Страница 15 из 18
Максим бросил на неё быстрый взгляд. Расценив это как возможное одобрение, Вика продолжила:
– Твой шрам… Откуда он?
Вопрос застал врасплох, тут же отбив желание продолжать разговор. Чёрт, неужели обязательно всегда возвращаться к внешности? Разве нельзя не обращать на неё внимания? Просто. Не обращать. Внимания. Он не нуждался ни в чьей поддержке! А тем более не нуждался в жалости!
– Эй, – позвала Виктория, – всё в порядке?
– Не сошлись во мнении с одним приятелем, – коротко бросил Макс, заезжая на парковку перед элитным зданием бизнес-центра. Благо, эта странная поездка закончилась!
– Я так и думала, что дело в драке.
Он был готов поклясться, что на её лице проскочило разочарование.
– На мгновение мне показалось, что ты и правда крутой. – Снисходительная улыбка коснулась губ. Уже выходя из машины, Виктория добавила. – Я вернусь часа через два, так что у тебя есть достаточно времени, чтобы изучить окрестности, придумать запасной план эвакуации или чем ты ещё занимаешься в свободное время? В общем, отдыхай.
Хорошо, что дверь закрылась раньше, чем Макс смог дать ответ. Это был длинный разговор. Слишком длинный и настолько же опасный. Дьявол! Закрыв глаза, он положил голову на руль. Нужно быть проще. Люди скалятся в ответ на твой оскал. Но эта девчонка заставляла не только рычать… Она, чёрт побери, напомнила, что он умел улыбаться: искренне, не тая за улыбкой сарказма или иронии. Нет, они явно выбрали не ту форму общения. Абсолютно не ту… И с этим нужно будет что-то сделать.
Глава 1.11. И снова на тропу войны
Вика поднялась на пятнадцатый этаж, где её уже ожидал Анатолий Евгеньевич Мартынов, партнёр и хороший друг отца. Он был на пару лет старше Владимира, но выглядел куда моложе. Она отметила это, стоило только скользнуть по безупречной внешности взглядом. Дорогие костюмы, не единичные консультации косметолога и занятия спортом с личным тренером лет эдак двадцати делали своё дело. Девушка улыбнулась, отметив про себя: обязательно прочитать отцу лекцию о подобающем внешнем виде для человека его положения.
– Вика! Здравствуй, милая, – едва увидев Викторию у лифта, расплылся в улыбке Мартынов и сразу же направился к ней.
– Доброе утро, дядь Толь, – она приняла поцелуй, ощутив лёгкое прикосновений щетины на щеке.
– Какая ты стала красивая! Очень похожа на Елену.
При упоминании имени матери улыбка девушки поблёкла, но дальнейшие комплименты отвлекли от печальных мыслей.
– У отца что-то серьёзное? – Мартынов подозрительно смерил её взглядом.
– Всё в порядке, – успокоила его Вика. – Лёгкое недомогание. Хотя, если честно, мне кажется, он нарочно отправил меня сюда. Ему хорошо известно, что я ни за какие коврижки не соглашусь принимать участие в ваших деловых посиделках, другой вопрос – если речь идёт о его здоровье.
Мужчина искренне рассмеялся. Эта девчонка всегда умела поднять настроение.
– Вы только папе не говорите, что его коварный план был раскрыт. И на меня постарайтесь не обращать внимание, иначе я почувствую себя самым неразвитым звеном эволюции бизнеса.
Широко улыбаясь, Анатолий склонился к её уху и заговорщически прошептал:
– Не переживай. Твоя задача-минимум на сегодня – просто сидеть и слушать. Только ты постарайся открыто не зевать, ладно?
– Обещаю! – Вика подняла правую руку, словно принося присягу, и громко рассмеялась. – Кстати, не знаете, Беляев у себя?
– У себя или нет – не знаю, но на Собрании присутствовать точно будет.
Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент к ним подошла женщина средних лет и, тепло поприветствовав дочь директора компании, отвлекла Мартынова серьёзным разговором о предстоящей сделке с иностранцами. Воспользовавшись случаем, Виктория незаметно проскользнула мимо. Тёплые беседы с партнёром отца – это хорошо, но Антон волновал её куда больше, а потому, не теряя времени, она прямиком направилась к уже знакомому кабинету.
– Не надо ставить условия. Я прекрасно знаю свои обязанности.
В голосе чувствовалось раздражение. Было странно видеть его таким, ведь с ней он всегда разговаривал мягко, учтиво, чуть ли не приторно-сладко. В голове сразу всплыл образ Каверина: вот тот точно никогда не будет лебезить. На губах появилась улыбка: нет уж, роль слащавого Ромео не для него, уж лучше пусть рычит. «Господи», – тут же одёрнула себя Виктория, – «с какой стати вообще начала думать о нём»?
– Вика? Что ты тут делаешь? – обернувшись, воскликнул Антон.
Она отогнала провокационные мысли прочь и медленно двинулась к нему. Когда подошла ближе, руки обвили шею, а губы томно прошептали почти в самое ухо:
– Я соскучилась.
– Я тоже, – Беляев притянул стройное тело к себе и жадно впился в её рот.
Поцелуй получился напористым, без каких-либо прелюдий. Ладони скользили вверх, целенаправленно двигаясь к груди. Он что, решил сделать это прямо здесь и сейчас? От этой догадки стало дурно. Дурно? С каких пор? Перехватив его руки своими, Виктория посмотрела на часы:
– Уже почти десять. Нам надо идти, иначе собрание начнётся без нас.
– Без дочери генерального директора, – выдохнул Антон, обдав шею горячим дыханием, – никто не посмеет ничего начать. Но всё же ты права. – Выпустив девушку из объятий, он прошёл к столу, чтобы собрать необходимые бумаги. – Кстати, как тебя выпустили из дома? Я даже не думал, что Владимир Иванович решится на такое. Почему не позвонила?
– О, это было проще простого, – ответила Виктория, с интересом рассматривая картины на стене. – Папа выдвинул мне условие, что наш диктатор поедет со мной.
– Каверин тоже здесь? – нахмурился Беляев, оторвавшись от документов.
– Да, где-то внизу, занимается не знаю чем. Наверное, ищет приключения на вторую щёку для симметрии. Как оказалось, заводить друзей он не умеет.
– Я смотрю, Вы нашли общий язык, – криво улыбнулся Антон, – раз ты уже посвящена в такие интимные подробности его жизни.
– По-другому меня бы не выпустили из дома.
– И то верно. Твой тюремщик тебя же и освободил.
Забрав со стола документы, он подошёл к девушке и жестом предложил ей проследовать к выходу, так как стрелки часов уже показывали начало одиннадцатого. Роман с дочерью Демидова, конечно, поднимал авторитет среди персонала, но не освобождал от ответственности.
Обойдя прилегающую к бизнес-центру территорию несколько раз, Максим вернулся в машину. Автомобили, типичные для пользователей класса «Люкс» госномером Москвы, тонированные стёкла и ни одного объекта, проявляющего подозрительную активность. Тогда откуда взялось чувство тревоги, от которого не мог избавиться с того самого момента, когда Виктория покинула салон «Фольксвагена»?
Странное ощущение опасности раздирало изнутри. Он называл его интуицией. Той самой, что редко подводила, но определённо чётко указывала на источник опасности. Так какого лешего намётанный глаз ничего не фиксировал? Максим посмотрел на часы – Демидова отсутствовала почти два часа. Два часа пустых тревожных метаний… Что это? Потеря сноровки или наоборот – чрезмерная опека той, чья жизнь целиком зависела от него?
Макс закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он мог привести кучу оправданий – от самых логичных до абсолютно нелепых – однако то, что нарывающей раной пульсировало в сознании, не желал принимать, а именно: страх. Неодолимый, всеобъемлющий, леденящий. Страх, который жил в нём последние три года, и сколько бы ни убеждал себя, что бояться некого, рефлексы было не обмануть.
Ощутив приближение панической атаки, Максим распахнул глаза и вышел из машины. Надо поскорее убираться отсюда, иначе мысли окончательно сведут с ума! Он миновал парковку и поднялся по ступенькам к главному входу в здание. Лучше подождать девушку там: шум, по крайней мере, отвлекал от собственных хождений по мукам. Едва только сосредоточился на периметре, за спиной раздался голос, заставивший обернуться:
– Да ладно! Ты так и простоял тут два часа? Хотя чего удивляюсь… Долгие беседы не для тебя, значит, компенсировать их приходится сторожевыми навыками. Я права?