Страница 17 из 25
«Наверное, имеет смысл заказать по одной бочке всех видов топлива, чтобы экспериментом определить возможность его использования», – решил Пётр Иванович и оформил заказ на нефтепродукты через купца Кунникова.
Вечером вернулся в имение, с утра на следующий день выехал в Луки.
При встрече с Александром Пётр Иванович рассказал о результатах своей поездки в Новгород. Поделился и планами осмотра цеха в Боровичах и его возможного приобретения. Он предложил Александру вместе съездить туда, чтобы на месте определиться, стоит ли овчинка выделки. Александр, конечно, согласился.
Неожиданно возник вопрос со средством передвижения. Можно было поехать на лошадях, но в этом случае надо было проехать в одну сторону 200 вёрст, на что потратить не менее трёх дней и затратить на всю поездку неделю. Второй способ передвижения – железной дорогой, с двумя пересадками на узкоколейку и т. д. – полтора-два дня в одну сторону. Александр предложил поехать на одной из имеющихся у них автомашин: УАЗе отца, «Форде-Фокусе» Алексея или своём «Вольво». Для поездки отсюда до Боровичей и обратно потребуется не более 40–50 литров бензина, зато можно будет обернуться за два дня. Наиболее подходил УАЗ, имеющий прекрасную проходимость, но жрал бензин тоже очень прилично. Опять же, предъявлять публике современный автомобиль очень не хотелось, а пришлось бы, так как дорога проходила через Зайцево, Крестцы и Окуловку – довольно большие населённые пункты. Можно, конечно, представить автомобиль как привезенный из Австралии, но это значит лишний раз засветить попаданцев. В итоге решили не рисковать, а ехать по железной дороге.
В Новгород выехали в этот же день, где и переночевали. Затем пересаживались с узкоколейки на поезд «Санкт-Петербург – Москва», и опять дважды с одной узкоколейки на другую в двух направлениях, поздним утром второго дня прибыли в Боровичи.
Остановились в гостинице в центре города около моста через Мсту. Привели себя в порядок, пообедали и пошли пешком смотреть кустарный цех, благо он находился недалеко от гостиницы.
Цех располагался в нескольких деревянных сараях, где разместились кузница, литейная, формовка, слесарная, склад и контора.
Направились сразу в контору, в которой обнаружили владельца, Льва Алексеевича Фатеева, который выполнял также обязанности директора, конструктора и производственного мастера. Познакомились. Разговор начал Пётр Иванович, попросив показать производство. Лев Алексеевич встретил это предложение настороженно.
– Если хотите сделать заказ, то давайте сначала его обсудим здесь, а потом определимся с необходимостью осмотра цеха, – сказал он.
– Не представляя ваших производственных возможностей, разговаривать о заказах не вижу смысла. Заказы у нас имеются, но не хочется зря терять время на их обсуждение, если выяснится, что выполнить их вы не сможете или ваши конструкторы не смогут их воплотить в чертежи. Мы оба инженеры, один конструктор, другой производственник, так что нам не надо много времени, чтобы определить, подходит ваше производство под наши заказы или нет.
– Позвольте узнать, какие высшие учебные заведения вы окончили?
– Я окончил Санкт-Петербургский горный институт, мой спутник – Австралийский университет Аделаиды, механический факультет.
– Так он из Австралии?
– Да.
– Господа, прошу пройти за мной.
Они обошли все участки кустарного цеха. Впечатление было безрадостным. Везде ручной труд. Из механизмов нашлись два токарных немецких станка 1878 года выпуска и один шлифовальный станок производства Балтийского завода. Приводы станков – от паровой машины. Кузница имела молот с приводом от той же паровой машины, литейка – чисто ручное производство. Литьё – по земляным формам.
Вернулись в контору. Сели на стулья вокруг стола. Пётр Иванович начал разговор с характеристики увиденного. Лев Алексеевич согласился, но заметил, что таких производств, как у него, нет и в Новгороде. Он хотел сначала организовать его в Новгороде, но там не нашлось необходимых производственных площадей, а построить их – не было капиталов. Здесь же, в Боровичах, откуда он родом, с помощью знакомых взял сараи в аренду, купил необходимое оборудование и открыл цех.
– Извините, а какие заказы вы сейчас выполняете? – спросил Александр.
– Мы занимаемся ремонтом паровых машин, делаем станки для распиловки брёвен, запчасти для них, пилы, оборудование для сельхозработ: сеялки, веялки, плуги и бороны.
– Загружены полностью?
– К сожалению, нет. Заказов пока мало, еле свожу концы с концами. А что вы хотели у меня заказать?
– Нестандартное оборудование для деревообработки. Но у вас очень скудный станочный парк. Слишком маленькая литейка и слабая кузница. Боюсь, вы не сможете выполнить наши заказы.
– Заказов много?
– Нужно оборудование для оснащения деревообрабатывающего производства с численностью работающих до трёхсот человек. Причём оборудование не стандартное, на него имеются только эскизы, по которым необходимо сделать рабочие чертежи. При этом чертежи должны остаться нашей собственностью, поскольку по некоторым узлам и механизмам будут оформлены привилегии на изобретения, а в дальнейшем патенты.
– Вы можете примерно оценить стоимость всех работ?
– Очень грубо: 100–120 тысяч рублей.
– Если вы дадите мне аванс в сумме 50 тысяч рублей, то я смогу купить отсутствующее оборудование. И тогда можно попробовать выполнить ваш заказ. Предварительно хотелось бы посмотреть эскизы.
– И где можно купить стоящее оборудование в нашей глуши?
– Мой друг, немец Густав Христианович Шварц, с которым я учился в Германии, решил основать машиностроительный завод в России. Купил подержанные станки в Германии, два из них вы видели у меня в цехе, необходимый инструмент привёз, поставил на склад. Даже купил землю недалеко от Санкт-Петербурга, получил разрешение на организацию производства, начал строительство корпусов. Но заболел. За три месяца превратился в щепку, а был здоровый бугай.
Врачи в один голос говорят – климат виноват. Здешнюю сырость и болота могут переносить только коренные русаки. Так вот, его жена поставила условие: немедленно продавай всё, и уезжаем в Италию на море. Он попытался найти покупателя – никому не надо. Вот я два станка купил, ещё кое-что по мелочи продал, и всё. Последнее его предложение – все станки и инструмент, что находятся на складе, готов уступить за сто тысяч рублей. Я договорился с банком взять кредит в 50 тысяч рублей под залог моей земли около Боровичей с залежами шамота. Но денег всё равно не хватает. Если достану необходимую часть, немедленно всё у него куплю. Жалко только, на выкуп земли да незавершённого строительства и завезённых стройматериалов денег нет. Немного и надо – всего 75 тысяч рублей. Тогда бы можно целый завод за год построить, оснащённый хоть и устаревшим, но по нашим меркам отличным оборудованием. Да ещё за такие смешные деньги!
– А в каком месте немец землю купил? Река и железная дорога там рядом есть?
– Земли находятся между Ижорским заводом в Колпино и столицей около села Славянка. Там очень много болот, но уже начато их осушение. Вокруг села много кирпичных заводов. Много и жителей, так что рабочих предостаточно. Земли расположены вдоль реки Славянки, судоходной, впадающей в Неву. Недалеко проходит Николаевская железная дорога и тракт на Москву.
– Значит, чтобы всё купить, надо 175 тысяч рублей. 50 тысяч вы уже нашли. Не хватает 125 тысяч?
– Да.
– А как скоро нужны деньги? Если поступят ему в течение трёх месяцев, немец согласится?
– Если договор на покупку будет заключён и в нём будут прописаны сроки и суммы платежей, думаю, согласится. Других покупателей-то нет! А что, вы хотите в этом деле поучаствовать?
– Давайте по-другому вопрос поставим: вы согласны войти в товарищество из трёх равноправных членов: меня, Александра Геннадиевича и себя, имеющих равные доли? По 65 тысяч рублей на каждого? Этот ваш цех мы оценим в 15 тысяч рублей, больше он не стоит. 50 тысяч – ваш кредит у банка, да мы скинемся по 65 тысяч. Вот и наберётся 195 тысяч. 175 тысяч заплатим немцу, свободные 5 тысяч пойдут на оформление сделки и другие текущие затраты. Наши заказы будем выполнять на боровическом цехе нашего машиностроительного завода до его пуска. Будет на что существовать. Но это только прикидки. Если согласны, надо в Славянку съездить, всё посмотреть, и только тогда мы будем принимать решение.