Страница 11 из 103
Глава 3
Уральский лес — это что-то потрясающее. Дикий, нетронутый край. Особенно зимой. Снега — выше макушки, стволы вековых сосен густо пронзают небеса, приковывая взгляд. Если засмотришься на них до закружившейся головы, то запросто неловким шагом сойдёшь с протоптанной тропы, провалишься под многометровую снежную толщу, сломаешь себе что-нибудь — никогда больше не выберешься. Волшебная зимняя сказка.
К счастью, перед нами проблемы провалиться или долго и нудно пробиваться через нетронутые сугробы, огибая особо густые заросли деревьев, выбиваясь из сил, не стояла. Малыш, химера, слепленная из костей давно погибших выпускников мясной школы, на братскую могилу которых нам не повезло наткнуться во время слежки за Дикими, пробивал многометровые сугробы и ломал мелкие стволы ещё молодой поросли с грацией снегоуборочной машины. Помню такие, часто видел в прошлой жизни. Врезались в память. На базе Камаза, с хитро завёрнутым высокоскоростным отвалом. Прёт такая машина по трассе, а снег из-под отвала летит в сторону метров на тридцать.
Вот и Малыш примерно так же. Пробивает дорогу в снегу, забавно наклоняя свою костяную башку, выставляя её определённым углом, и снег летит в разные стороны.
Куда ни кинь взгляд — монотонная успокаивающая картина. И слева, и справа всё было одинаково. Стволы деревьев и белый снег. Куда ни глянь.
— Как ты вообще нашёл это место? — поинтересовался я у Стержня, сидящего во втором седле костяной химеры.
— У меня было до хаоса свободного времени, — Стержень пожал плечами в ответ, — все делом заняты, один я как неприкаянный шлялся. Помочь ничем не могу. Понимаю, другая специализация, но…
Всё так. Сейчас уже полегче, но в первые дни на вес золота была каждая пара рук, особенно умеющая делать что-то большее, чем «подай-принеси». Большинство нашли где приложить свои способности на благо города, разгребая, расчищая, обеспечивая и восстанавливая. Умение искать живых было востребовано только в первые дни, когда эти живые ещё были под завалами. А больше ничего полезного для города и людей Стержень делать не умел. Но и мешаться не хотел, как и бездельничать.
— Как ты вообще додумался начать искать?
— Ха! Это было не так и сложно, — заулыбался парень, — ещё до этой херни с нашим походом за дикими и всей остальной чехардой, директор что-то мутил в школе. Тут и там мелькали какие-то стрёмные люди. Я видел, как директор во дворе разговаривал с какими-то хмырями, явно неместными. Потолкался там, послушал тут, ты же знаешь, у меня уже тогда невидимость была всем на зависть, и чуйка меня в сраку как кольнула, мол, Стержень, тут творится какая-то чёрная дичь. Хотел сразу обкашлять всё в банде, но решил чуток погодить и подсобрать фактиков.
— Судя по всему, собрал ты не так и мало, раз мы уже здесь, — подколол его я.
— Да ладно, Алекс, основное я накопал уже после, не так это оказалось и сложно, — махнул рукой на мою подколку Стержень, — тогда, до нашего рейда я только успел прикинуть общее направление, уж больно часто горгульи директора летали именно сюда, не вихляя и не путая следы. Взять азимут было несложно.
В этот момент Малыш выпрыгнул на проторенную в снегу дорогу, шириной в несколько метров, резко сменил вектор движения и попёр уже по плотно утрамбованному снегу.
— Во! Видел? — припав к спине химеры и вцепившись в сбрую, чтобы не свалиться при резких манёврах, радостно завопил Стержень, — эту дорого торили с умом, её с Еката хрен найдёшь. Она идёт сюда из мёртвой Сысерти. А в сторону Сысерти с Челябинского тракта съезд. Хитро сделано, не искал бы и не нашёл!
— Далеко ещё? — примерно прикидывая где мы находимся, уточнил я.
— Не! Ещё десяток минут таким темпом! «Тальков камень» обогнём и почти на месте!
Как и говорил Стержень, до места мы добрались быстро. Вот только…
— Что это? — поинтересовался я у парня, рассматривая то, что открылось нашему взгляду.
— Сам как думаешь? — вернул мне вопрос Стержень, — я, если честно, не знаю, что это за хрень. Форпост? Удалённая база? Перевалочный пункт? Не знаю. Но как только увидел, чуйка меня как на шампур насадила, просто требовала, чтобы я сюда тебя притащил. Это что-то важное!
Это «что-то» больше всего походило на недостроенный форт или небольшую укреплённую базу. Огромную, запроектированную с размахом. Пятиметровой высоты стена, огораживающая форт уже была закончена. Мощная стена. Широкая. Прочная. Из камня, бетона и, чёрт возьми, фервальтовых балок. Дороговатый форт получается. И как быстро отгрохан!
Ворот пока не было. Пустой проём между двумя башнями, как выбитый зуб, зиял дырой в крепкой стене и был весьма и весьма широк. Похоже, размеры ворот определялись, в первую очередь, проходимостью крупногабаритных грузов, и только во вторую — удобством обороны.
Внутри, на вычищенной от снега земле были размечены под фундаменты участки, какие-то работы уже начались, тут и там были видны вбитые в землю сваи, складированы кирпичи, рубленый камень и чёртова туча укрытых стройматериалов. Похоже, это место было для директора очень и очень важным, раз он так спешил и не церемонился с расходами.
— С Маришкой не разговаривал по этому поводу? Может, строительство велось под крылом прошлого Патриарха Апраксиных, а директор только помогал.
— Иди ты! — скорчил испуганное лицо Стержень, — со своей бабахнутой сестрой сам разговаривай! У меня от неё все кишки примерзают к спине! И это, нахрен, совсем не метафора!
Мда… Тут Стержень прав. Кишки к спине от Маришки примерзают не только у него. Половина выживших слуг рода, из обычных людей, шарахается от неё в страхе. Даже маги стараются держаться подальше. Да что там маги. Когда она забывается и тянется к силе своего Воплощения и меня пробирает.
— Ладно, ладно, — успокоил я Стержня, — сам поговорю, давай дальше смотреть.
Но что же это такое? Простой форт? Зачем здесь? На таком удалении от города? Непонятно.
— Для простого форта всё это слишком, — задумчиво высказал я свои мысли вслух.