Феникс. Исцеление любовью

Каверин не спеша подошёл ближе и смерил парней спокойным взглядом. То, что похотливые улыбки не стёрлись с лиц, говорило лишь об одном: новый начальник охраны не воспринимался всерьёз.

– Я бы последил за словами, иначе подобные разговоры до добра не доведут.

Хамовитый охранник толкнул друга в плечо, громко фыркнув:

– Ты слышал, Тём? Он мне угрожает. А ты, случайно, сам не положил на неё глаз? Или она уже обслужила тебя? Ведь не просто ж так ты занял тёплое место при её отце.

Макс не знал, что разозлило его больше – их пошлые шутки или абсолютное бесстрашие, но как только горе-охранник закончил фразу, он шагнул вперёд и нанёс удар кулаком в солнечное сплетение – быстро, точно, без применения лишней силы. Мистер Остряк согнулся пополам, громко кашляя.

– Скажешь нечто похожее ещё раз, – склонившись, произнёс Максим, – и способность дышать вернётся к тебе только на больничной койке. Если ты – моральный урод, то не стоит думать, что все остальные вокруг такие же. Я понятно излагаю?

В ответ послышалось нечто нечленораздельное.

– Вот и славно.

Кивнув, Макс выпрямился. Похоже, обозначился первый «ценный» кадр на выбывание. Он поправил полу пиджака и вернулся к креслу у камина. Хотелось верить, что подобного дворового быдла в команде было меньшинство.

– Даже несмотря на жуткое настроение, в котором пребывает моя кошечка, она всё равно сводит меня с ума, – просиял Антон, когда Вика спустилась встретить его в гостиной.

День клонился к вечеру, однако дела компании не ждали. Пускай не идеал, но она была рада его видеть, поскольку с утра и до вечера маялась в четырёх стенах.

– Я тебя умоляю, Беляев, – закатила глаза она, садясь на диван. – Давай сейчас без прелюдий, хорошо?

Симпатичный блондин в дорогом деловом костюме поднял руки в знак капитуляции и, широко улыбнувшись, занял место рядом с ней.

– Тогда спрошу напрямую: как твоё самочувствие? Ты уже пришла в себя после случившегося?

– Да, со мной всё в порядке, – недовольно ответила Виктория.

– Тогда почему ты мечешь молнии в каждого первого встречного и поперечного? – толкнул её в плечо Антон. – Рассказывай, кто тебя довёл.

– Папа взял нового начальника охраны.

– И?..

– И теперь мы будем жить по его правилам, – посмотрела на него Демидова. – Как солдаты в казарме. Режим дня нам уже расписали, осталось только уволить прислугу, как потенциально опасные объекты, чтобы мы сами себя обслуживали.

– О как! – По комнате разнёсся громкий смех: – Если честно, я бы не отказался посмотреть, как ты будешь готовить обед.

– Это не смешно, Антон! – рассердилась Виктория. – Я правда не могу выйти из дома, а папа даже не сопротивляется. Слушается этого наёмника во всём.

– Может, у него хороший послужной список? – переборов желание смеяться, предположил Беляев, наклоняясь к уху девушку с намерением её поцеловать.

Она ловко увернулась, продолжая негодовать:

– Какой список? С его внешностью ему только на складе сторожем работать. И то ночным.

– А что с ним не так?

– У него шрам на пол-лица, – поморщилась Вика. – В глазах одна насмешка, что ни слово, то едкое замечание. Такое ощущение, что большую часть жизни этот тип провёл за решёткой. Не удивлюсь, если и шрам получил там же.

Антон не сводил с девушки загадочного взгляда. Она была слишком возбуждена, и причина точно крылась не во внешности нового начальника охраны.

– Есть что-то ещё, да?

– Из-за его чёртовых правил я могу остаться в Москве. Моя поездка накроется медным тазом.

Беляев откинулся на спинку дивана и, разведя руки в стороны, вытянул ноги.

– Ну знаешь, если честно, то это было бы разумно.

– И ты туда же? – сверкнула глазами Виктория.

– После первого неудачного покушения может последовать второе. Нападавший ведь прямо сказал: «До встречи». Ты не подумала об этом?

Виктория молчала. Естественно, она подумала! Но одно дело – когда правила устанавливает отец, и совсем другое – когда это делает какой-то проходимец с улицы.

– Если останешься в Москве, будет легче обеспечить твою защиту, – продолжал делиться соображениями Антон, нежно касаясь девичьего плеча. – Скорее всего, ваш охранник рассуждает так же.

– Да плевать мне, как он рассуждает! Если я никуда не полечу, я превращу его жизнь в Ад! – выпалила Вика, нахмурившись.

– В чём – в чём, а в этом я не сомневаюсь, – снова рассмеялся Беляев. – Ладно, успокойся, киска, – он взял её за руку и потянул к себе. Ухо обдало горячим дыханием, отчего по коже побежали мурашки. – Твой рейс на острова только через десять дней, за это время многое может измениться. – Он нежно коснулся губами щеки. – Стрелявшего могут найти. – Губы медленно прокладывали дорожку к тонкой шее. – Когда выяснится, кто его нанял, вопрос с безопасностью отпадёт сам собой. А значит… – Антон неожиданно прервал свои ласки и посмотрел на девушку. – … дембель не заставит себя долго ждать.

Виктория, словно под гипнозом, смотрела в его блестящие глаза, чувствуя, как сгусток энергии начинает томно пульсировать между ног. Тело сгорало от желания ощутить продолжение ласк, и, не имея больше сил сдерживаться, она сама приникла к его губам. Когда стало понятно, что невинный поцелуй может вылиться во что-то более серьёзное, Антон отстранил Вику от себя:

– Гостиная – совсем не то место, где стоит придаваться подобным утехам, ты так не считаешь? – улыбнулся он.

– Тогда, может, мы…

Однако ей не удалось закончить фразу, потому что входная дверь хлопнула и в комнате показался Каверин. Беляев стал первым, кто вспомнил о правилах приличия. Он отлип от Виктории и громко сказал:

– Здравствуйте!

Услышав обращение, Макс стиснул челюсти. Дьявол! Нужно было зайти со двора.

– Привет, – остановился он напротив влюблённых.

– Вы, значит, и есть новый начальник охраны Владимира Ивановича? – спросил молодой бизнесмен, поднимаясь с дивана. – Меня зовут Антон.

– Макс.

Короткое рукопожатие – и они снова достаточно чётко ограничили круг своего личного пространства. Максим другого не ожидал. Высокий блондин с серо-голубыми глазами и слащавой внешностью не вызвал ничего, кроме чувства показного дружелюбия. Неужели они все такие? Те, кто находится на верхушке пищевой пирамиды?

– Как вам охрана дома? Способные ребята, да?

– Бесспорно, – улыбнулся краешком губы Каверин. – Замечают всё, даже то, что не нужно.

– Им есть, с кого брать пример, – усмехнулась Виктория.

– Простите?

– У них хороший руководитель, – белоснежная улыбка озарила лицо. – Так более понятно? – Она с наигранным сожалением закатила глаза и произнесла: – Жаль, что первоклассные качества сторожевого пса не компенсируют умственные способности.

Макс с силой сжал кулаки, спрятанные в карманах пиджака, а в глазах появился хищный прищур. Слова кольнули если не в самое сердце, то где-то рядом точно. Значит, война. Что ж, вызов принят!

– И да, раз ты здесь, предупреждаю: сегодня вечером мне нужно в центр.

Беляев с искренним любопытством наблюдал за разыгрывающейся сценой. Вика дразнила зверя, но выглядело это забавно.

– Исключено, – ответил между тем Максим. – В ближайшее время никаких поездок за периметр быть не может.

– Это деловая встреча. Ты должен меня сопровождать!

Он покачал головой:

– Будь это хоть свидание с самим премьер-министром, я сказал – нет. И на будущее поясню, если внешние качеств не компенсируют мыслительные способности: Вам я ничего не должен, Виктория Владимировна. В мои обязанности входит работа с охранным персоналом дома, а не с Вами лично, ибо я – не Кевин Костнер (актёр, сыгравший главного героя в фильме «Телохранитель»). Другой вопрос, если Вы числитесь в штате охранников Владимира Ивановича. В этом случае, милости прошу на утренний инструктаж в 7:00.

У Антона вырвался смешок, но он отвлёк споривших ровно на доли секунды, не более.