Страница 37 из 64
— Ясненько. Я поняла тебя.
На какой-то момент Икки увидел нечто в глазах Арисуин. Это была… жалость.
— Икки… ты… ты же привык к боли, да?
— Алиса?
— Я основываюсь на собственном опыте, так что, возможно, к тебе это не применить. В конце концов, сила это то, сколько ты можешь вынести. Если ты не будешь время от времени выпускать пар, а продолжишь взваливать на себя невзгоды, то однажды просто сломаешься и уже не сможешь восстановиться. Обычно сердце кричит от ярости, печали и негодования. Что-то вроде: «Я хочу, чтобы кто-нибудь узнал о моей боли!» или «Хочу, чтобы кто-нибудь понял мою печаль!». Но ты так долго сдерживал этот крик, что уже не в состоянии его услышать.
Икки поразили эти слова. Он не понял их, даже когда Арисуин прикрыл глаза от огорчения.
— …Это… Не думаю, что это так.
Икки не доставало этих эмоций, но он, конечно же, бывало испытывал и злость, и грусть. Однако Алиса покачал головой.
— Нет, ты просто не слышишь. По крайней мере, не сейчас. В смысле, если можешь, то почему остаешься таким спокойным? Почему так легко улыбаешься?
Я просто ещё не заплывал по жизни так далеко.
Но всё-таки Арисуин слишком много надумал, так что Икки пришлось нацепить обеспокоенную улыбку, несмотря на то, что его собеседник стоял с мрачным лицом. Алиса вздохнула из-за неясного выражения Икки.
Нет, моими словами до него не достучаться.
Сколько весят её слова? Икки всего лишь незнакомец, с которым она только сегодня познакомилась, и хоть Арисуин знала, что далеко юноша не зайдет, она всё равно не сдавалась. Она хотела открыть ему глаза, ведь Курогане Икки был важен не только для Шизуку, Алиса и сама считала его весьма приятным человеком.
В итоге Арисуин просто ободряюще улыбнулась и поцеловала серебряное распятие, висевшее на шее.
— Надеюсь, появится такой человек, что сможет услышать этот крик. Как твой друг, молюсь за это от всей души.
Но Икки не понял этой молитвы. Стоит поблагодарить Арисуин? Он совершенно запутался, а слова Алисы эхом повторялись в его голове, словно какое-то откровение.
Внезапно лицо Арисуин застыло. Это было уже не печальное выражение, а напряженность вместе с озадаченностью. Он начал осматриваться.
— Икки, можешь пойти со мной?
Арисуин схватил его за руку и бросился вперед.
— А?! Что?!
— Просто беги.
Не слушая жалоб Икки, Алиса кинулся к уборной, куда они и направлялись. Может, уже не было сил терпеть?
И только Икки подумал об этом, как вдруг раздался взрыв, звуки разбитого стекла и… выстрелы вперемешку с криками.