Страница 18 из 29
Профессор Сильвани сбросила с ног чёрные лакированные туфли, положила портфель на мягкий табурет с резными ножками, окрашенными в золотистый цвет, и расстегнула пуговицы на жакете. Стремительным шагом она прошла в гардеробную, где нажала на клавишу выключателя. Приятный электрический свет оживил небольшой светильник. Вешалки с одеждой открыли перед Паскуалиной внушительный выбор вечерних туалетов на любой вкус. Её глаза быстро окинули всю гардеробную, а пальцы правой руки проскользили по разнообразию тканей, из которых были выполнены платья, костюмы и верхняя одежда. В тумбочке для обуви так же не было проблем с вариантами под конкретный образ.
Проблема выбора стояла перед профессором Сильвани открытым вопросом, выкрикивая при этом своё немое мнение. Так всегда бывает, когда чувства и трепет перед долгожданной встречей переполняет сердце эмоциями. Возможно, это и есть дыхание молодости, которое незаметно врывается временами в нашу жизнь и так же испаряется…
Паскуалина остановила свой выбор на эффектном красном платье с открытыми плечами и зоной декольте. Красные туфли на удобном каблуке, дополняли образ, создавая для мужского воображения каскад из желаний.
Она прошла в просторную спальню с огромной кроватью, сделанной из массива дуба, застеленную бархатным покрывалом красного цвета, и положила на неё платье, а на светлый паркетный пол поставила туфли. Профессор Сильвани зашла в ванную, где, раздевшись, приняла душ. Струйки тёплой воды, ласкали и расслабляли её тело после рабочего дня, а также освобождали голову от пленения научной мысли.
Паскуалина вылезла из ванны и, вытершись мягким полотенцем, накинула на себя бежевый шёлковый халатик. Она расчесала волосы щёткой, стоя у раковины, и вернулась в спальню. Её лёгкие шаги дошли до туалетного столика, где отражение в зеркале игриво подмигнуло ей. Профессор Сильвани сделала вечерний макияж и принялась одеваться. Образ роковой женщины родился сам собой, а бриллиантовое колье на изящной шее и серебряный браслет на правом запястье, подаренный мамой на счастье, дополнили его.
Паскуалина прошла в коридор и накинула на себя чёрный плащ и взяла в левую руку небольшую сумочку из крокодиловой кожи. Она покинула квартиру, заперев входную дверь на ключ и спустилась вниз по лестнице. Профессор Сильвани вступила на тротуар, выйдя из парадной, вдохнула вечернего прохладного воздуха, а в памяти, словно мышь, прошмыгнула тревога. Усталость от потерь, переживаний, холодили виски. Это ощущение Паскуалина не могла объяснить, понять и навсегда распрощаться с ним.
Она поймала такси и направилась в ресторан, где её уже ждали. Виктор не мог не прийти за полчаса раньше. Его привычка была неискоренима и в этом был свой шарм, которого не хватало многим мужчинам. Воспитание, харизма, интеллект и необычное чувство юмора создавали неповторимый образ. Может, это всего лишь была любовь, когда в любимом человеке замечаешь только достоинства и не обращаешь внимание на недостатки.
Таксист проехал несколько кварталов, свернул направо и, сменив радиостанцию на приёмнике, добавил скорости. Песня Шарля Азнавура мелодично полилась из динамиков, затрагивая сердце и заставляя задуматься. Таксист решил подпеть припев, что вызвало улыбку у профессора Сильвани, напомнив о том, как отец не имевший голоса, пел, готовя своё коронное ризотто с белыми грибами.
Время не жалеет человека, но даёт возможность помнить самое дорогое сердцу. Паскуалина бросила взгляд на циферблат наручных золотых часов, которые напомнили ей о её опоздании. Она знала, что это даже к лучшему! Разжечь страсть в мужчине можно несколькими способами и этот был одним из них.
Такси подъехало к итальянскому ресторанчику и остановилось у тротуара. Профессор Сильвани расплатилась с таксистом, щедро оставив ему на чай и вылезла из машины. Она прихлопнула дверцу такси и, сделав несколько шагов, вошла в ресторан. Стиль классической итальянской таверны погрузил её в атмосферу прошлого века и Паскуалина увидела Виктора, который задумчиво сидел за столиком и дегустировал вино. Она улыбнулась и лёгкой походкой подошла зашла сзади, зажала подмышкой сумочку, чуть наклонилась и закрыла пальцами его глазницы.
– О, сиятельный синьор, кто же посмел закрыть ваши глаза? – игриво спросила профессор Сильвани.
– Наверное, это фея, живущая среди гор в воздушном замке и решающая судьбы таких стариков, как я! – улыбнувшись, ответил он.
– Ты, не стар, любимый! Стара лишь твоя душа! – прикусив мочку его уха, добавила Паскуалина. Виктор встал со стула из-за столика и, положив руки на её талию коснулся своими губами её пухленьких губ. Поцелуй продлился недолго, но она не преминула куснуть его за нижнюю губу. Паскуалина протянула руку к бокалу вина и сделала дегустационный глоток. – Суховато.
– Разрешите, ваш плащ, – произнёс официант, замерев позади.
Тихая атмосфера зала, где хватало гостей и при этом оставались парочка свободных столиков. Виктор снял с Паскуалины её плащ и отдал официанту. Он задвинул за ней стул и сам вернулся за столик. Запах блюд итальянской кухни разжигал аппетит особенно после долгого рабочего дня.
– Что будем заказывать? – проведя по русым волосам ладонью, спросил он.
– А, чтобы ты хотел? – открыв меню, спросила в ответ Паскуалина.
– Я подумываю о рыбном блюде, – задумчиво листая меню, произнёс Виктор.
– Тогда попробуй окуня. Клаудио его готовит на отлично! – улыбнувшись, добавила она и сделал глубокий вдох и постепенный выдох.
Вид приподнятой груди в зоне декольте, приковал его взгляд голубых глаз, неотрывно смотрящих на её лицо.
– Тебе не нравится окунь? – сделав глоток вина из его бокала, спросила Паскуалина.
– Я пока об этом не думал, – задумчиво ответил Виктор, будто находился в плену прошлых ошибок и неопределённого настоящего.
Профессор Сильвани заметила его беспокойство. Она понимала, что есть что и поэтому решила своим обаянием сменить настроение.
– Вы готовы сделать заказ, профессор? – подойдя к столику, спросил официант.
– Пусть Клаудио сделает своего фирменного окуня с овощами, а мне стейк, как я люблю и печёный картофель. Так же неплохой шато нам и сырную тарелку, конечно же.
– Будет сделано, синьорина, – кивнув головой, записал в свой блокнотик официант и прошёл к другому столику.
– Я люблю, когда ты счастливая! – улыбнувшись, произнёс Виктор.
– Счастье – это украшение, любимый! Примерно такое же, как колье, которое на мне, но за внешнем блеском никто не замечает грубость работы ювелира.
– Ты действительно, профессор! Только для меня ты не генетик, а философ и психолог. Ты всегда знаешь, что и когда нужно сделать, тем самым сохранив атмосферу праздника…
– Праздник каждый дарит себе сам, а я лишь стерегу его границы, – подмигнув, дополнила Паскуалина.
Официант разлил по бокалам вино и оставил бутылку на столе в металлическом держателе.
– Терпковато немного, – сделав небольшой глоток, сказала она.
– Мне нравится, – попробовав вино, произнёс Виктор.
– Просто, дорогой, ты не очень большой знаток вина!
– Это уж точно! По мне, коньяк, куда интереснее, – почувствовав дискомфорт в желудке, добавил он. – От него изжоги точно не бывает.
– Согласна, но оставим коньяк на поздний вечер, – неосознанно коснувшись шеи пальцами левой руки, сказала Паскуалина и сделала ещё два небольших глотка шато.
Романтический ужин затягивался, а время текло, словно песок сквозь пальцы. Всё самое хорошее в нашей жизни проходит быстро и исчезает подобно вору за углом с толстым портмоне.
Виктор с Паскуалиной покинули ресторан, успев перед этим пообщаться с шеф-поваром Клаудио о гастрономических впечатлениях после ужина. Они поймали такси и направились на квартиру к профессору Сильвани. На чистом ночном небе висела яркая луна, проливая на город свой тусклый свет, подобно роднику способному исцелить любые раны. Объятие и его дыхание, ощущаемое нежной кожей её шеи. Игривый взгляд Паскуалины и прикосновения, разжигали страсть и желание в сознании Виктора, провоцируя в его голове фантазии. Строить воздушные замки для него уже было поздновато. Возраст чуть за сорок давно остудил юношеский пыл, но сердце всё равно хотело любви…