Кто люб богам

Олд-Сквер была старым местом – это скопление зданий из красного кирпича с островерхими крышами, должно быть, помнило ещё Карла I. Джулиан прошагал по узкой, извилистой лестнице к номеру 21 и нашёл дверь с именем сэра Малькольма. Внутри обнаружился старый секретарь, склонившийся на письменным столом – его седая голова походила на остров среди океана бумаг, пачки которых были перевязаны красными ленточками. Увидев посетителя, он сунул перо за ухо – это привычке он был обязан чернильным пятном на бакенбардах.

- Доброе утро, сэр.

- Доброе утро. Мне нужно увидеть сэра Малькольма.

- Я боюсь, его сейчас здесь нет, сэр.

Джулиан знал, что выдающихся барристеров никогда нет у себя. Одна из первейших обязанностей секретаря – поддерживать их величественное одиночество, отгоняя тех, кто явился, не договорившись о встрече.

- Если вы будете так добры и возьмете эту карточку, я думаю, он может чудесным образом появиться.

Секретарь посмотрел на карточку, и его напряжённое лицо расслабилось.

- Мистер Кестрель! Господи, он надеялся увидеть вас, – секретарь открыл дверь у себя за спиной и объявил:

- Мистер Джулиан Кестрель, сэр.

- Мистер Кестрель! – в дверях появился сэр Малькольм. – Входите, входите! Садитесь и рассказывайте всё, что узнали. Я жажду новостей.

Джулиан подождал, пока дверь за ним закроется, а потом предупредил.

- Я боюсь, некоторые новости могут оказаться для вас болезненными.

- Тогда рассказывайте быстрее, – сэр Малькольм сел на стол, отмёл в стороны груду распечатанных писем и синие сумки с бумагами. С его парика, висевшего на деревянной подставке, слетело облако пудры.

Джулиан начал с самой горькой части. Когда рассказ подошёл к концу, сэр Малькольм глядел на него ошарашенно и неверующе.

- Все до единого? Все письма писал Клэр?

- Все, что передали мне вы, да.

- Но как Александр мог… Почему… – он упёр пальцы и лоб, лихорадочно размышляя. – Он… Конечно, он пытался порадовать меня… хотел, чтобы я гордился им. Он поступил дурно, но с благими намерениями. Всё было так, как сказал вам Клэр: у Александра не было времени учиться, у Клэра было, и Александр… воспользовался учёностью друга.

- Не только учёностью, – мягко напомнил Джулиан. – Он позаимствовал его мысли, его взгляды, его идеалы.

- Он не должен был этого делать. Я знаю. Но эта ошибка сделана из любви – так школьник тщится впечатлить своего отца.

«Но Александр был уже не школьником, – подумал Джулиан. – Что для школьника – шутка, для мужчины – уже обман»

Вслух он сказал:

- Для расследования не так важно, почему Александр хотел, чтобы его письма писал Клэр – важнее понять, почему Клэр согласился. И он, и Адамс оказали Александру необычную услугу – Клэр снабжал знаниями, жертвуя своей карьерой, а Адамс простил долг. На такое не хватило бы обаяния даже у Александра. Либо он предложил этим двум что-то ценное, или угрожал. И поскольку не похоже, чтобы он хоть как-то помог Клэру, нужно задаться вопросом, как он мог ему навредить.

- Вы забыли, что мой сын – жертва! – гневно воскликнул сэр Малькольм. – Он был жестоко и коварно убит! А теперь вы больше беспокоитесь о его преступлениях!

- И то, и другое неразрывно связано. Если мы не узнаем, кого Александр разозлил или с кем несправедливо обошёлся, где мы возьмём мотив его убийства?

Сэр Малькольм вскочил и зашагал взад и вперёд, сжимая и разжимая кулаки. Наконец он взял себя в руки и сделал долгий вдох.

- Вы правы, как всегда. Простите меня. Но вы не видели его лежащим той ночью, с головой пробитой ударом кочерги – двадцать четыре года, что были уничтожены в один миг! Это была груда костей и кровоточащей плоти, что раньше говорила, смеялась и … – он закрыл лицо руками.

- Мой дорогой сэр, – Джулиан подошёл и положил руку ему на плечо. – Вы не хотите сесть? Мне позвать секретаря, чтобы он принёс вам выпить?

- Нет, вы очень добры, но я буду в порядке, – он позволил Джулиану подвести его к стулу и закончил уже снизив голос. – Теперь вы говорите мне, что молодой человек, которого я знал и любил, был ненастоящим – что он обманывал меня, быть может – шантажировал своих друзей – я ещё не уложил этой в своей голове. Это трудно… трудней, чем я ожидал.

- Я сочувствую.

- Я знаю, – сэр Малькольм похлопал его по плечу. – Вы не сделали ничего, о чём я не просил. Пойдёмте дальше. Я покажу, каким спокойным и деловым я могу быть. Вы сказали, что мой сын мог иметь какую-то власть над мистером Клэром. Какой она могла быть по-вашему?

- Я думаю, это как-то связано с сестрой Клэра. Он испугался, стоило мне заговорить о ней, и так яро отрицал, что она знакома с Александром, что я не могу поверить, что он показал себя эталоном правдивости.

- Что вы о ней знаете?

- Только то, что она живёт с двоюродным дедом с Сомерсете, и что она ярая сторонница Мэри Уолстонкрафт.

- Права женщин, да? Я знаю эту книгу – она написана немного истерично, но в ней много верного. Платон, как вы знаете, считал, что женщины могут быть стражами в его идеальном государстве. Он считал, что исключать их – всё равно что держать в качестве цепных псов только кобелей. Нет никаких причин, почему бы женщинам не учиться и не рассуждать, как мужчинам. Только вот они этого не делают, – с сожалением добавил он. – Вот почему я никогда не знаю, что им ответить.

Джулиан был рад дать сэру Малькольму выговориться – это вернуло ему самообладание. Когда барристер пришёл в себя, Джулиан кратко передал ему свои беседы с леди Антеей Фитцджон, Феликсом Пойнтером, сэром Генри Эффингемом и Дэвидом Адамсом. Он объяснил и то, что служанка, встретившаяся миссис Фолькленд на Стрэнде, на самом деле была женщиной сомнительной репутации по имени миссис Десмонд, которая по неизвестным причинам переоделась в платье своей горничной. Кестрель рассказал, как миссис Десмонд и служанка съехали из дома в ночь Убийства на кирпичном заводе, и как он и Вэнс исследовали кусочки глины в её доме.

- Как видите, – заключил он, – мне нужно вновь расспросить миссис Фолькленд.

- Я не могу представить себе, откуда Белинда может знать такую женщину, не говоря уже о том несчастном создании, что убили на кирпичном заводе.

- Как и я, но мы не можем закрывать глаза на то, что миссис Фольленд утаила свою встречу с миссис Десмонд. Это может не иметь никакой связи с убийствами, но я не могу сказать этого точно, пока у меня не будет фактов.

- Конечно, вы можете приехать в Хэмпстед и расспросить её снова. Но не может ли это подождать до завтра? Сегодня утром у неё был очень нелёгкий разговор с Юджином, она потрясена.

- Так она исполнила своё обещание отправить его в школу?

- Да. Мы все боялись, что в последний миг он вытворит что-нибудь, как в тот раз, когда он стоял под дождём всю ночь. Но он уехал в целости и сохранности. Сейчас должен быть уже на пути в Йоркшир.

- Тогда я приеду завтра утром.

- Белинда каждое утро выезжает верхом, если только нет дождя.

- Быть может, она позволит мне проехаться с ней, – Джулиан подумал, что это очень подходит его планам. Миссис Фолькленд любит ездить верхом, и в седле она может расслабиться и обо всём позабыть. Конечно, сосредоточиться на расследовании будет непросто. Белинда Фолькленд верхом была одной из достопримечательностей Роттен-Роу – зрелище, приятное глазу любого ценителя верховой езды и женской красоты. – И ещё одно, сэр Малькольм. Вы не должны ничего рассказывать ей про миссис Десмонд.