Страница 24 из 76
<p>
Раздался оглушительный грохот, Вселенная за окном разверзлась извилистой огненной трещиной. Загляни в неё — и увидишь много интересного. Изливающее восторг мироздание пролилось воистину библейским ливнем. Ветер ритмично бросал в окна волны дождя, и казалось, что в рамы стучится море. Потоки воды пытались разбить стекло. Если такая погода установится дней на сорок, без ковчега не обойтись. От новых ударов грома закладывало уши.</p>
<p>
Барон потряс головой, словно дикий конь. Он даже привстал в восторге. Последнее движение — и рыба в сачке!</p>
<p>
Дверь распахнулась. Божественный аромат заполнил комнату. На пороге возникла светоносная женщина. Возникший сквозняк вольно трепал её белоснежное платье, чудом не тронутое дождём. Золотистый нимб, похожий на всклокоченную копну волос, окружал голову. От гостьи явственно исходило сияние, достаточно яркое, чтобы читать в темноте, если использовать её в качестве торшера. Барон прищурился и разглядел то, что и ожидал увидеть: перед ним была София.</p>
<p>
— Я посланец Господа! — громогласно объявила девушка. — Пожалуй, Я есмь Сущий, — уточнила она после секундного раздумья.</p>
<p>
Анри удовлетворённо опустился в кресло. Все его чувства орали, как демонстранты на митинге. Для подавления лишних эмоций были необходимы решительные полицейские меры. Барон шумно выдохнул и залпом выпил бокал коньяка. Разум окатило водомётом. Скандалисты в мозгу заткнулись.</p>
<p>
Появление истекающих водой новоявленных апостолов в лице Максима, Ольги, Вадима и Андрея лишь добавило сумятицу. От прибывших на паркете расползались лужи. Судя по обилию влаги, ног у каждого было куда больше двух. Они скромно теснились за спиной Софии, выглядывая из-за её плеча.</p>
<p>
— Шли под зонтиком? — Селин сразу обратила внимание на неувязку законов природы в лице сухой девушки.</p>
<p>
— Капли дождя не касаются её, — восторженно сообщил Максим.</p>
<p>
Он протянул руку, хотел погладить золотые волосы, но вдруг смущенно отдернул. Наверное, вспомнил табель о рангах.</p>
<p>
Барон загляделся на неистовую Софию. Великолепна! Божественно красива! Именно так и должно явиться Мессии. Как там было предсказано?</p>
<p>
«Наступят тяжелые времена, бедствия, войны, землетрясения. Умножатся беззакония… И придет Мессия на облаках небесных».</p>
<p>
— Извините за любопытство, но почему не верхом на огненном облаке? — уточнил барон.</p>
<p>
София пожала плечами вместе с очередным громовым раскатом. Витражные стёкла зазвенели. Металлический рыцарь в углу лязгнул забралом и наверняка прикусил бы язык, будь тот в наличии.</p>
<p>
В тишине, возникшей после удара грома, было слышно, как шло время, громко топая вместе со стрелками часов. Из окошка над циферблатом молча выпрыгнула кукушка — наверное, хотела спросить, который час. И так же мгновенно скрылась, от греха.</p>
<p>
Лишь Анри не дрогнул. Он понимал логику божественного явления. Всевышний не баловал паству разнообразием эффектов, обычно предпочитая что-нибудь горящее: пылающий куст, молнию от края и до края, огненный столб...</p>
<p>
Дизайн ада — типичный пример, к чему может привести чрезмерная угодливость вкусам начальства.</p>
<p>
Барон любовался девушкой. Хороша!</p>
<p>
Давным-давно сработала программа наблюдения за новорожденными. Ему доложили о девочке, которая имела необычно сильный контакт с потусторонним миром. В старину такую связь называли одержимостью, подозревая, что человеческим телом пользуются потусторонние сущности, будто костюмом в гардеробе. Но мало кто догадывался, насколько часто распространено это явление.</p>
<p>
Подселение в чужой мозг — любимый досуг мироздания. Никто не задумывался о происхождении слова «телевизор»? Типичный юмор ангелов и демонов, ведь каждый из них «визионер в теле» простых людей. Телевизор лишь жалкое подобие.</p>
<p>
Барон и сам умел проникать в посторонний разум. Прекрасный досуг, круче наркотиков или секса.</p>
<p>
Каждый день небожители устраивались удобно с тарелочкой воздушной манны и смотрели глазами людей «сериалы» о войнах и любви. Привычка — враг сострадания. Многие люди любят триллеры. Но не чувствуют панику девчушки, забредшей на кладбище. Не испытывают безнадёжный ужас жертвы в лапах насильника. Не ощущают болезненные удары в смертельном поединке.</p>
<p>
Вот и небесный зритель большей частью равнодушен к людским проблемам.</p>
<p>
Главное в этом вопросе — уровень подселения. Барон почему-то был уверен, что разум и тело Софии использовал тот, кто был в Иисусе. Так верит рыбак, глядя на согнувшийся пополам спиннинг, что на другом конце лески самая большая в мире рыба.</p>
<p>
Он бережно оберегал и пестовал девушку с детства. По-своему любил. Став взрослой, она была приглашена на работу в святая святых. Анри не торопил события. Каждому серьёзному плану предшествует долгая подготовка, похожая на поиски прохода по минному полю. В конце концов София возглавила группу, задачей которой было встретиться с Богом, который прятался в ней самой. По существу, команда и её яркие метания по планете были наживкой. Чем сильнее бьётся и мелькает блесна, тем вероятнее, что её схватят. Так и получилось.</p>
<p>
Он спрашивал себя: испытывает ли религиозный экстаз? И пришёл к выводу, что скорее нет.</p>
<p>
Только юных менеджеров страшит и одновременно манит встреча с президентом компании. Они опасаются плохо выглядеть в глазах начальства, показаться неяркими и даже туповатыми. А вдруг великий босс поручит что-то неимоверно сложное, задаст каверзный вопрос, накричит, выгонит взашей? С опытом приходит понимание, что обычно начальство не оправдывает восторженных ожиданий. Главный выглядит буднично, не преисполнен мудрости, не изрекает фраз, которыми хочется руководствоваться всю оставшуюся жизнь. Он чешет ладони, подкашливает, косит на бёдра секретарши.</p>