Страница 36 из 97
Глава 10. Гиперзвуковую посылку вы заказывали?
— Вот, — Катя подаёт стакан с водой. — Попей, станет легче.
— Какое сейчас число? — вижу идущий за окном снег. — Или правильнее спросить какой сейчас год?..
— Двадцать девятое октября, — негромко отвечает Катя и настойчиво предлагает взять стакан. — Пей.
— Больше месяца… Немыслимо… — с тяжёлым сердцем произношу я и тянусь к воде. — Оу… Капельница? Хотя чему я удивляюсь? Столько проваляться без дела… Что сейчас происходит в мире? И как ты добралась?
— Не волнуйся, нам ничего не угрожает, — уверяет Катя. — А добралась я… С трудом. Спасибо Розалии — она лично возглавила операцию по моему спасению.
— Розалия? — удивляюсь я.
— Да, — Катя кивает. — Слышала, ты назначил её своей помощницей?
— Как видишь, не зря, — опустошаю стакан. — Больше месяца… Это жопа…
Замечаю, что Катя слегка меняется в лице, когда речь заходит о Розалии. И меняется она не в лучшую сторону. Что это? Ревность? Без понятия, что здесь творилось во время моего «отсутствия»…
Но все эти бабские разборки фигня на фоне тех событий, которые должны произойти. И беглый анализ позволяет понять, что я нахожусь в своём особняке, а раз его не разбомбили — это уже неплохо. Значит, пока что мы не проиграли. Пока что…
Страшно представить, что сделает Алхимик, когда узнает о моём освобождении. И тут стоит подумать, есть ли возможность сохранить этот факт втайне? Скорее всего, нет. Тогда получается, что нужно нанести ответный удар, пока эта скотина не опомнилась!
Я пытаюсь подняться на кровати и сползти на пол, но мышцы не слушаются. Тысячи мелких игл пронзают каждый сантиметр моего тела, ответственные за передвижение. И если с онемением в руке я хоть как-то мог справиться, то с ногами и спиной такая история не прокатывает — мышц больше, бороться сложнее.
— Куда ты! — восклицает Катя. — Лежи! Тебе нужен покой.
— Полежали и хватит, — отнекиваюсь я и продолжаю сражаться с собственным телом. — У нас мало времени…
— Хозяин нельзя вставать! — в дверь вбегает Жрец. — Хозяин нужно лежать!
— Сам разберусь, — гаркаю в ответ и всё-таки сгибаюсь в положение сидя, удаётся даже свесить ноги. — Вытаскивай капельницу, отключай от аппаратов. Я здоров.
— Ваше Благородие, вам… — за спиной Армстронга мямлит Розалия.
— Быстро! — приказываю я.
— Жрец должен проанализировать хозяин, тело может быть повреждено, — настаивает бугай.
Позволяю ему подойти и применить магию, но понимаю, что особого смысла в этом нет, ведь природа моего «заболевания» ясна, как белый день. Вот только как объяснить её слугам? Да и стоит ли?
Нет, сейчас это не важно. Единственный с кем стоит обсудить этот момент — Элиан. Возможно, он что-то знает о подобных «проникновениях», но и то не факт.
— Розалия, докладывай, — требую я, морщась от холодной магии Жреца. — Что с Денисом Леонидовичем и его людьми? Как обстановке на фронте? Если он вообще есть…
— Совместными усилиями нам удалось склонить на нашу сторону девяносто шесть населённых пунктов, преимущественно на юге сектора. В данный момент запасы магического стрелкового оружия исчерпаны на семьдесят процентов. В связи с ограниченностью ресурсов мы сосредоточились на удержании захваченных территорий, а также на подрывной и агитационной работе в ближайших поселениях, — сообщает моя рыжеволосая помощница.
— Боюсь спросить, как это у вас получилось? Разве Империя не кинула все средства на ликвидацию нашей активности?
— Нам повезло, если можно так сказать, что в Империи началась смута и борьба за власть… — Розалия бросает на Катю странный взгляд, полный презрения. — Один человек, известный как…
— Мой Дядя, — перебивает Катя. — Он заключил союз с НКК и пытается свергнуть Императора.
— Хм… — хочу почесать затылок, но рука еле поднимается. — Свезло так свезло, как говорится…
— Сейчас боевые действия проходят на границе Московского и Европейского княжеств, — продолжает Розалия. — Верные Императору люди терпят поражение. Как уже сказала Её Высочество, человек, прозвавший себя «Освободителем» вступил в тайный союз с НКК.
— Освободитель? — ухмыляюсь я. — Дай угадаю, он решил сплясать, используя нашу музыку?
— Если я правильно поняла Ваше Благородие, то да. Освободитель использовал наши агитационные материалы и провозгласил себя единственным, кто может освободить страну от императорского гнёта.
— А что остальные князья?
— В Монгольском началась Гражданская война, пока что мы не видим правителя, которого могли бы поддержать… Да и без вас, наши ресурсы ограничены…
— Сибирское? Турецкое?
— Южное княжество объявило о своём нейтралитете. Мы сходимся на том, что князь из Стамбула выжидает окончания противостояния Императора и Освободителя, дабы впоследствии присоединиться к победителю. Сибирское княжество вступило в открытое противостояние с организованной вами Народной Дружиной.
— Хочешь сказать, что помощи из Москвы не будет? — уточняю я.
— Верно, Ваше Благородие. Последние недели мы сражаемся только с войсками исполняющего обязанности графа Уральского сектора. Сам князь находится при смерти.
— О как! Да я смотрю, нам везёт?
— Если вы имеете в виду состояние князя, то тут стоит отдать должное совместной работе Дениса Леонидовича, Петра Николаевича и Элиана Гросса. Если в двух словах, то они проделали похожий трюк, благодаря которому прошлый граф Громов покинул этот мир.
— Молодцы! — я трижды киваю и пытаюсь встать. — Ну что там со мной, Жрец?
— Хозяин здоров… — он будто не верит своим словам. — Я не знать, чем хозяин болеть. Прошу простить моя неопытность…
— Ты не мог помочь, — получается встать на ноги. — Тут дело в другом…
— Что же с тобой случилось? — спрашивает, сидящая на кровати Катя. — Я так переживала за тебя…
Она берёт мою руку и начинает наглаживать, я вижу, как Розалия сжимает челюсти, пытаясь скрыть злобу. Как они друг друга не поубивали? Непонятно… Всё-таки Розалия знает своё место и не пытается прыгнуть выше головы — похвально.