Страница 41 из 80
Так и вышло. Наскоро закусив ломтем жареного порося с хлебом прямо с блюда в руках у Нины, Паша побежал с корабля на бал, то есть, в пещеру к главному компьютеру, связываться с треянами. А грузчики начали таскать под моим руководством тяжелые трофеи в прицепы к тракторам, чтобы успеть управиться с перевозкой до темноты. Тут недалеко, через телепорт в бараке у гавани все вполне можно отправить. Даже голову морского змея… Единственное, что я оставил из находок при себе — это черный кристалл «Хельги». Мне такая помощница самому пригодится. Во-первых, надо контролировать морских носорогов, а во-вторых — такими находками не разбрасываются. Как ни крути, а «Хельга» — пока единственная ниточка к знанию о происходящем в этом мире и наших кураторах, да и от должности коменданта пропавшей экспедиции отказываться не стоит. Мало ли как оно все в будущем обернется… Тем более, что треяне на передаче им МИТММ не настаивали, возможно, считая его потерянным или уничтоженным.
Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, работа была окончена, и последний артефакт ушел через телепорт в гавани кураторам. А я в глубокой задумчивости сидел вместе с Пашей, Макарычем и Матвеем перед монитором компьютера в пещере, разглядывая письмо от треян. Благо, там было что почитать и о чем подумать.
Великая Трея благодарила посев номер восемнадцать за отличную работу и сообщала, что переводит нам обещанный приз в сто пятьдесят тысяч кандел. И еще десять тысяч — как премию за оперативность. Кроме того, в письме присутствовал список полученных артефактов с ценой за каждый из них и цены эти меня откровенно радовали — от сотен до тысяч кандел за каждую позицию. Ну и в итоге — за пять из семи «черных жемчужин» по пять тысяч кандел за штуку, за голову морского змея пятнадцать, за тело и «скафандр» псилода еще три. Найденный при псилоде «инопланетный бластер» я пока припрятал у себя — надо будет поговорить насчет него с Хельгой. Вдруг там осталось еще энергии на несколько выстрелов? В кулацком хозяйстве хороший обрез вещь не лишняя, нда…
— Ну, сколько там в итоге, Саш?! — нервно облизнув губы, спросил Макарыч. Наш человек майор, хозяйственный! Хотя и пытается выглядеть спокойно, но получается это у него плохо. Вот Матвей — тот скорее романтик, до презренного металла не жадный, поэтому сидит спокойно. Ему для счастья хватает моря вокруг, штурвала в руках, да красивой формы с капитанской фуражкой на голове. Женщины и деньги уже на втором месте, а береговое хозяйство капитана вообще мало волнует. Как и Юлю в общем-то — на корабле она дисциплину и порядок блюдет, а к делам общины равнодушна. К нам она даже не присоединилась, посетовав на усталость и желание привести себя в порядок к ужину. Моряки, что с них взять… Ну, а инопланетян я и сам приглашать не стал. Как бы мне ни была симпатична та же Твайна, но этот разговор только для людей из самого близкого круга.
— В итоге? — пробежал я глазами до самого низа списка. — В итоге четыреста восемь тысяч кандел с мелочью.
— Вот это да! Четыреста тысяч! — покачал головой артиллерист. — Однако! Хорошо поработали, господа.
Погоди говорить «гоп», Боря — вздохнул я. — Затраты на поход мы отбили, это факт, и деньжат заработали. Были бы мы одни, все было бы просто замечательно! Но ведь придется делиться! Урв-шеру и Квайре придется отсыпать кандел за помощь, это раз. Себе и ребятам выдать наградные. Твайне тоже надо отстегнуть долю, ближайшая союзница же! Да и Мейрр, Клейнн и Вейсс следует что-то дать, пусть они и не участвовали в движухе.
— Сотни тысяч на всех за глаза хватит, — проворчал майор. — Триста остается.
— Не хватит, — развел я руками. — Сюзерен должен быть щедрым с вассалами, если хочет рассчитывать на их верность. Твайночку обижать никак нельзя, да и с Урв-шером мне предстоит тяжелый разговор. Причем в самое ближайшее время, думаю уже сегодня в «Волке». Не пригласить его никак нельзя, ужин по завершению экспедиции донельзя официальный, все союзники будут. О том, что денежки получены, они уже в курсе. Не дураки, видели как мы артефакты к телепорту таскали. Ставлю копейку против золотого червонца, что маг заведет разговор о награде.
— А пусть заводит, — упрямо возразил Макарыч. — У него косяков полно! Кто отказался работать в связке с нами и поперся в десант один? Из-за кого сгорело высохшее гнездо? Все артефакты в нем пропали, а это сплошные убытки. Причем по его, млять, вине! Ты пригласи меня, Саш, когда эта серая рожа начнет говорить о бабках. Я ему живо объясню политику партии и правительства…
— Полегче, майор, — улыбнулся я. — Настраивайся сразу, что тысяч сто пятьдесят придется отдать союзникам. И еще пара-тройка десятков тысяч пойдут на премии и зарплаты всем участвовавшим в экспедиции офицерам, бойцам и членам экипажей, люди должны знать, что их долю никто не зажимает. Ну, и себя любимых нам забывать нельзя, ярл и лорды тоже получат свое. Но все равно в остатке будет больше двухсот тысяч, не считая того, что было на счете. Между прочим, за пару недель нашего отсутствия рыбаки на «Ромашке» неплохо поработали, есть и кое-какой доход с сельского хозяйства. Получается солидная сумма, даже очень.
— А что у нас с флотом? — дождавшись паузы в моих пререканиях с Макарычем, спросил Матвей. — В смысле, с продажей кораблей и оружия к ним в треянском каталоге? Ничего новенького после экспедиции не появилось?
— Кое-что есть, — с готовностью отозвался Паша, открыв файл на компьютере. — Ракет, правда, не предлагают, но ассортимент оружия увеличился. И по кораблям есть очень интересные предложения… Вот, скажем, океанское патрульное судно проекта «Голландия» за сто сорок тысяч. Шикарное предложение на мой взгляд! Скорость двадцать один узел, девяносто человек на борту, плюс два специальных десантных катера, три точки под артиллерию, автономность двадцать один день. Электроника и радары военные, высшего класса. Или российский патрульно-сторожевой корабль проекта двадцать две тысячи сто «Океан», за восемьдесят одну тысячу кандел. Но у него экипаж маловат, всего сорок пять человек, как на «Дерзком». Зато автономность шестьдесят суток и запас хода аж на двенадцать тысяч миль!
— Так, с этим потом, — прервал я программиста. — Предложения и цены отдельно рассмотрим, сравним детали, все обсудим не спеша. А сейчас пора на ужин, нас давно ждут, народ. Урв-шер, думаю, уже копытом землю роет…