Страница 3 из 8
ВОП обещал такую возможность. Взамен от добровольцев требовалось провести два года жизни в пространстве, куда не осмеливался ступать человек, в неизмеримой дали, в одиночестве, в замкнутом помещении, безо всякой надежды на помощь извне, вне любых контактов с миром.
Вандерхорст посчитал обмен справедливым. Он был, по сути, идеальным римраннером: единственный ребёнок, рано осиротевший, подсознательно не доверяющий толпе, чересчур независимый для общества - одиночка по природе и выбору. В 2008 году он стал шестым запущенным в космос по этой программе.
Вандерхорст возвратился на Землю в 2028 году, полный смутных воспоминаний об удушающей черноте, отвратительных кошмарах и гнетущей беспомощности. В памяти не сохранилось ничего, кроме чувства абсолютного одиночества. Вандерхорст поклялся никогда не возвращаться туда. Однако, спустя три месяца, он пересмотрел свой обет. Ещё четыре полёта - и он мог бы уйти на покой настоящим богачом, не старше сорока, хотя по земным меркам ему стукнуло бы сто с четвертью.
- Ты слушаешь, Ван? - голос Джеммы прервал его воспоминания.
- Похоже, меня могут арестовать за что угодно, особенно если мне это доставляет удовольствие.
- Никого больше не арестовывают, Ван. Правонарушителям предлагается социальная помощь.
- Предлагается? То есть я могу отказаться, не так ли? Лица его собеседников вытянулись.
- Ладно, забудем это замечание. Просто включите в мою программу обучения общие поведенческие стандарты. Так будет проще, - сказал он, зевая. - А также информацию о статусе ВОП, отношении к нему правительства и граждан. Я хочу знать всё это к утру.
- Ты уверен, что больше ничего не хочешь обсудить? Личный контакт - очень важная часть реадаптации, - сказал Корри.
- Как и сон. Я был на ногах последние три дня. И давно уже не весил сотню килограммов.
- Если тебе понадобится пообщаться, Ван, мы уполномочены… - Джемма многозначительно понизила голос и улыбнулась.
- Разве мне нужно особое разрешение? - сказал Вандерхорст, вставая. - Спасибо за предложение, но я сам позабочусь о личных контактах.
Вандерхорст ушёл, уверенный, что с великим множеством вещей в 2087 году он мириться не станет.
Его разбудил яркий солнечный свет. Голова пухла от информации. Интеграция старого и нового, как всегда, происходила нелегко. Всё плыло перед глазами, нарушая нормальный ход мышления. Зажмурившись, он повернулся к тёмной стене. Немного погодя лёг на спину, приподнялся на локтях, от души зевнул и осмотрелся. Как и реадаптационное помещение, комната была отделана в стиле “рубежа тысячелетий”. Они погружали его в настоящее постепенно, мягче на сей раз.
Вандерхорст спустил ноги с кровати и осторожно поднялся. Он постепенно начинал привыкать к нормальной гравитации.
Здесь имелся душ с сильным напором, вода была чистой и ничем не пахла, не то, что на борту. Пока он сушился в потоке тёплого воздуха, прозвучал мелодичный сигнал вызова. Он включил микрофон.
- Тебе понравился душ, Ван? Мы постарались сделать его таким же, каким он был до твоего полёта.
- Не следует воссоздавать мир моей юности. Мне не привыкать.
- Мы просто стараемся облегчить процесс.
- А не проще ли оставить меня в покое? Не надо меня ничем больше грузить.
- У тебя сегодня пресс-конференция.
- Это не проблема. ВОП всегда давал мне готовый текст.
- Назавтра у тебя запланирована встреча с финансовыми советниками. Она может занять довольно много времени. Дела порядком запутались за эти годы.
- Что-нибудь ещё?
- Предстоит приём.
- Если захочу кого-нибудь видеть, устрою собственный.
- Это важно, Ван. Для тебя и всей программы. Там будут люди из правительства. Они заинтересованы во встрече.
- А мне с ними встречаться неинтересно.
- Пожалуйста, Ван, это очень важно. Он промолчал, и Джемма продолжила:
- Там будут и другие люди. Тебе понравится. А потом - отдыхай. Никто больше тебя не побеспокоит.
Официальные костюмы этого времени отличались простым покроем и неброскими цветами. В парадной форме Вандерхорст стал центром всеобщего внимания, стоило ему, Джемме и Корри войти в зал.
- Сенатор Далтон. Она - председатель Комитета по Космическим операциям, - сказал Корри.
Вандерхорст посмотрел в указанном направлении и увидел высокую, стройную женщину с серебряными волосами, в компании моложавого мужчины и другой женщины. В ответ на его взгляд, Далтон приветственно махнула рукой. Корри потянул Вандерхорста за собой.
- Хорошо, что вы нашли время придти, капитан Вандехорст, - сказала Далтон. - Это Доре и Джейк Фоссеты. Джейк - мой старший советник. Должна сказать, что мы гордимся римраннерами. Вы - смелые люди, выполняющие тяжёлую работу в одиночку.
- Нам за это платят.
- Деньги тут не главное, капитан. Я уверена.
- Меня больше заботят деньги, - сказал Вандерхорст, как бы невзначай поворачиваясь спиной к окну. Он взглянул на Корри, который, казалось, был готов разрыдаться. Джемма натянуто улыбалась.
Далтон заговорила вновь:
- Вы честны, капитан. Какие бы выгоды ВОП не сулил, я бы никогда не решилась на виток по Солнечной системе, из которого вернусь только через двадцать лет.
- Там не чувствуешь, что проходит двадцать лет. Это вообще ни на что не похоже, по правде говоря.
- Вы проводите большую часть времени во сне, не так ли? Некоторые говорят, что мы здесь, в Вашингтоне, занимаемся тем же самым.
- А я - отдыхаю, сенатор.
- В ваших бумагах сказано, что вы родились сто лет назад. Но по вам не скажешь.
Вандерхорст осушил свой стакан.
- К утру буду смотреться как раз лет на сто.
Далтон расхохоталась.
- Вы говорите в точности то, что думаете, капитан. Мне это по душе.
- Ладно, - сказал Вандерхорст. Его мнение о происходящем не изменилось. Он ощущал давление толпы и сделал шаг назад, чтобы сохранить дистанцию, крепко стиснув зубы.
- Скажите, капитан, трудно там? - спросила Доре Фоссет.
- Трудно что?
- Работа. Задание.
- Легче не бывает. Всю работу делают машины. Даже думают за вас.
- Не в этом дело. Я думала об изоляции. Это, должно быть, ужасно. Так долго, так далеко от дома. В маленьком кубике, и деться некуда… - Доре невинно взглянула на Вандерхорста и сделала неопределённый жест.