«Узы нерушимой любви»

Серия первая. Начало

Глава 1

Болезненная правда

Начало событий. Америка, Нью-Йорк. События в Нью-Йорке.

Стоял поздний час, однако он не догадывался, что время бежит как вода, и часы указывали на то, что он должен быть уже дома. Этот день был очень холодным, зима была в самом разгаре, и Нью-Йорк был покрыт снегом, заметающим все на своем пути. От этого снега шёл холод и таким же холодным было его сердце.

"В такой же холодный день я узнал ее... но кто мог знать, что я потеряю ее!.. Уже прошло столько времени, я думал, что смогу забыть ее... но... с каждым днем мои воспоминания о ней лишь сильнее, я живу в своих воспоминаниях... таких реальных... как будто это было вчера... почему я не могу забыть ее?.. почему я продолжаю думать о ней? Почему она до сих пор у меня в сердце? Господи, помоги мне или забыть ее, или обрести ее снова. За что же даны такие страдания и почему так страдает человек?».

- Это ты, Терренс? - раздался голос издали.

- Да, сэр.

- Ты все еще здесь? Я думал, что ты уже в доме Сюзанны, готовишься к свадьбе. Всего лишь через два месяца и ты будешь стоять у алтаря, и я уверен, что до этого тебе еще много чего надо сделать.

- Я задержался, чтобы немного порепетировать последнюю сцену, мне кажется, что я неправильно ее понимаю.

- Ради Бога, Терренс!.. Ты прекрасно все понимаешь, и ты лучше всех играешь Гамлета. Тебе лучше успокоиться и немедленно отправиться к своей невесте. Уверен, что, когда ты увидишь ее, ты сразу же почувствуешь себя лучше. А с ролью ты справишься. Я уверен в тебе.

- Хотел бы я, чтобы это было так, - прошептал он.

- Что ты сказал, Терренс?

- Ничего, сэр... Вы правы, я должен пойти домой и отдохнуть. Уверен, что завтра я буду чувствовать себя лучше и смогу великолепно сыграть ту сцену, которая заняла у меня столько времени и сил. Я уверяю Вас, что это будет самый лучший спектакль о Гамлете, который Вы когда-либо видели.

- Я верю в тебя, Терренс!.. Хоть бы и у моего Томаса была хотя бы половина твоего мужества и отваги. А ты будешь лучшим Гамлетом, в этом не стоит сомневаться.

Взгляд человека, с которым разговаривал Терренс, внезапно погрустнел. Это был Роберт Хэтуэй, успешный человек, игрой которого восхищались все, и именно благодаря ему, его театральная группа стала самой известной и престижной в Соединенных Штатах Америки. Он все вложил в компанию Стрэтфорд, все свои силы и все средства. ( применение. Образ Роберта - образ Юрмала Саргона, с родным сыном Томасом - отношения: Саваш и Юрдал, Томас - возможный образ Саваша.)

Однако внутри него, в его душе, жила грусть и беспокойство, которое не позволяло ему жить спокойно... его сын Томас. С тех пор, как его первая жена, мать Томаса, умерла, его отношения с сыном стали весьма напряженными. В те дни его сыну было четырнадцать лет и, возможно, из-за его молодости или из-за того, что он так сильно любил свою мать, он превратился для своего отца в полностью чужое существо, или, по крайне мере, он так думал. Отношения между отцом и сыном становились все более напряженными и, в конце концов, разгорелся скандал, когда Роберт Хэтуэй решил жениться во второй раз. Томас не принял то, что его отец женился на другой женщине и решил уйти из дома и жить своей собственной жизнью. Хотя сначала Хэтуэй противился желанию своего сына, в конце концов, ему пришлось уступить ему, так как если бы он этого не сделал, вряд ли он бы когда-нибудь вновь увидел своего сына. Но актера огорчал не только отъезд Томаса, а также его друзья, которых он так часто посещал, квартал, где ему предстоит жить, женщины, с которыми он будет встречаться и, прежде всего, его огорчал тот факт, что Томас категорически отказался от помощи своего отца.

Несмотря на все проблемы с Томасом, театр продолжал быть частью жизни Хэтуэя и там-то он и укрылся, пытаясь забыть всю свою тоску и беспокойство. И он нашел того, кто своей игрой смог помочь ему хоть немного забыть о них - это был Терри. Он стал любимым актером Хэтуэя и в некотором смысле даже сыном, которого ему всегда не хватало. Итак, Томас и Терри были одного и того же возраста, но с некоторым отличием: Терри, как и Хэтуэй, испытывал те же эмоции, которые появлялись, когда они играли какого-нибудь знаменитого персонажа; Томас же, наоборот, ненавидел театр и все, что было связано с ним. Хэтуэй беззаветно мечтал, что когда-нибудь его сын поймет, что ошибся, и вернется в театр и добьется успеха, даже большего чем у его подопечного.

- Сэр... Вы хорошо себя чувствуете? - озабоченно спросил Терри.

- Да, все в порядке... сынок... но какое варварство, что именно ты увидел меня нервным и удрученным! - посетовал режиссёр.

- Проблемы с Томасом, да?

- Да, я не знаю, что с ним делать. Как говорить с ним. Что говорить ему... если я беспокоюсь о нем, он меня осуждает; если я этого не делаю, он говорит, что не имеет для меня никакого значения... он такой трудный парень.

- Не беспокойтесь, сэр, Вы знаете, как ему нравится ходить по острию ножа, но в глубине души он хочет с Вами помириться... ему требуется время, чтобы полностью осознать это.

- Хоть бы ты был прав... но мне трудно поверить твоим словам Терренс, ты с моим сыном одного возраста, но он такой незрелый, такой беззаботный... Все делает наспех и, кроме того, ненавидит то, что больше всего люблю я... театр. Я сомневаюсь, что он когда-нибудь решит помириться со мной... я сомневаюсь даже в том, что он любит меня, несмотря на то, что в нем течет моя кровь... иногда я думаю, что мне не следовало жениться во второй раз, возможно, этим я хотя бы показал свое уважение к нему.

- Не говорите так... не стоит терзаться из-за прошлого... всегда нужно смотреть только вперед. Не теряйте силу духа, со временем будет видно, возможно, Вы добьетесь примирения с Томасом и все уладите. - Поддержал его Терри.

- Терренс... А если ты поговоришь с ним... Я знаю, Томас тебя уважает, и ты мог бы убедить его вернуться в театр!

- Этого не будет, сэр, мы с Томасом очень давно не виделись. Кроме того, Вы знаете, что связывало его с Сюзанной раньше. Я не думаю, что он захочет увидеть меня.

- Да, сын мой, я не забыл, что Сюзанна была его первой любовью... но они были детьми! Сейчас все по-другому, она любит тебя, и этого никто не может изменить. Она рисковала своей жизнью, спасая тебя, Терренс, не каждая женщина способна на такой поступок.

- Да, не каждая женщина...

- В любом случае, Терренс, я был бы благодарен тебе, если бы ты поговорил с моим сыном. Я уверен, что твоя помолвка с Сюзанной затронула его не так сильно, как ты думаешь, кроме того, он мог бы познакомиться с нашей Карен.

- Я в этом сомневаюсь, сэр, но я попробую, я обещаю.

- Спасибо, Терренс, ты не знаешь, как я буду благодарен тебе.

- Мистер Хэтуэй, - услышали они голос, - Ваш экипаж, ждет Вас у главного входа.

- Хорошо. Я уже иду. Спасибо тебе еще раз, Терренс. И желаю удачи тебе в разговоре с моим сыном.