Страница 4 из 15
– Так о чём ты хотел со мной поговорить?
Влад не спеша прошёл к дивану. Казалось, каждое движение стоило огромных усилий. Кай следил за ним, а руки то и дело сжимались в кулаки. Когда их взгляды встретились, на губах Архипова появилась тёплая улыбка. Он едва заметно кивнул, словно успокаивая нервничающего сына. Секундная растерянность отразилась в глазах, а затем, нарушив тишину, царившую в комнате, Кай произнёс:
– В одну из наших встреч ты сказал, что смерть – это лёгкое наказание и что она подразумевает лишь один финал.
Влад молча сидел на диване, рассматривая стакан с коньяком.
– Ты говорил, что нет ничего страшнее, чем жить, когда твой разум разъедает…
– Короче, Кай.
Проглотив ком горле, тот резким движением вытащил из куртки пистолет. Эмоции шквалом сменяли друг друга. Рука, державшая оружие, дрожала, выдавая дикое волнение.
Спокойный, Архипов смотрел на дуло, о чём-то размышляя. Ни страха, ни паники – лицо выглядело безмятежным.
– Давай, сын, сделай это, – наконец тихо сказал он, и уголок его губы подёрнулся в улыбке.
В номере царила тишина. Секунды… Минуты… Рука не слушалась, игнорируя сигналы, посылаемые мозгом. Взмокший палец чувствовал курок, но смелости спустить механизм не хватало.
– Сделай это, Кай. Лучше быстрый финал, чем жизнь в мучениях.
Сердце бешено колотилось о рёбра, дыхание сбилось с ритма, пульс зашкаливал, но тянуть больше было нельзя. Кай медленно моргнул, окунувшись в темноту. Время остановилось. Вдох… Выдох… Обратного пути нет. Каждый должен платить по счёту – таковы правила. Когда глаза открылись, в них царила полная пустота: два чёрных омута и ни капли человечности.
– Прости меня… – одними губами прошептал он.
Глухой выстрел – и тело Влада обмякло. Недопитый стакан, упав на пол, покатился к ножке журнального столика. В полузажатой ладони лежала записка:
«Я тебя не виню…»
Тяжело дыша, Кай открыл глаза. В комнате было душно. Он встал с кровати и подошёл к окну. Остатки увиденного во сне всё ещё стояли перед глазами, заставляя тело дрожать. Когда вышел на балкон, голый торс тут же окутала ночная майская прохлада.
Вдох… Выдох…
Руки легли на холодные перила. Сердце понемногу возвращалось к прежнему ритму. Кай крепко зажмурился. Чёрт бы побрал эти кошмары! Подняв глаза к небу, он ещё несколько раз глубоко вздохнул, а затем вернулся в комнату, оставив дверь на балкон открытой. Откинувшись на подушку, взял с тумбочки телефон – час ночи. Но не пара часов сна, показавшаяся вечностью, заставила его нахмуриться. На дисплее висело сообщение от неизвестного. Время отправления – полтора часа назад:
«Привет. Ты спишь?»
Кай смахнул текст и заблокировал экран. Как же его достали эти тайные поклонницы! Они из кожи вон лезли, только бы младший Ястреб обратил на них внимание. Бесило лишь одно: с чьей подачи они норовили добраться до его сердца? Отца или брата? Очередная проверка? Провокация? А может, они и правда жаждали его общества? Бестужев фыркнул. Перевернувшись на живот, он уставился в стену. Смешно! Им всегда было нужно только одно. Всем.
Единственный, кто до сих пор оставался честным, это Дмитрий Орлов. Тот человек, который костьми ляжет, но не предаст. Тот, кто знал истинную цену дружбы и за кого он цеплялся, как за свой последний спасательный круг. Кай не понимал, как им до сих пор удалось сохранить свою дружбу, ведь они оба не привыкли уступать. «Дворянские корни и голубая кровь – это тебе не какая-нибудь ерунда!» – шутил по этому поводу Граф. – «А потому заткни куда подальше свои амбиции и слушай то, что велит тебе сердце. Сия избитая истина касается всех: друзей, врагов и особенно тех, кого мы называем любимыми».
Кай открыл глаза. Чёртов дворянин! Улыбка коснулась губ. Однако какой бы глупостью ему это ни казалось, а честь для Дмитрия была превыше всего. Высокий поджарый брюнет, время от времени терявшийся в спортивном зале, статный, как того требовал титул потомственного графа, но абсолютно неиспорченный деньгами. Его готовность прикрыть спину, когда того требовали обстоятельства, – живое доказательство, что он не купится ни на чьи льстивые оды, а оставит рассудок трезвым и будет следовать собственным убеждениям.
«Друзья навсегда…» – так Граф сказал, когда однажды их дороги пересеклись, и Кай ни разу не усомнился в этом. Но что скажет сейчас, узнай он правду? Чувство вины зашевелилось внутри. Лицо снова потеряло часть эмоций. Бестужев закрыл глаза – неважно. Теперь уже ничего неважно… Дружба, честь, любовь – всё неважно, потому что главное – это семья.
Глава 5. Выше к золотому пьедесталу
Рано утром водитель Петра припарковался около большого офисного здания. Несмотря на воскресный день, на стоянке перед главным входом всё же стояла пара машин: трудоголики корпели над бумагами даже в выходные. Кай смотрел перед собой и ждал, что скажет отец, но тот молча изучал, как мелкие капли дождя образовывали на лужах незамысловатые круги.
– Может, уже объяснишь, зачем мы здесь? Или ты привёз меня сюда экскурсии ради?
– Здесь работает один из моих юристов, – наконец сухо заговорил Пётр. – На днях он кое-что узнал.
Кай небрежно фыркнул:
– Я думал, тут что-то важное. Неужели ты не можешь припугнуть какую-то офисную крысу с помощью пернатый Алекса?
Губы Петра искривились в усмешке:
– Ты меня не понял. Он узнал не просто о каких-то махинациях и подставных счетах. Ему стало известно, кого я спонсирую для покупки нелегального оружия. Места, имена, поставки.
Кай отвернулся к окну. Внутренности стянуло тугим узлом.
– Это нужно сделать быстро, – продолжал Бестужев, со скучающим видом рассматривая ногти на руке, словно говорил о чём-то обыденном и донельзя простом.
Кай молчал.
– Ты меня слышишь?
– Чётко и ясно.
– Алекс пойдёт с тобой. Вернётесь на его машине.
Кай пытался дышать ровно, насколько позволяло самообладание. За ним снова отправляли «хвост». И не какую-нибудь «шестёрку», а самого Алекса. Зачем? Сомневались, что сможет нажать на курок?
Руки едва заметно затряслись от напряжения. Вторая жертва – и статус «Наёмный убийца» будет подтверждён. Ещё одна душа на счету в бесплатном пропуске в Ад. Не имея сил бороться с тем, что творилось внутри без последствий, Кай резко открыл дверь и вышел из машины под проливной дождь.
– Думаешь, он не справится? – спросил Алекс, посмотрев на отца.
– Справится, но я должен знать наверняка, мой это сын или нет.
Парень кивнул и вышел из машины, направившись вслед за братом ко входу в здание. Когда вошли в просторное фойе, сразу направились к лифту.
– Не дрейфь, мелкий, – подбадривал Алекс, улыбаясь от уха до уха, пока кабина медленно ползла на пятнадцатый этаж. – Это легко. Просто нажал на курок, и всё. Как в компьютерной игре, только здесь адреналина больше.
Вдох… Выдох…
– Я отправил на тот свет родного отца, – спокойно ответил Кай, – в советах не нуждаюсь.
– О, да! Это было то ещё представление. Я слышал всё, слово в слово. – Алекс состроил гримасу в попытке спародировать голос брата: – «Смерть – лёгкое наказание, подразумевающее один финал». – С губ сорвался громкий смех. – Ты только давай в этот раз без пафоса и лирических отступлений, ладно?
Кай молча гипнотизировал противоположную стенку лифта. Болтовня брата раздражала, мешая сосредоточиться. С каждой секундой тело словно наливалось свинцом. Как только добрались до нужного этажа, и створки дверей открылись, Кай поспешил выйти в коридор, надеясь, что большое пространство позволит успокоиться. Однако он ошибся…
До кабинета, где работал Филимонов, оставалось несколько метров. Алекс не переставал болтать, травя глупые шутки, насквозь пропитанные чёрным юмором.