Страница 44 из 59
— Можно я тоже поиграю в сыщика? — ухмыльнулся Тэл. — Расил искал способ сбежать, и этот коридор оказался самым подходящим. Все двери не запереть, их оставили бы чисто на всякий случай… Но Расил нашел это место и увлекся магией, которую не понимал…
— А потом случился какой-то пиздец, — согласился Вирен. — Как и всегда бывает, когда в истории есть стремная магия. Как думаешь, Гисна тоже про это знала? Да, наверняка, он не стал бы от нее скрывать, если так уж любил…
— Как бы там ни было, ни к чему хорошему для нее это не привело! — высказалась Белка.
По ее движениям видно было, что она лучше постояла бы в сторонке, но Вирен бесстрашно шагнул в круг камней, уже не чувствуя такого волнения, как в прошлый раз, несмотря на знакомую вязкость воздуха. Всего лишь странные скалы, которые никак не могли ему навредить. Он снова присмотрелся к едва различимым символам. Может быть, скоро Барг с ними справится…
— Мне надо кое-что проверить! — решил Вирен, заглядывая вниз. Глубоко вдохнул.
— Ты собрался лезть в могилу? С ума сошел?! — отчаянно выкрикнул Тэл, хватая его за рукав. — Ты хотя бы иногда думаешь?..
— Строго говоря, попытки оказаться в могиле — это то, чем я чаще всего занимаюсь, так что все нормально! Следите, чтобы ничего не изменилось на изнанке, хорошо? Если что-то сломается, сейчас же выдерните меня! — по-деловому раздавал указания Вирен. Он почти не чувствовал страха — в конце концов, это была всего лишь яма.
— Но как мы тебя вытащим… — замешкалась Белка. Увидев довольную ухмылку Вирена, она смущенно обвила ногу хвостом. — Я не практиковала левитацию на живых! Это может закончиться еще хуже!
— Ничего, главное, что я доверяю тебе, — подмигнул Вирен.
Ему хотелось подбодрить друзей — они правда слишком серьезно относились к происходящему, но, наверное, это было закономерно: они поняли, что такое смерть, ощутили прикосновения ужаса — вся Академия не успела отойти от гибели Шефа. А еще Вирену было приятно, что кто-то тревожится за него.
Спрыгнуть вниз оказалось легко; Вирен ловко приземлился, оглянулся по сторонам, но ничего не поменялось. Он хотел повнимательнее рассмотреть дно, опустился на колени, пошарил, загребая пальцами землю — почва казалась какой-то другой, чуть влажной, и Вирен настороженно принюхался, но всей душой не хотел почувствовать железный запах крови… И с облегчением выдохнул: ничего такого, может, просто из-за дождей дно немного размыло, вода не успела впитаться.
— Вирен, ты долго там? — позвала Белка, и по голосу было ясно, что она нервничает. — Мне это совсем не нравится… Изнанка спокойна, но считай это предчувствием!
Пожав плечами, он поднялся, отряхнул колени. Ничего не получалось. Возможно, заклинание стоило как-то активировать, чтобы оно заработало? Она задумчиво коснулся рукояти ножа, висевшего на поясе. Вынул его, перебросил из руки в руку. Примерился, неглубоко взрезал кожу на ладони. Понаблюдал, как собираются черные капли… И перевернул ее, позволив крови капать на землю, чуть задержал дыхание. Ничего по-прежнему не случилось. Только кроны деревьев зашуршали от внезапного порыва ветра, и Вирену показалось, что лес издевается над ним.
Вирен выругался, убрал нож, а на порез даже не стал тратить ни крупицы лечебной магии из амулета — замотал платком.
— Никакой реакции, — припечатала Белка. — Вирен, это бесполезно! Нет, это какой-то бред…
— Ну да, кто-то просто решил выкопать яму в лесу! И камушки красивые поставил, — раздраженно проворчал он. — Я думал, вечером хотя бы что-то изменится…
— Мы не будем торчать тут до ночи! — возмутился Тэл. Пнул мелкий камень внутрь могилы, и Вирен задумчиво понаблюдал, как он скатывается вниз. Стены не были отвесными — значит, предполагалось, что из могилы можно будет выбраться.
Он пытался представить, что это значит. Обряды, завязанные на смерти, не были запрещены, потому что большинство из них было бесполезно; никто не мог преодолеть границу, вернуть умерших не получалось. Неразрешимая загадка магии. Это бессмысленно, демон не может покинуть Бездну. Значит, могила нужна была не для возвращения, а для… перерождения? Многие маги стремились изменить свою ауру, чтобы потянуть больше заклинаний.
Влад рассказывал ему. Он сам не был посредственным магом, но всегда хотел большего. Вирен слышал, что некоторые маги ломали себе пальцы, лишь бы они лучше гнулись для заклинаний; Влад же вбивал в свое тело сигилы и печати, у него вся спина была расцвечена рисунками. Когда Влад учил Вирена заглядывать на изнанку хотя бы краешком глаза — полезное умение для гвардейца, — он видел болезненно-красную ауру с поблескивающими серебряными прожилками. Если бы кто-то придумал чуть менее безумный ритуальный способ… Но это были всего лишь домыслы.
— Знать бы еще, как эта штука активируется, — с досадой сказал Вирен. — Жаль, я не притащил фотоаппарат, можно было послать моим…
— Ты еще полежи там, — скривился Тэл. — Даже если Расил тут… экспериментировал, мы ничего не узнаем. Его вещи быстро сгребли и отдали семье, я спрашивал. Ну, помнишь Шахсина, соседа? Я с ним поболтал.
В случае Тэла «поболтал» вполне могло быть эвфемизмом, но Вирен даже не стал уточнять, просто порадовался, что друг не забывает про дело и старается помочь.
— Ладно, идем обратно, — решил Вирен. — Зато мы теперь знаем, что Расил точно знал про это место. Возможно, в ту самую ночь он вернулся отсюда, а существо последовало за ним. Настигло уже в Академии, а потом сбежало. А если Гисна тоже тут была, то оно пришло и за ней. Нет, затащило в лес!
— Это значит, — голос Белки немного дрогнул, — нам стоит ждать, что нас тоже позовут?
Вирен покачал головой. Они не делали ничего такого, а вот Расил наверняка в приступе исследовательского интереса расковырял местные заклинания, спровоцировав это нечто… Если Вирен чему-то и радовался, так это тому, что Баргаус поселился у него, где за ним можно было постоянно приглядывать: все же именно Барг был последним, кого коснулась эта дрянь.
***
И все-таки Вирен чувствовал… нечто вроде жгучего разочарования. Что он надеялся найти? Наивно полагал, что за неделю что-то изменилось? Что кто-то преспокойно лежит в могиле, дожидаясь их прихода, чтобы обстоятельно пояснить, что за херня тут творится? Полная глупость… Он раздраженно откинул книгу, заставив Белку и Баргауса покоситься на него. Извинился, вдруг почувствовав себя еще большим дураком. Тэл прошуршал в прихожей, и еще не успокоившийся Вирен выглянул, чтобы увидеть его собирающимся в замок.
— Ты хотя бы оденься, — проворчал Вирен, бегло оглядев его.
Тэл гордо фыркнул, поправил рубашку, которая выглядела скорее как насмешка над самой идеей одежды. Те несколько часов, когда они вернулись домой, Тэл провел в мрачной задумчивости, а потом решил завалиться на вечеринку. Их давно не устраивали, вся Академия погрузилась в ожидание чего-то пугающего. Но дни проходили, а ученикам нужно было развеяться, перестать думать о смерти, о самоубийстве Шефа. Вирен не собирался обвинять Тэла из-за этого эгоистичного желания развлечься. Привычно проворчал, чтобы он берег себя, попытался всучить Тэлу нож, но тот ловко ускользнул за дверь. Быть может, это к лучшему: еще сам порежется.
Время текло, перевалило за полночь, но Вирен все еще сидел, напряженно размышляя: что-то не складывалось. Если Расил внезапно увлекся странным темным колдовством, а то убило его, почему нападение на него больше напоминало разборку боевых магов, чем растекшееся по руке Барга гниение? Да и на Академии должны быть защитные заклинания, никого чужого они бы не пропустили! Даже по секретному ходу…
— Вирен, амулет! — отвлекла его Белка.
Вскинув голову, он увидел, как лежавший в стороне амулет вспыхивает тревожным красным, нахмурился. С Ротой он уже связывался сегодня, рассказывал про открытый туннель, но вдруг произошло нечто срочное… Одним ловким прыжком Вирен оказался около письменного стола, сгреб камушек в ладонь. И очень порадовался, что ничего не выпалил, потому что услышал сердитый голос Наиры: