
– В его выходе покурить не было ничего необычного?
Лактионов покачал головой.
– Дальше.
– И больше я его живым не видел!
Тут случилась очередная истерика. Вискарь опять помог.
– Вы слышали взрыв? – спросил Андрей.
– Я тогда и подумать не мог, что этот взрыв унесет жизнь Леши!
Напоминаю, что Владимира Сыроварова на самом деле звали Алексеем Ивановым.
– Взрыв слышали или нет? Хлопок? Выстрел? Что-то необычное?
– Да тут такие хлопки чуть ли не каждый день.
– Где именно?
– В этом поселке.
– У вас здесь регулярно людей взрывают? Стреляют? Вроде сейчас не девяностые годы.
– Нет, фейерверки, шутихи всякие. То небо все расцвечивается, то с него розовые лепестки падают.
– Это вам или Сыроварову поклонницы сбрасывали?
– Это вообще не нам. Летчик ошибся. Но это к делу не относится. Медведя нам сбрасывали.
– Какого медведя?! – Андрюша, по-моему, был на грани срыва, хотя у него большой опыт общения с самой разной публикой. Но артистическую публику он любит меньше всего.
Медведя прислала группа поклонниц – они общаются в Интернете и встречаются в реале, а также иногда снимаются в массовках по просьбе Владимира Сыроварова. Он бросает клич – они только рады. Он потом всем автографы раздает. Медведь представлял собой большую мягкую игрушку (в человеческий рост), набитую их объяснениями в любви и собственноручно сшитыми или вышитыми сердечками, а также бутылками любимого виски Владимира Сыроварова. Прилетел он на День святого Валентина.
– Как он сюда прилетел?
– Как и все сюда прилетают. На самолете, – как само собой разумеющееся ответил Лактионов и пояснил, что тут неподалеку имеется аэродром, где стоят небольшие частные самолеты и также можно взять самолет в аренду, полетать с летчиком, дать задание летчику, обучиться пилотировать легкомоторный самолет. В общем, полный комплект услуг.
– С какой высоты падал вискарь? – подал голос Вася, которого этот вопрос заинтересовал больше всего.
Лактионов высоту не знал, но «все эти самолеты видно». К сожалению, одна бутылка разбилась и залила все подарки, но остальные были хорошо упакованы в сшитые и вышитые сердца и долетели до адресата.
«Очередной филиал сумасшедшего дома», – подумала я. Но ответ на вопрос мы получили: никто в доме и никто в этом поселке на взрыв внимания не обратил и не посчитал его ничем необычным.
– Вы сами видели мертвого Сыроварова-Иванова? – спросил Андрей.
– Видел, – кивнул сериальный актер.
По его словам, он забеспокоился, что «Леши долго нет». Если бы они с Фомичихой ругались, было бы слышно, а никакие голоса не доносились. Тогда Лактионов решил спуститься вниз и посмотреть, куда делся Леша. Но вместо Леши столкнулся с Фомичихой, в возбужденном состоянии бежавшей в дом. Они столкнулись в нескольких метрах от двери.
– В ее поведении не было ничего странного?
– Да у нее все странное в поведении для нормального человека, – заметил актер.
«Ты себя нормальным считаешь?» – хотелось спросить мне, но я промолчала.
– Ее выход ночью на участок – это нормально?
– Да. Она постоянно территорию проверяет, не залез ли кто-нибудь сюда. Я думаю, что ни один нанятый сторож с таким рвением не охраняет вверенный ему объект. В общем-то именно поэтому Леша и не отправлял ее домой. Мимо нее муха не проскочит, если она не хочет ее пропускать. С другой стороны, если хочет, то проведет кого угодно.
– Она пускает журналистов в дом и на участок?
– Думаю, что пускает она. У нас тут периодически кто-то появляется. Вот и вас высвистала. Я в это дело никогда не вникал. Я понимаю, что о себе народу постоянно напоминать надо… В общем, взяла Фомичиха на себя дополнительные обязанности по пиару – и прекрасно. Тут и у нее, и у ее дочерей, и у нас с Лешей общие цели.
Сегодня вечером Фомичиха сообщила Игорю Лактионову, что Лешу взорвали вместе с какой-то женщиной.
– Вы ей поверили?
– Нет.
– И пошли смотреть?
– Да.
– Вместе с ней?
– Нет. Она в дом побежала. Больше я ее не видел.
А Фомичиха говорила, что все спят. Или забыла про встречу с Лактионовым? Не посчитала стоящей упоминания? Не посчитала, что он отправится на место?
– Вы пошли на место взрыва?
– Да.
– Фомичиха его точно описала?
– Сказала: у Петенькиного гамака.
И вы оба хорошо натоптали на месте. Интересно, следственной бригаде удастся хоть что-нибудь обнаружить?
Описание увиденной Игорем Лактионовым картины соответствовало тому, что видели мы все. Только его рассказ периодически прерывался рыданиями и отхлебыванием виски из горла.
– Вы тело трогали?
– Трогал. Я должен был убедиться, что…
Истерика. Рыдания.
– А тело женщины?
– Зачем она мне? – Лактионов удивленно посмотрел на Андрея.
– Вы не опознали ее, не…
– Да я даже не смотрел на нее! Какое мне до нее дело?
– Но если Сыроваров-Иванов с ней встречался…
– Он не мог с ней встречаться! Он вышел покурить! Я знал бы, если бы он собрался с кем-то встречаться! Да еще и ночью, и здесь на участке.
Андрей заметил, что Сыроваров каким-то образом оказался в той части участка вместе с неизвестной женщиной. Есть ли у Игоря Лактионова какие-то версии на этот счет?
– Мог увидеть, что там курят. Может, она стояла и курила у калитки – а Леша разглядел кончик тлеющей сигареты и пошел проверить.
– И никого не предупредил?
Лактионов кивнул на смартфон, лежавший на прикроватной тумбочке.
– Он ненадолго выходил.
– И не посчитал опасным идти во тьму, не зная, кто там стоит?
– У него был с собой пистолет.
Глава 6
Мы вчетвером замерли на своих местах. Какие тут интересные нравы! Человек идет курить на собственном участке, огороженном высоким забором со всех сторон, не берет с собой телефон, но берет пистолет.
– Зачем ему был нужен пистолет? – осторожно спросил Андрей после того, как пришел в себя от услышанного.
– Ну, он ночью всегда с пистолетом выходил.
– Он когда-нибудь стрелял?
– Регулярно тренировался. У нас тут у многих есть оружие. Зарегистрированное, – быстро добавил Лактионов. – Тут же многие на охоту ездят. Знаете, какие я в здешних домах трофеи видел? Такие чучела классные… Как живые. Леша даже их в каком-то фильме использовал. И у Леши тоже пистолет зарегистрированный был. Люди тренируются на своих участках. Тут же огромные наделы. Это раньше крошечные участки были, а теперь бери земли сколько хочешь.