Джинния против!

— Это я для тебя постаралась, о человеческое существо, у тебя же нет внутреннего огня, давай грейся!

Я хотела возразить, что огонь у меня есть, но она бы не захотела понять, эта шовинистка до сих пор считает, что раса джиннов выше людей, и относится к нам с высокомерной снисходительностью. Но все равно, спасибо за заботу…

Подсаживаясь к огню, я увидела мой эпилятор. Тихонько жужжа, он жался поближе к Акисе, как будто тоже замерз. Значит, тоже спасся, молодец…

— Я нашла его среди обломков нашего корабля вон там. Его выбросило на берег вместе с нужными вещами, за которые он уцепился.

Только сейчас я увидела, что берег усеян всяким мусором с нашей багхалы. В глаза в первую очередь бросался, конечно, ОЧЕНЬ нужный нам телевизор!

— Ты что, не рада?

— Да нет, рада, настолько, насколько может быть рад человек вдруг ожившей машинке с непредсказуемым поведением. Кстати, ты быстро оправилась. Провести столько времени в воде. Я боялась, что ты вообще не выживешь, — старательно беспечным тоном заметила я, прикидывая, как половчее поймать прячущийся эпилятор. Все равно он будет мой!

— Сон целителен не только для людей. Мы спим редко и мало, но с великой пользой, — сказала джинния так важно, будто такая физиология была ее личной заслугой.

— А покушать у нас ничего нет? Кроме просоленных морской водой бутербродов в целлофане, но их есть невозможно, — доложила я с намеком на то, чтобы Акиса наколдовала.

— Нет, о взыскательная, огонь высечь было нетрудно. — Она щелкнула пальцами, демонстрируя водопады искр. — Этого добра у меня еще много. Но еду я достать не могу, моя магия здесь бессильна, как это было в мире Гаруды.

Гаруда — это птица-великан, которая помогла нам избавить Ирем (тот, что сравнительно хороший, Белым, что ли, его теперь называть, когда оказалось, что есть еще и Черный Ирем?!) от самовластно захватившего город дракона. Помните, она его попросту проглотила.

— Жаль, но ничего, прорвемся, — бодрясь, сказала я, жалея, что не запаслась солониной и консервированной селедкой, с ними морская вода ничего бы не смогла сделать. Правда, консервы бы первыми утопли, потянув за собой и солонину, но ведь можно помечтать. Изредка, немножко, о самом лучшем друге каждой девушки — холодильнике, набитом продуктами…

Оглядевшись и приметив растущие вдоль берега пальмы, я представила себе преследующую меня в гневе обезьяну после попытки украсть у нее банан, пока джинния танцевальными движениями, а попросту крутя попой отвлекала ее внимание на себя. Ну и что, главное — добыча! Но мои фантазии на этот счет рассеялись: подойдя к пальмам, мы увидели, что сразу за ними открывается бескрайняя пустыня. И мы должны будем пересечь ее, что на голодный желудок практически невозможно. Глянув еще раз с жадностью на пальмы, я заозиралась в поисках обезьяны…

— Кокосы еще не созрели, — проследив за моим взглядом, сообщила Акиса и пояснила: — Это кокосовые деревья, а не банановые.

— Тогда, может, останемся умирать здесь на берегу? Тут хотя бы воздух свежий, а там раскаленная пустыня. — Я вздохнула, чувствуя, что вера в себя упала по шкале до самой нижней отметки.

— Да-а, раскаленная пустыня, как дома… — с любовью глядя на обожженный солнцем безжизненный песок, нежно протянула джинния и кокетливо поправила усыпанный бисером и монетами лифчик, более подходящий к костюму для танцев живота. Хотя кокетничать тут не перед кем, кроме варанов, кобр и скорпионов. Но они вряд ли поймут и уж тем более оценят.

Поудобней перекинув рюкзак за плечо, я последовала за Акисой, которая уверенно вышагивала по струящемуся песку с гордым эпилятором на плече. Я же с каждым шагом еле вытаскивала ноги.

— Скажи-ка мне, откуда ты знаешь дорогу? Значит, ты раньше уже ходила в Черный Ирем?

— Ай, о недоверчивейшая, джинны никогда не ошибаются в направлениях, — буркнула Акиса, как мне показалось слишком поспешно. Я посмотрела на нее пристальнее…

— А ты не могла перенестись в Черный Ирем вместе с демонами, которые забрали Мишу? — спросила я и поджала губы, сдерживая подкатившие к горлу слезы. Бедный мой Мишка в плену у демонов, да еще у самых безжалостных и жестоких, если верить Акисе, а причин ей не верить у меня не было.

— Каким образом?

— Ну, схватив кого-нибудь из них за конечность, например.

— Я встретилась с ними в пустыне недалеко от моего Ирема. Они ослепили меня огненной вспышкой и отбросили в сторону. Конечно, я хотела помешать им! Но, увы, злодеи исчезли в мгновение ока… И больше я не могла вызвать их своей магией, они вне зоны доступа, — досадливо пояснила она.

— А как у тебя в первый раз получилось? Может, я смогла бы тебе помочь? Подать жертвенный нож, разжечь огонь, помешать колдовское варево, кровью девственницы тоже поделиться могу…

Акиса смерила меня взглядом:

— Джинну в таких делах помощники не нужны. Появись мы перед демонами Черного Ирема, они бы убили тебя на месте. А мы должны попасть туда живыми и незамеченными. Потерпи, путь уже недолог, к ночи дойдем, хотя там вечная ночь…

Утешила, а я даже фонарик не взяла.

Глава пятая, МАРТИНИСТАЯ

Мы шли уже, наверное, часа четыре; присев на свой рюкзак, чтобы не обжечься на раскаленном песке, я съела последний просоленный морской водой бутерброд. Хорошо, что джинны в еде не нуждаются и не пришлось делить его на две части. Акиса, подозрительно посмотрев на меня, предупредила, чтобы потом я не просила пить, я рассеянно обещала. Мы пошли дальше, через полчаса волнами проползающие под песком кобры здорово напоминали моменты из фильма «Дрожь земли», не говоря уже о «Дюне»…

А через час дал о себе знать и соленый бутерброд с маринованным огурцом, в горле осела полная засуха, начала трескаться кожа на руках, и загар уже не спасал от солнечных ожогов. Вроде бы хождение по утекающему и проваливающемуся песку отлично тренирует ноги, и все бы хорошо, но не хочу превратиться в сушеную мумию раньше времени.

— Пи-и-и-ть…

Джинния воззрилась на меня с ужасом. Что я такого сказала? Ой, я же обещала и забыла. Не просить пить, но я и не просила, это так просто мысли вслух.

— Сейчас тебе будет вода, хоть залейся, но зачем ты не послушалась меня, о неразумнейшая?

В тот же миг поднялся целый вихрь из песка, я зажмурилась и закрыла лицо футболкой. Наконец почувствовала, что ветер стихает, открыла глаза и… быстро оправила майку, потому как он стоял и, в отличие от притязательных пиратов, внимательно изучал мою грудь. Гигант, огромный, как пирамида из слонов. Он встал на расстоянии, наверное, чтобы мы смогли сразу разглядеть его всего и не приняли пальцы его ног за валуны.

— Дождались. Получай же, что заказывала, это Властелин Воды.

— Властелин Воды? Значит, у него есть вода? — с радостью уточнила я, не сразу уловив сарказм в голосе подруги.

— Да, и столько, что нас просто расплющит, когда он ее на нас обрушит, бежим отсюда, пока не поздно!

— Предупреждать надо! Откуда ж я знала? Что-то уже и пить расхотелось! — на бегу кричала я.

— Раньше надо было думать, о моя поспешная в решениях сестра и подруга! Какой шайтан угораздил меня с тобой связаться?! Не могла потерпеть…

— Но мне очень хотелось, — упрямо заметила я, притормаживая. Почему, несмотря на все испытания, которые я с достоинством преодолевала, не жалуясь и не скуля, я должна еще и за каждым своим словом следить?

— Ай, сейчас это уже неважно, — пренебрежительно бросила Акиса, нетерпеливо пытаясь тянуть меня за собой.

— Ах, не важно? Ладно, и что он с нами сделает? Утопит в пустыне, что ли?! Тогда где твой Абдрахман, черт его возьми, где он шатается, когда так нужен?! И в море, когда мы крушение потерпели, он не появился. Второй раз опаздывает, между прочим, и обещания встретить нас на берегу не сдержал. За что мы ему платим, в конце концов?!

— Во-первых, он не мой! Я же тебя предупреждала, этот сын шакала при каждой опасности прячет хвост. И зачем я связалась с дочерью Адама, знала ведь, что такой путь тебе не выдержать. Люди всегда так, ноют и жалуются, ждут понимания и сочувствия, чтобы продолжать бороться. Нам, джиннам, этого не понять, мы просто делаем то, что нужно, и не считаем это подвигом!