Страница 73 из 103
Сейчас они заканчивали исследование магического поражения, буквально сожравшего кожу Дикой и заменившего её псевдоматерией. Окончательные выводы пока делать было рано, но дядя Август ходит хмурым, постоянно твердя, что полученные данные идут вразрез со всем, что известно о магии Планов. Нужно привлекать столичных учёных, нужно задействовать мощности ММА, только там можно извлечь максимум пользы из полученного. Вот только с Сухаревыми у нас сейчас совсем не мир. На это дядя только отмахивается, говоря, что их пленница — ключ к будущему миру. Когда умрут все, кто мешает, настанет их время. Благополучие пленницы — теперь забота Кати. Есть ненулевой шанс, что эта Мирослава станет второй женой её Алекса. Эти мысли не добавляли девушке хорошего настроения.
Видеть пленную наследницу Сухаревых Кате не хотелось и она находила кучу дел, чтобы саботировать просьбу дяди Августа. Ну зачем ходить по два раза в день и проверять пленницу, когда она сидит в экранированной камере? Что там с ней может случиться? Тем более, скелеты таскают ей еду и забирают пустую посуду. Значит, всё с ней в порядке!
Под ногами девушки дрогнул камень. Совсем чуть-чуть, почти неощутимо. Гул вентиляции немого изменил тональность, став более натужным. Пробирки и склянки в шкафу издали мелодичный перезвон.
Землетрясение? До зубовного скрежета девушке хотелось верить, что это просто землетрясение, но предчувствие какой-то огромной подлянки свило гнездо в нижней части живота и совсем не крылья бабочек сейчас царапали нутро Кати.
Выскочив из лаборатории, девушка нос к носу столкнулась с растерянно озирающейся Рух.
— Что делаем? — как только она увидела Катю, её взгляд обрёл осмысленность.
Катя же, в свою очередь, столкнувшись нос к носу с Гороховой, вспомнила, что она, на время отсутствия дяди Августа, оставлена за главную и должна обеспечивать порядок и безопасность в подвале Замка.
— Кто ещё кроме нас есть в «пыточной»? — поинтересовалась она у Рух. Девушка помнила, что сегодня дядя дал всем вечер отдыха, так как сам собирался свалить на вечер и всю ночь из города, но уточнить было нелишним. Может кто-то ещё, как и она, заканчивал работу.
— Из живых, только мы, да принцесска! — подтвердила первую мыль Кати Горохова.
— Тогда дуй наверх, найди нашу «миледи-рыцаря», сейчас она может быть либо на стройке, либо в Башне, и узнай, почуяла, ли она чего. Если почуяла, поступаешь в её распоряжение. Если там всё тихо, найди меня. Дальше решим, что делать!
Горохова кивнула, принимая распоряжение. «Миледи-рыцарь», такое прозвище плотно приклеилось к Марише Апраксиной, в этих двух местах и можно было найти. Либо на тренировке, но тренировка с одним Алексом обычно надолго не затягивается.
— А сама куда? — поинтересовалась с тревогой Рух у Кати, видя, что девушка не собирается наверх, — где тебя искать, если что?
Катя поморщилась, позволив себе несколько секунд сомнений. Ей очень не хотелось идти за Сухаревой. Вот просто очень-очень! Глаза бы её не видели эту стервозную принцесску, строящую из себя, как говорила мама, пай-девочку. Но, Катя прекрасно понимала, что «хотелки» она позволить себе не может. Тем более сейчас.
«Комок» в животе разрастался, всё сильнее и сильнее царапая кишки, тревога нарастала, даже несмотря на то, что ничего больше вроде бы не происходило.
Она не бросит человека в опасности! Даже если опасность не явная и человек ей неприятен.
— Я за Сухаревой! — сжав зубы, приняла решение Катя, — вытащу её из камеры и будем двигаться в сторону Арены!
Рух кивнула и в этот момент второй толчок, намного сильнее первого, качнул огромный каменный монолит фундамента Замка. Девушки с трудом удержались на ногах, в лаборатории что-то разбилось и тонкая трещина, прямо на глазах, перечеркнула монолитную стену.
Дальнейшее промедление было недопустимо!
Катя, срываясь в бег, успела накинуть на себя и Рух четыре базовых благословения, привычно складывая их в единое слово-силие и активируя силу крови, чтобы не повторять заклинание дважды. «Ускорение», «Точность», «Усиление» и «Защита от стихий». Катя не была уверена, что их ждёт бой, но благословения хорошо помогали не только в бою, значительно повышая шансы выжить даже при природной опасности.
Внутренняя чуйка тянула Катю наверх. На поверхность. Подальше от «пыточной». Подальше от Замка. Тянула сильно. Девушке казалось, что с каждым шагом в сторону камер заключения волосы по всему её телу встают дыбом, а мышцы деревенеют, мешая двигаться. Но развернуться она не могла. Бросить человека, за жизнь и здоровье которого ты отвечаешь? Никогда!
Пока Катя бежала к камерам, толчки повторились ещё дважды. Первый раз Катя удержалась на ногах, в прыжке перемахнув целый лестничный пролёт, второй раз она кубарем покатилась по коридору, обдирая локти и колени. На ноги девушка вскочила накинув на себя ещё и «Каменную кожу», потеряв немного скорости, зато значительно увеличив шансы добраться до Сухаревой одним куском.
Вырвав крепление засова — Катя решила не тратить драгоценные секунды на отпирание декоративного замка и сдвигание в сторону пластины засова — девушка на полном ходу влетела камеру Сухаревой. Она открыла рот, чтобы дать команду одеваться и валить отсюда, но слова застряли у неё в горле.
Сухарева была в камере не одна. Мерцая, словно картинка в испорченном телевизоре, рябя помехами, три четверти камеры занимала змея. Толстенные кольца с каждым мерцанием меняли своё местоположение, огромная голова неотрывно смотрела на Катю. От змеи тянуло той самой угрозой, что вот уже несколько минут ощущала Катя. Ощущала, но не могла эту угрозу идентифицировать. Распахнув же дверь камеры, Катя ощутила, как тугой ком в животе лопнул, распространяя по всему телу омерзительную слабость.
— Здравствуй, дитя, — голосом Сухаревой обратилось к Кате существо, занявшее тело принцесски, потом растянуло губы в подобии улыбки и добавило, — зачем ты пришла сюда?
Катя попыталась понять, что происходит. А для этого нужно было осознать то, что видят её глаза и ощущает её магическое ядро.