Страница 54 из 64
— Понимаю. Ты её хот поцеловал на прощание или может что посерьёзней обломилось?
— Она меня поцеловала… В щёку… — Немного смущённо, понизив голос сказал Глеб, и видя моё лёгкое недовольство поспешил объяснить. — Стас, для меня это не просто интрижка… Не хочу на неё напирать и торопить события.
— Тебе видней. — Пожал я плечами, оглядывая подготовленную на треке ипподрома трассу по периметру которой были вбиты столбики, на которых стояли глиняные горшочки, чуть больше кулака. — Открою тебе небольшой секрет, солдат любви. Видишь пустое место рядом с собой?
— И? — Вопросительно протянул Глеб, не понимая к чему я клоню.
— Вот почему я должен обо всём думать, княжич Распутин? — Похлопав по плечу, я указал в сторону выхода с ипподрома, где земляки Фа развернули целый палаточный городок с различными «заморскими диковинками». — За цветами кабанчиком побежал, и пару вкусняшек возьми для своей дамы сердца.
— Цветами? Кому? — Удивился Распутин, видимо витающий в облаках, полный впечатлений и влажных фантазий.
— Мне бл@! Для Тани цветы! Возвращайся на Землю… — Чтобы возвращение произошло скорей, я постучал костяшками пальцев по голове парня. — Когда она придёт, то обрадуешь её. Она конечно будет говорить, что зачем ты тратил деньги на «веник» — Таня так букет называет, но ей на самом деле будет приятно.
— Так она же работает… Я ей предлагал вместе пойти и….
— Глеб, я тебя сейчас ударить хочу, не в обиду, а в целях возвращения к тебе здравого смысла. — Видя, что Распутин всё ещё не понимает, у меня невольно вырвался тяжёлый вздох. — Глеб, где работает Таня? Можешь не отвечать, я уже заранее обо всём подумал. За это тебе «минус» лично от меня в карму, и твою зачисление в клуб откладывается. Будешь на испытательном сроке ещё неделю.
— Какой клуб? — Судя по взгляду Глеба, он окончательно бросил что-то понимать.
— «Общество любителей красивых женщин». — Видя недоверчивый взгляд парня, я поспешил пояснить. — Ты не думай. Это мощная, влиятельная, многочисленная тайная организация. Мы везде и нигде, у нас длинные руки, ноги и много чего ещё.
— А такое общество разве есть? Никогда не слышал….
— На то оно и тайное, Глеб! Хотел тебя зачислить, ведь я не последний человек в этой организации, но теперь даже не знаю… Ты мог бы просто позвонить мне, объяснить ситуацию, а я бы всё уладил, но ты этого не сделал. Впрочем, всё уже и так организованно, но тебе всё равно «минус». Таня с Матвеичем доставят Водолаза, а потом она на сегодня свободна. Сидеть будет вот здесь, рядом с тобой. Бегом за цветами….
— Стас, дружище! — Глеб широко открыв глаза открывал лишь рот, пытаясь что-то сказать. — Спасибо, что помогаешь мне! Я мигом….
— «Тебе ли… Глеб?» — подумал я, добродушно улыбнувшись вслед сорвавшемуся с места Распутину, решившему соблюсти мои рекомендации. — «Ты неплохой парень, но я ради Тани стараюсь. Она хорошая девушка, которая достойна того, чтобы быть счастливой, и которой нужно устраивать свою жизнь. Надеюсь у тебя получится…».
Громкая музыка с азиатским этническим налётом ударила по ушам, засвистели фейерверки, а из ворот входа на ипподром начала заходить целя азиатская процессия, окружённая танцующими куклами драконов.
— Ну как же без этого… — Невольно вырвалось у меня, глядя на весь этот эпатаж. — «Сейчас должно будет начаться представление претендентов. Фа постарался, как и планировалось. Пусть празднует, ведь за всё уплачено из его кармана. Было бы по другому, если бы мне не удалось вылить на него ушат информационной «грязи», а ему теперь приходится утирать лицо. Танец «Тигра и Дракона», вот же гад… Намекает, что «Тигр», как бы не старался, будет повержен в конце».
Ложе патриарха Игуаньдао
— Организация на высшем уровне, достопочтенный Фа. — Выдал Орлов, когда закончился фейерверк, а по центру ипподрома начала виться длинная кукла дракона, закручивающаяся в кольца. — Только у меня возникает вполне закономерный вопрос, как этот «парад» поможет победить? Надеюсь, и к состязанию вы подготовились должным образом….
— Не могу понять, Александр, за какую сторону вы болеете?
— За нужную мне. — Тут же ответил Орлов, взглянув на огороженную зону противоположных рядов «лагеря Мышкиных». — Очень хотелось бы знать, на сколько большие усилия вы приложили к тому, чтобы победить. Можете не осторожничать, достопочтенный Фа. Одно моё присутствие здесь, рядом с вами, доказывает на чьей я стороне.
— Ваш сын уже раньше вас всё доказал. — Ответил старик, похлопав в ладоши, когда на ипподроме появился «Тигр». — У вас вражда с родом Мышкиных?
— Взаимная неприязнь. — Не колеблясь ответил Орлов, а на его лице появилось удивление. — Вы знакомы с моим сыном?
— Да. Он и его друг Михаил Драгунов приходили ко мне побеседовать. — Будничным тоном заявил Фа, но увидев удивление в купе со смущением на лице Орлова, продолжил. — Довольно неожиданный визит, но проигнорировать я не мог.
— Прошу прощение, если они отняли у вас время своими глупостями.
— Вы очень низкого мнения о своём сыне и его друге. — Добродушная улыбка покинула лицо старика, которое стало каменным суровым ликом изваяния. — Если бы они ко мне не пришли, то глупцом сейчас выглядели бы вы, Александр. Ваш сын даже дураком меня назвал, не на прямую, не удивляйтесь так. Хороший парень, и говорит, что думает… Если бы я их не услышал, то не услышал бы и вас, решив, что вы великовозрастный трус, который боится юнца. Как это на вашем языке… «Устами молодости глаголит истина»?
— Младенца….
— Не важно, смысл один. — Старик Фа улыбнулся, а его рука скользнула за штору, после чего в руки Орлова полетел посох с чёрно-белыми разводами по древку. — Что скажите, Александр?
— Тяжёлый… — Первое, что пришло на ум Орлову. — Но как это
— Эбеновое дерево, что тонет в воде, и в два раза плотнее дуба. Его ещё называют «железным». — Глава рода Тяньжань довольно улыбнулся. — Мой японский друг из династии Хандзо щедро снабдил таким каждого из претендентов в качестве подарка. Остро отточенный меч тупиться об эту древесину. Далее, обратите внимание на общие черты лошадей на которых выезжают претенденты… Знаю, что род Мышкиных коневоды, но эти лошадки племенные рысаки из Маньчжурии. В отличие от обычной лошади, эти ничего не боятся.
— Очень хорошо, но мне кажется, что этого недостаточно. — Поспешил заметить Орлов, но старик Фа лишь покачал головой.
— А это не всё… Главное тактика. Дело в том, что это не состязание тридцати двух человек, а состязание тридцать один против одного. — Видя, что Александр начинает понимать о чём идёт речь, глава рода Тяньжань продолжил. — Даже разбить на скоку горшок… Если другой участник перегородит его лошадью? Поймите, Александр, хоть этого не видно, но бой начался уже сейчас, когда идёт представление участников. Все запомнят красивый танец «Дракона и Тигра», а не выскочку, который будет грызть снег. История помнит лишь победителей. Они её же и переписывают….
Стас
— «Все даже забыли о том, зачем сюда пришли. Напоминает воскресную ярмарку… Сахарные «Петушки», сладкая вата, блины с различными начинками, и немного насилия, о котором все почему-то забыли».
— Об этом я тоже напишу в своём отчёте, который придёт в канцелярию. — Подал голос заунывный скверх, пока я прикидывал, всё ли я предусмотрел.
— О «Петушках» или насилие? — Переспросил я, не глядя на Злобина, подсаживаясь к нему почти в упор, от чего он растерялся, попытавшись отсесть, но место было занято Морозовым.
— О том, что ваш род полностью отдал инициативу провидения…
— Дамы и господа, — По стадиону разнёсся хорошо поставленный голос старика, а музыка тут же стихла. — В этот замечательный день, я рад приветствовать всех вас….
— Вот об этом я говорил, Станислав. — Морозов, сидевший всё это время молча, кивнул в сторону небольшой сцены в центре полигона ипподрома, где сейчас патриарх толкал слащавую до тошноты речь. — Со стороны получается, что ты гость на его «банкете». Нужно было тоже подготовить, что-нибудь от себя. У тебя безусловно много фанатов здесь на трибунах, многие тебя поддерживают, но нужно было как-то….