Страница 8 из 29
Льюис вытащил из кобуры на ремне «SIG-Sauer» и сменил в нём полупустой магазин на полный. Он проверил работу тактического подствольного фонарика и стробоскопа, вернув пистолет в кобуру.
Мысли в его голове продолжали сменять одну на другую. Он резко выдохнул и вышел из дома, закрыв дверь на навесной замок. Ничего лучшего в его распоряжении не было, но для подобного пристанища этого было достаточно. Говард подошёл к своему внедорожнику, продолжая бороться в собственных мыслях с противоречиями, которые не давали ему покоя. Он потянул на себя дверную ручку и залез на водительское сидение. В салоне царила духота, сводившая его с ума. Льюис запустил двигатель и включил климат-контроль, но раздумья не оставляли его в покое. Одно слово «демократия» вызывало у него ассоциацию в виде субстанции из уксуса и серной кислоты, дополняемой дешёвым сахарным клубнично-ванильным сиропом. Всё вкусно, сладко, но при этом ты быстро и мучительно умираешь, не понимая в чём собственно дело!
Говард опустил рычаг стояночного тормоза и ударил по газам. Щебень выскочил из-под колёс, разлетевшись в разные стороны, а внедорожник выполнил поворот. Льюис выехал на грунтовку, наслаждаясь опускающимся вечерним солнцем на линию горизонта. Жара в салоне «Фольксвагена» не отступала, частично напоминая о шедевре средневековой литературы, написанной великим Данте Алигьери. Возможно, «Ад» в его понимании и воображении слишком избирателен для грешников, но самой сути это не меняло!
Говард включил габаритные огни и вырулил на трассу. Мысли о том, что его могло ожидать на вилле, занимали в его голове достаточно места, но в его распоряжении были лишь предположения. Он понимал, что подобная штурмовая акция без подготовки – это сумасшествие и голый экспромт, приправленный постоянной импровизацией за гранью разумного… Однако, девиз САС был взят не с пустого места: «Кто рискует – побеждает»! эта была чистая правда! Безумие не имеет границ, а жажда в очередной раз сыграть с судьбой в рулетку, поставив всё на «Зеро», вариант наркотической зависимости. Да, инстинкт самосохранения – это важный аспект, но, когда человеку нечего терять, остановить его ничто не в силах!
Льюис добавил газа и обошёл на крутом вираже впереди идущую фуру. Мысли о том, подрезал он её или нет, исчезали где-то среди аккордов альтернативы, которая звучала из стереосистемы. Всё было, как в далёкой молодости, где нет никаких правил, кроме твоих! Жёсткие басы, ударные, низкий тембр и бас-гитара барабанили по его слуху, не давая, расслабиться и потерять концентрацию. Говард добавил громкости и нажал посильнее на педаль газа. Внедорожник продолжил набирать обороты, продолжая приближаться к Тиволи.
Красивый закат и ночь, до которой был всего лишь один шаг, сопровождали Льюиса, добавляя ему душевных сил. Именно того, чего Говарду так не хватало, но собственная клятва не давала ему возможности отказаться от этой, пусть и абсурдной борьбы. Льюис понимал, что за порогом тайных обстоятельств всегда в тёмной комнате скрывается деньги и власть. Этих двух таких «родственных душ» всегда сопровождают единые обстоятельства. К этому Говард был готов, веря, что где-то там за линией горизонта, где закат и рассвет встречается с единой параллелью, живёт истина и покой…
Льюис съехал с окружной дороги, миновав пост карабинеров, которые о чем-то очень долго разговаривали с водителем «Дукатти», чья нервозность очень напрягала правоохранителей.
Мотоцикл был для Говарда неким символом свободы, хотя он его никогда не имел, но пару раз брал прокатиться у сослуживца в годы службы в САС, когда судьба вновь забрасывала в тренировочный центр в Херефорде, где тренировки в разное время суток перемежались с регулярной выпивкой для снятия стресса…
«Прошлое – это не хорошо и не плохо. Прошлое – это то что у нас есть!» – слова инструктора в очередной раз зазвучали в его голове, отдавая звоном громких фраз, в которых всегда находилось место сарказму и неподдельной житейской мудрости.
Льюис бросил взгляд на навигатор, напоминавший о том, что до прибытия остаётся совсем немного. Он сжал в руках рулевое колесо, продолжая чувствовать напряжение не желавшее покидать его сознание и тело. Говард выключил стереосистему. Время музыкальной паузы бесследно исчезало, подмигнув на прощание, последним мрачным по звучанию аккордом.
Вилла Ксавье де Флюи была совсем рядом. Внезапно в голове Льюиса всплыла фигура координатора спецопераций из МИ-6, который очень любил расписывать все миссии до сотой доли секунды, не имев при этом никакого оперативного опыта. Он ему в общем-то был и не нужен, ведь, его эго всегда тешило ощущение собственной важности. Для него не играло никакой роли, что его дед состоял в палате лордов. Это он принимал как само собой разумеющиеся. Так, собственно, и рождаются образы «профессионалов». Они каждый день приходят на работу утром, наливая кружку кофе из кофемашины или чай. Садятся за рабочий стол и начинают расписывать чужие судьбы, а вечером, «прополоскав» рот ста граммами односолодового выдержанного скотча, убирают папки с грифом в сейф и просматривают личную электронную почту. В хорошем расположении духа они покидают кабинет, небрежно застегнув пиджак на одну пуговицу, и направляются к служебному автомобилю. Дорога домой бывает разная! В их случае это посещение закрытых клубов и просмотр матчей английской премьер-лиги в записи по платному телевидению.
Говард плавно затормозил, припарковавшись рядом с кустарниками на небольшой дорожке. До виллы было порядка ста метров без наличия возможности где-либо укрыться. Остаться незамеченным было практически невозможно. Наличие инфракрасных камер наблюдения рядом с виллой и на периметре было обыденностью. Коптеры были более сложной проблемой, но и тут было всё не безнадёжно.
Льюис опустил дверное стекло и заглушил двигатель. Он взял в правую руку бинокль, который лежал на переднем сидении и поднёс к глазам. Режим ночного видения заработал и Говард стал просматривать местность более тщательно. Множество кустарников в виде живой изгороди с композициями из выложенных камней дополняли мощёные брусчаткой дорожки, создавая единую художественную композицию. Этакая эстетика с функцией покрытия в виде снайперского огня, без возможности от него укрыться. Фонарные столбики с камерами наблюдения шли, как небольшое дополнение. Вилла напоминала цитадель, которая могла бы пережить очень долгую осаду. Стиль архитектурного исполнения в духе позднего ренессанса хорошо вписывался в единый образ Тиволи, где было множество подобных изысков даже для самых искушённых ценителей.
Льюис положил бинокль обратно на переднее сиденье и в очередной раз услышал напоминания прекрасного женского голоса о том, что он не доехал до указанного места. Чарующий тембр вместе с мягким произношением на итальянском языке, напомнил Говарду одну сочную «волонтёрку» с Катании, которую подцепил случайно в центре города. Её формы раскрывали истинную красоту темпераментных южанок, а загадочный взгляд карих глаз и аромат цитруса чёрных длинных волос разжигали воображение. Молодость – это не только физическое состояние и возраст, это ещё и душа, ведь, без неё первое и второе не имеет никакого смысла.
Льюис взял в руки с переднего сидения планшет и тут же паролем разблокировал его. Он запустил приложение синхронизации и удалённого доступа к камерам видеонаблюдения. Внезапно развернувшееся небольшое «окно» на рабочем столе высветило бегущие строки с беспорядочным набором цифр и символов, взламывая тем самым шифрование сигнала и управление камерами.
Говард сделал несколько глотков минеральной воды из бутылки и вернул её обратно в держатель рядом с подлокотником. Приложение взломало и получило доступ к сигналу и управлению камерами видеонаблюдения. Пусть, это и было просто, но без нужного софта решить подобные проблемы малой кровью, практически, невозможно.
Льюис вытащил из бардачка бафф, который тут же натянул на голову, закрыв тем самым нижнюю часть лица. Он провёл сопряжение со своим смартфоном, перекинув удалённое управление с планшета на более компактное устройство. Говард вылез из машины, ощутив на вспотевшем лбу лёгкий прохладный ветерок. Небольшой холодок в очередной раз пробежал по позвоночнику и импульсом ударил в затылок, заставив сжать зубы. Снова и снова природа напоминала Льюису, что он несовершенен и слаб. Его судьба была целиком в руках неведомых ему сил, но при даже при всём при этом нужно было бороться и продолжать идти вперёд. Пусть часто хотелось всё послать ко всем чертям и забиться в угол какого-нибудь бунгало на берегу Карибского моря, где тишина по ночам поёт штилем колыбельную, а багряный рассвет возвращает надежду…