Страница 39 из 76
– Её отец тоже оборотень?
– Да, гиеновидная собака. Знаешь таких?
– Смутно представляю, – она рассмеялась. – Жаль нельзя загуглить.
– У них большие круглые уши и чёрно-жёлтый окрас. Пятнами рваными.
– А сколько вообще… домов? Семей в Мунисе?
– О, много, – я почесал бровь. – Меньше, чем животных в реальном мире, но полно. Вот сколько семей в Москве?
– Не представляю, – задумалась Алина и рассмеялась.
Я кивнул:
– Мунис тоже большой. Думал, буду помогать Димке держать всё это. Теперь надо вырвать победу. В память, чтобы его идеи и идеалы жили. Был порядок, даже если львов не осталось.
– Ты тоже не уверен в себе, – сделала неожиданный вывод Алина, и я понял, что она права. Нашла название тому, что я лишь чувствовал, но не осознавал. – Блин, Марик, – она потёрлась о плечо щекой. Без капли кокетства. Невинно и по-детски трогательно. – Если бы я могла тебе помочь. Смешно. Я расстраиваюсь, что моя жизнь будет однообразной, а ты – потому в твоей слишком много изменений, – она провела пальцем по покрывалу, вдоль моей руки. – Но и у князей бывают отпуска? Сможешь путешествовать.
– Придётся ко многим вещам приспособиться.
– А почему Владимир не взойдёт на трон? Ты же не хочешь.
– Он старый. Я начал помогать им с работой, потому что отцу сложно самому мотать по филиалам.
– Подумай о хорошем, – Алина улыбнулась. – Наверняка ты будешь отпадно выглядеть в короне. Все девчонки твои.
– А зачем мне все? – улыбнулся. – Нужна одна.
– Я думала всем князьям положено несколько жён. Как льву, – Алина прищурилась. – Или ты выбрал такую, что переплюнет четверых?
– Всё может быть. Но она обязательно должна хорошо петь, играть в шахматы и дать по зубам, если что. А, ещё её имя начинается на «А».
– Только не говори, что она ещё должна зараз съедать больше, чем оборотень, – Алина усмехнулась. – Потому что эта одна в восторге от тебя и без короны. А в ней ты просто снесёшь башку, – она приставила себе к виску воображаемый пистолет, выстрелила и театрально умерла на плече, высунув язык.
– Понял, никаких корон, – улыбнулся, погладив её по волосам. – Тоже положена, а я уже не уверен, что мне башку не снесёт.
– Стой, – она нахмурилась. – Как это никаких корон? Мы за неё и боремся! Эх, ты, подзабыл. Старость, не радость, – Алина постучала мне по лбу. – И чтобы ты без меня делал?
– Свалился б в яму и выл.
– Вроде это наша с Лё тема, – Алина рассмеялась, а потом похлопала ресницами. – А когда мы выиграем, и ты станешь князем, дашь примерять корону?
– Конечно. Предложил бы сфоткаться, но с техникой беда.
Упоминание Лё напрягало. Я и правда ревнив. Не хочу, чтобы у неё были темы с кем-то кроме меня.
– Вообще ты… можешь и остаться. Стать княгиней.
Алина прыснула со смеху.
– Да кому я нужна? Сам видишь, сколько ем, Мунис обнищает. Гор разве что предложит «особое» блюдо.
В голове возникло слово «мне». Набрал воздуха, чтобы озвучить его, но оборвал себя. Нет. Это может сдержать её, навесить ненужную ответственность. Алина говорила, что на меня ей не плевать. Признаю, что нуждаюсь в ней, всё равно что скажу: «если ты уйдёшь, я не знаю, что с собой сделаю».
Надеюсь, я не свалился в чувства настолько глубоко?
– Ты одна из немногих, кто согласился поиграть со мной в шахматы, а ещё здорово поёшь под моё баловство на клавишных. Девушек похищали и за меньшие заслуги, особенно в книжках. Не подумай, я силой удерживать не вправе. Ты мне дорога и я буду уважать твои желания и границы. Если решишь уйти, просто помни, что здесь тебя тепло встретят, накормят и приютят.
Надеюсь, получилось не слишком нагло.
Алина посмотрела на меня и заулыбалась.
– Блин, ты чё такой серьёзный? – хихикнула. – Так пафосно, будто предлагаешь мне замуж выйти.
– А ты согласишься? – осторожно улыбнулся. – Надо эпично затащить тебя на вершину горы в карете, запряжённой единорогами. Подговорить всех рассредоточиться вокруг и в назначенный час запустить разноцветные воздушные фонарики в форме сердечек. Потом, обязательно в белых брюках бахнуться в траву на колено, коробочка с дорогущим кольцом. А, да, ещё надо чтоб кто-то скидывал лепестки роз. С воздушного шара.
– Но обязательно в Малинках, – подхватила Алина. – Чтоб все местные позеленели от зависти. И фейерверки. Куча салютов, – она прижала ладонь к груди. – Ты б знал, как я их люблю. Вместо роз можешь подарить букет с колбасой, – она рассмеялась. – Мы от эмоций проголодаемся и сразу перекусим. Как говорится, в богатстве и бедности, голоде и сытости. Я даже поделюсь.
– Начну составлять список покупок. Только чур не делать потом огромные глаза и не кричать: «Ты что?! Я шутила!»
– О, не дождёшься, – Алина толкнула меня в бок. – Я ещё каждый день буду тебя доставать: «Ну, когда ты мне будешь делать предложение?» Кто в здравом уме откажется от идеального принца? – последние слова прозвучали странно. – Она приподнялась на локте и будто изучала моё лицо. Словно старалась отложить это в памяти. – Эх, Марик, иногда можно и помечтать. – Алина развела руками, а после склонила голову к плечу. – Ну, в шахматы поиграли, перекусили. Чем ещё займёмся?
Первую пришедшую мысль я отбросил. Неприлично. Всё-таки прав был отец. Отсутствие князя на всех влияет. Даже на альф.
– Ну… – я обвёл комнату взглядом, ничего толкового на ум не приходило. – Можем поговорить ещё. Хочешь, расскажу что-нибудь.
– Хм, – Алина сузила глаза. – Не боишься мне такое разрешать, мало ли что я спрошу? Вдруг про твою первую любовь или любимый цвет.
– Не боюсь.
– Тогда начинай отвечать, – Алина хитро улыбнулась. – Блин, знаешь, что вспомнила? У вас в детстве были такие анкеты, которыми вы обменивались с друзьями? У меня была. Девчонки все купили, у нас с деньгами не очень было и я сделала сама. Помню, на обложке лошадь из раскраски разместила. Не знаю, почему именно лошадь, – она посмеялась. – Но, кстати, моя считалась самой крутой, потому что вопросы были совсем не такие как в одинаковых магазинных.
– Ого. Ты собрала досье на знакомых? Полезно.
– Что? – Алина прыснула со смеху. – Принц, что там в вашей Англии за подозрительность. Какое досье? Это же весело. Вот, например, был вопрос кем ты хочешь стать, когда вырастешь? Или главное желание? Ну и конечно – опиши парня или девушку своей мечты.
– Хм… Я хотел стать путешественником. Странно, знаю. Особенно для того, кого с детства готовили к разным ответственным занятиям.
– Днём – Великий князь оборотней, а ночью – одинокий пилигрим, – Алина лукаво вздохнула. – Так и просится на стихи или поэму какую-то. Я хотела стать кондитером. Как ты понимаешь, исключительно для того, чтоб самой все вкусняхи и поедать.
– Не очень в плане бизнес-стратегии, но для души здорово, – улыбнулся. – А что про парня мечты?
– Парень мечты? Хм-м-м… Ну, тогда я была влюблена, – Алина запнулась. – Не смейся – в героя мультика. И не представляешь, как страдала, что мы не можем быть вместе. Но описала его – темно-рыжие волосы, ловкий и смелый, весёлый, а ещё говорит с французским акцентом и носит плащ.
– Хм… в мультиках я не силён.
– А что насчёт твоего идеала? Тогда и…, – она смутилась. – Сейчас.
– М-м-м, вопрос с подвохом, да? – я посмеялся. – От желаний и вкусов мало что зависит. У нас смотришь на девушку и понимаешь – она. На это влияет много факторов. Внешность тоже, но в большей степени внутреннее ощущение. Чутьё.
– Вроде любви с первого взгляда? – задумалась Алина. – И что? Было такое?
– Ну…
Признаваться не хотелось. Внутри выстрелила пружина страха и по спине пробежал холодок. Конечно, я понял, но признать: вдохнуть воздух, открыть рот и выдохнуть слова не получалось, они застревали в гортани.
– Сложно сказать. Признаёшь и, считай, обречён. Вдруг чувство не взаимно? – чтобы не развивать тему решил свернуть в сторону. – Когда оборотни выходят «на охоту» в Явь, плетут науз на поиск партнёра. Это как талисман. Особый узел. Это вроде традиции.