Страница 8 из 9
Хуже, когда нежить бездушна. Я не видела таких, но мы изучали, и я знала, они как ужасны. Полностью озлобленные. Поднять такую могут лишь некроманты высшего уровня. Те, у кого сильнейшие родовые чары. Высшие темные, способные управлять чернокнижием. Редкая способность, мне ее пророчили. Я мечтала стать такой. Не чернокнижницей, а иметь ту самую силу. И вполне могла бы осуществить свою цель, не выкини меня в другой мир. И теперь я… Дочь герцога, высшего вампира и ректора Института Чародейства, собираюсь изучать бытовую магию.
Мои мысли прервала музыка. Тихая. Чарующая. Призывная. Откуда-то издалека. Я даже не сразу поняла, что она не у меня в голове. Именно такой звук используют вампиры для привлечения жертвы или подвластной нам нежити. Услышать его может только вампир или тот, для кого он предназначен. Музыка скользила по воздуху, словно ветерок. Для обычного слуха она казалась просто шелестом листвы и журчанием маленького ручейка. Тонкий, едва различимый звук. Но для добычи он чарующий, затмевающий все звуки мира. Зов. Он или она пойдут на него.
Я встряхнула головой. Зов прекратился. Показалось? Может, это просто мои воспоминания, тоска по дому и своему миру? Я слишком углубилась в свои мысли и выпустила чары? Наверное. Я так хочу домой, что слышу вампирский зов.
Я прикрыла окно.
Удастся ли Халли найти способ, как вернуть меня до того, как инквизитор поймет, кто я? А может, не поймет? Не увидит во мне темную сущность? Очень бы хотелось в это верить. Снова я вспомнила, как перед мысленным взором встал его образ. Драконий образ. С крыльями и чешуей. Я поежилась и вернулась в кровать. Уснуть смогла только к утру.
Глава 4
– Встаем, Фея. Встаем! – настырный голос Халли выдернул меня из сна. – Дел много, в отличие от времени. Поднимайся, уже Дик пришел.
Я, зевая, встала. Даже в институте нас не поднимали так рано. Сонно прошлепала до уборной, там сполоснула лицо. Вообще, день – это не время для вампиров. Как правило, дома мы вставали ближе к вечеру, а ложились к утру. В институте занятия начинались после трех дня и оканчивались после заката. Здесь же все для меня перевернулось.
Я посмотрела на свое лицо в зеркало. Десны чесались. Не стала ждать, когда гордость каждого вампира начнет пробиваться, прошла до шкафа, достала коробочку и намазала зубы, а следом и лицо. Снова посмотрела на себя. М-да… Увидел бы меня папенька… Просто позор нашему древнему вампирскому роду! Румянец и отсутствие клыков. Но не стоит горевать. Главное, чтобы никто не смог меня вычислить. Я улыбнулась своему отражению. А что, даже очень хорошо выгляжу. Наверное, в мире людей и драконов, я довольно приятная особа. Торопливо накинула платье и, подпоясавшись, спустилась.
Дик умело распоряжался в зале. Между столов кружили тряпка и новая метла.
Из кухни пахло жареным беконом и еще чем-то сдобным и ароматным.
– Все быстро к столу, – прикрикнула, выходя, Халли. – Завтракаем и за работу.
– У меня такое чувство, словно это дерево за мной следит, – сказал Дик.
Я покосилась на Мотю и пригрозила ей взглядом. Та ветки в сторону отвела, словно она тут ни при чем.
Дик аж икнул.
– Видели?
Мы с Халли пожали плечами.
– Это у тебя после вчерашнего, нервоз, – проговорила тетушка. – Успокоительного тебе надо, – тоже зло глянула на бывшую метелку. Та замерла: «Вот смотрите, я просто дерево».
Дик почесал затылок и принялся за еду, но поесть нормально нам не удалось. Дверь в таверну открылась, и вошел высокий статный мужчина. С первого взгляда я определила, что это был дракон. Не вчерашний визитер, не инквизитор. Я облегченно выдохнула. Но не менее важная персона, это читалось во взгляде. Прямом и властном. Он скользнул им по залу. Халли тут же вскочила.
– Чего изволите, лорд-мэр?
Я замерла с вилкой в руках. Мэр? Ого! Так вот он какой!
Мужчина остановился взглядом на мне. Посмотрел пристально, будто пытаясь разглядеть лучше. Но тут же потерял интерес и перевел взгляд на хозяйку.
– Легкий бульон с жареными хлебцами.
Он прошел мимо столиков, на ходу швырнув плащ на руки подскочившему Дику. И снова, проходя мимо меня, бросил мимолетный, но очень пронзительный взгляд черных глаз. Всего на секунду. Но такую, что мне захотелось исчезнуть из поля зрения мэра-дракона. Его чуть вытянутое лицо имело какой-то хищный вид. Зачесанные назад волосы собраны в косу, а лицо бесстрастное, холодное, жесткое. Казалось, только глаза на нем живые, а сам он как подобравшийся зверь. Даже мой отец, который был славным сыном древнего рода вампиров, не умел смотреть вот так, словно душу хотел вытянуть.
– Лорд Хэннер, – обратилась к нему Халли, – у меня с утра есть свежайшая выпечка. Я знаю, что ваша матушка, леди Елуиза, очень их любит.
– Заверните с собой, – он отвернулся от меня и устроился подальше, у стены. Но так, чтобы наш столик было прекрасно видно.
Дик и Халли тут же кинулись на кухню. Я встала. Если правильно понимаю, наш завтрак окончен. Подхватила сковороду и последовала за ними.
– Леди, – остановил меня голос мэра.
Я замерла. Нехотя повернулась к дракону.
– Я редкий гость в трактире, – холодным шелком прозвучал его голос. – Хотя очень люблю, как готовит леди Халли. Зачастую мои слуги приносят еду с ее кухни. Да и сам я редко, но захожу. Однако вас я не припоминаю.
– Я племянница леди Халли, – я скромно потупила взор, крепче сжав сковороду. Нет, я не собиралась ее применять, но как-то спокойнее было, когда железяка рядом. – Приехала недавно, помогать по хозяйству.
– Издалека? – голос мэра перетек в чарующее журчание. Ручей, готовый вот-вот сорваться в стихийный поток.
– Да, лорд-мэр. Издалека.
– Откуда?
Черт бы побрал этого дракона. Мы с «тетушкой» пока еще не обсуждали, насколько издалека я приехала. И где это, черт возьми, находится? Как называется? Хорошо, что на помощь мне пришла Халли, явно услышавшая интерес мэра ко мне.
– О-о-о, – радостно протянула она, приблизившись к столику и встав между мной и лордом Хэннером. – Вижу, вы уже познакомились с моей племянницей. Она прибыла совсем недавно из Гремена.
Дракон приподнял бровь.
– Вы уехали так далеко от своей семьи?
– О-о-о, это грустная история лорд-мэр, – тоскливо завела Халли, отвечая за меня. – У бедняжки погибли родители, и я единственная ее родня.
Мужчина с сомнением выслушал хозяйку, хотя той было все равно. Она тут же улыбнулась.
– А вот и ваша похлебка, – сунула дракону горячую пиалу в руки. Он поморщился, ставя ее на стол.
Похлебка выглядела более чем аппетитно: золотистая, с сухариками на поверхности.
– А это для леди Хэннер, – тетушка сунула еще один пакет в только что освободившиеся руки мэра. – Ее любимые, с заварным кремом.
Пока мужчина ставил пакеты на стол, я юркнула на кухню. Вернулась, когда он покинул таверну. Прошла по залу со сковородой, которую я отмыла от нашего недоеденного завтрака.
Тряпки и швабра стояли у стены, не планируя убираться. Я направилась к ним.
– Он мне не понравился, – раздалось где-то совсем близко шелестящим голосом. Я остановилась, оглянулась. В зале никого. Халли ушла в амбар за тыквой. Сегодня было решено включить в меню запеченное в тыкве мясо. Дик стоял у барной стойки и протирал бокалы. Заметил мой взгляд.
– Помочь? – он улыбнулся. – Эта утварь очень своенравная.
Вышел и, сведя грозно брови, приказал:
– Убираться. Быстро!
Тряпка выскользнула из моих рук и начала торопливо сама протирать сковороду. Метла и швабра подскочили и взялись за уборку.
– Строже с ними надо, – подмигнул мне бармен и вернулся к своим делам.
– Вот так убираешься-убираешься, – едва слышно, но очень тоскливо завел кто-то совсем рядом, – и никто даже спасибо не скажет.
Я чуть на месте не подскочила, едва удержав сковороду в дрогнувших руках. И почти носом уперлась в Мотю. Деревце стояло, слегка трепеща листиками.