Клин

— Алло, - раздался после мучительно долгих звонков заспанный голос.

— Взбрыкчать! - триумфально выкрикнула я. - Чихняя, клюмбок!

— Езус-Мария, тебе плохо?!

— Мне хорошо, тут такой звонок был! Вей-ник!

— Вот беда! - ахнула насмерть перепуганная Янка. - Рехнулась! Что ты лепечешь?

— Сообщаю тебе суть загадки! Теперь я знаю, где собака зарыта!

— Сумасшедшая! Переходи на человеческий язык, или я вызываю "скорую"!

— Ну так слушай...

И я пересказала ей недавний разговор.

— Но я все равно ничего не понимаю. Если не ты, тогда он ненормальный. Объясни толком.

— Таких слов в польском языке вообще нет...

— Ну уж это-то понятно...

— Погоди, не перебивай...

Выкладывая свои соображения, я заодно приводила в порядок мыста, на радостях учинившие в моей голове сущую вакханалию. С давних пор мне было известно, что существует способ проверки микрофонов, передатчиков и прочих причиндалов радиосвязи с помощью списков, состоящих из набора таких вот бессмысленных слов Мои познания в этом предмете были весьма поверхностными, потому как всякие разговоры о слабых токах, сетях и тому подобном, которые в свое время вокруг меня велись, я в одно ухо впускала, а в другое выпускала, и тем не менее наслушалась я достаточно, чтобы сейчас наконец меня осенило.

— Я так понимаю, - захлебывалась я от возбуждения, - что речь идет о каком-то жульничестве с радиоаппаратурой или вроде того. Скажем, тут шпионская афера с радиосвязью или грандиозная контрабанда новой аппаратуры - да мало ли что. Попробую вытянуть из них дополнительные сведения, распутать этот "клюмбок". Слушай, я в восторге!

— А я так скорей во сне, - индифферентно зевнула Янка. - В такую пору меня на восторги не тянет. Может, обсудим завтра?

— Завтра, к твоему сведению, уже наступило.

— Тогда попозже. Умоляю тебя, ложись спать. Могу поклясться, днем ты поумнеешь. Честное слово!

— Ладно, под твою ответственность. Прежде чем уснуть, я еще раз с триумфом проглядела свои список идиотизмов. Так и есть, не столь уж он глупый, тут немало слов, касающихся радиосвязи. Завтра надо еще пораскинуть умом.

С этого дня хандру мою как рукой сняло. Сыграло свою роль и счастливое стечение обстоятельств: во-первых, я разделалась с осточертевшей статьей, а во-вторых, поняла суть преступления. Ко мне вернулись наконец бодрость духа и радость жизни. Но больше всего взбодрил меня тот факт, что я, рядовая, законопослушная гражданка ПНР, сподобилась встрять в таинственные махинации радиофицированной банды. Почему именно я? Понятно еще, если бы сюда наложилась смена телефонных номеров, но ничего такого не имело места. Тогда в чем дело? С чего бы такая честь?

***

Я развернула методичную деятельность. Перво-наперво удалось поймать по телефону двух старых приятелей, работавших на Польском Радио в нужном мне отделе, и мои худосочные познания обрели плоть и кровь. К несчастью, они никак не проясняли информацию, которую любезно подбрасывали мне бандиты, их речи по-прежнему оставались для меня китайской грамотой. Что-то тут не вытанцовывалось.

Кому, спрашивается, понадобилось окружать такой тайной проверку радиоаппаратуры, да еще докладывать на тарабарщине лицам со стороны, названивая днем и ночью? И почему это называется операцией? Первым делом напрашивалась мысль о шпионской агентуре, действующей в коротковолновых диапазонах. Синхронизация на коротких волнах наверняка необходима. Ну хорошо, только с какой стати они цепляются ко мне?

Моя методичная деятельность постепенно накладывала на меня своеобразный отпечаток. В бюро уже озадаченно косились, когда я, разложив перед собой карту Варшавы, самозабвенно корпела над ней, пытаясь разобраться в расположении районов.

Наконец дошло и до настоящего переполоха, когда на вопрос Януша, где запропастился план рельефной застройки, я ответила, что в районе сто первом, а потом рассеянно забормотала: "Взбрыкчать.., чихняя..."

— По-моему, ей пора брать отпуск, - с живым участием откликнулся Януш. - Она снова чем-то травмирована. Иоанна, а телефонный справочник тебе не нужен?

— Отстань, - огрызнулась я, уже безнадежно закоснев в своем безумии, периодически подпитываемом ночными телефонными звонками.

Пополнявшуюся информацию я бережно лелеяла, манипулируя ею в разговорах с такой ловкостью, что самое себя приводила в изумление. За прошедшие два дня я уже уверовала, что принадлежу к шайке, в которой что-то там такое не заладилось.

В последний день, ближе к вечеру, в трубке отозвался один из уже знакомых мне голосов - нервничал он гораздо больше, чем когда-либо прежде.

— Скорбут! - выкрикнул он, задыхаясь. - Четыре сорок девять восемьдесят один?

— Да, слушаю.

— Что происходит, черт побери? Район сто один сгорел, сто два сгорел, того гляди живого места не останется. Они в курсе, что вчера был фальсификат А, целая серия. В не выходит на связь, в чем дело?

Откуда мне знать, в чем дело? Нашел у кого спрашивать! Я так расстроилась, что даже не пришлось прикидываться, насколько меня проняло.

— Докладывайте без нервов и по порядку, - строго сказала я и решила рискнуть наобум:

— Где аппаратура?

— Как где? Уже доставлена. Почему информация просачивается, добром это не кончится! Засветят нас, и вся работа коту под хвост!

Как бы разговорить его, что за работа и куда доставлена аппаратура? О чем бы еще спросить? Господи, благослови!

— Ну а милиция? - брякнула я вслепую.

— Милиция! - взвился мой собеседник. - Избави нас бог от милиции!

Ну ясно, так я и думала. А что теперь? Небось он ждет от меня объяснений и указаний. Дурацкая ситуация! Я мобилизовала всю свою изворотливость и все собранные по крохам знания.

— А как синхронизация?

— Да, чуть не забыл. Сигнал "брекекекс". "Брекекекс"! Ну и ну! Дальше некуда!

— А что дальше? - только и спросила я, растерявшись от обилия дикой ереси.

— Ничего, остается только ждать. На завтра проба с В-2 и В-3. Время будет известно в последнюю минуту, район тоже. Какой-то скот путает карты, узнать бы наконец, кто... Не хотел бы я оказаться в его шкуре!

— Порядок, - сказала я, хотя какой уж туг порядок... - жду сообщения насчет срока. У вас все?

— Да. Рапорт сдан. Скорей бы навели ясность!

Мне и самой хотелось того же. В душе росла тревога - до меня наконец дошло, что поступающую ко мне информацию я должна передавать куда-то дальше. Я этого не делаю, отсюда и неразбериха. Не хватает только, чтобы они сориентировались, кто портит музыку. Стоит им справиться о моем телефоне в абонентной службе, и я за свою жизнь гроша ломаного не дам.

Не успела я прийти в себя после разговора и всяких "брекекексов", как телефон снова ожил.

— Алло, - неуверенно отозвалась я.

— Четыре сорок девять восемьдесят один?

— Да.

— Скорбут. Прошу указаний! Вот так штука, этого еще не было! Какие бы ему дать указания?

— Я ведь не знаю, насколько вы в курсе дела, - сказала я, внезапно осененная. - Давать полную информацию меня не уполномочили.

— Понял. Что с районом сто два?

— Сгорел, - бодро доложила я, вспомнив предыдущий разговор.

— Черт подери! А серия В?

— Не отвечают, причина неизвестна. Завтра на очереди В-2 и В-3.

— Когда и где?

— Время и место будут указаны в последний момент.

— Ясно, благодарю. Передайте: А-Х действует, проверен, все в порядке. Сигнал тот же?

— "Брекекекс", - неуверенно выговорила я, положившись на волю случая. Черт его знает, об этом ли сигнале идет речь. Похоже, я угадала, поскольку мой собеседник тут же отключился.

А мне в очередной раз оставалось только руками развести. Что же это такое творится? Куда я, горемычная, встряла?! Меня, правда, всегда тянуло на всякие тайны и экзотику, но не до такой же степени! И не звонят же они для того. чтобы меня ублажить. Разобраться! Немедленно разобраться!