Страница 96 из 98
Разумеется, подозрение пало на наше торгпредство, нас даже вызывали в полицию. Со мной вообще соизволил беседовать комиссар. Не Мегрэ, но шишка немалая. А что я скажу, если у всех сотрудников, на момент убийств, твердое алиби? Кстати, обслуживающий персонал, из числа французских добропорядочных граждан, все подтвердит. Мы — честные советские торговцы, а не преступники. Заметьте, господин комиссар, я доверяю французской полиции настолько, что даже адвокатов с собой не взял. Конечно, адвокаты ждут моего возвращения, они люди основательные, как все французы. Закон — превыше всего! И советское торговое представительство законы Франции чтит, опять-таки, что неважно — платит налоги, преумножая, так сказать, финансовое благополучие республики. И вообще, убийство сразу пяти человек — это не политическое, а экономически мотивированное преступление. Передел, так сказать, сфер влияния. Сами знаете, господа, что человек, побывавший на фронте, ведет себя совершенно иначе, нежели гражданин, не воевавший и не нюхавший пороха. Привыкли, понимаете ли, все вопросы решать насилием. А что сказать о людях, потерпевших поражение от большевиков? Вон, недавно в Париже появилось «Белое воинство», во главе с генералом Врангелем, так эти уже с нас требуют некую долю — десять процентов от сделок. Есть слухи, что «воинство» облагают данью всех русских — и не только торговцев, но даже таксистов и проституток. И мы не на что не намекаем, только делимся информацией. Врангелю-то, с его присными жить на что-то надо? Флот он продать не сумел, своих денег нет, а жить-то надо. Проверить бы. Мы даже знаем, что в Стамбуле еще тысяч пять отморозков сидит, во главе с Кутеповым, ждет очереди для выезда в Европу. Может, передадите начальнику полиции, а тот — министру, что нехай они там сидят, в Европы не ездят? Зачем вам лишняя головная боль? И Францию они не любят.
С Блюмкиным я рассчитался честь-честью. Разумеется, расписку в получении двенадцати тысяч долларов с него содрал, как без этого? И с его бандитами расплатился, даже немножко сверху добавил. Заодно узнал, как их отыскать. Кто знает, вдруг пригодятся?
Так что, сплошная рутина. Были, конечно, интересные сделки. Удалось недорого купить десяток армейских дизельных электростанций, а к ним в придачу — пять стационарных радиостанций. Здоровые, правда, зато все дешево. Франция излишки военного имущества распродает, чего отказываться? Не нам, так полякам отправят. Но у поляков денег не густо, им бы подешевле, а лучше даром, а мы тут как тут.
Еще я на паровозы засматриваюсь, но для этого придется ждать разрешения из Москвы. Французы паровозы по дешевке не уступают, торгуются, а я не силен в паровых машинах. Как, вообще, с качеством техники у галлов? Двести тысяч франков за паровоз, это дорого или дешево? Может, лучше в Германии заказать? Выяснял, обойдется раза в четыре дешевле, а если оптом, то в пять. И запчастями немцы обеспечат. Но здесь свои трудности. В Германии нашей миссии нет, придется действовать через Францию. Если заказывать технику у немцев, везти сюда, потом в Россию… Французы пошлину сдерут, а это, вместе с доставкой, влетит в копеечку. Нет, технику надо закупать непосредственно на месте. Есть вариант — смотаться в командировку, или кого-нибудь послать. Опять-таки, лучше всего, сведущего в технике. Кажется, когда-то я читал про «паровозную аферу». Якобы, закупили паровозы в Швеции, хотя и своих хватало, а на самом-то деле замаскировали вывоз золота из России. Полная фигня. Видел я наши паровозы, ни к черту. Ресурс уже выработали, ломаются через каждые сто верст, а те, что не ломаются, просто не ездят. Нет, этот вопрос надо согласовывать, пусть специалисты решают.
Есть еще ряд вопросов, которые не может решить представитель частного предприятия. Хотят, понимаете ли, господа французские коммерсанты получать древесину из России, конкретно — из Архангельска. С одной стороны — дело заманчивое. Предлагалось создание «смешанной» компании, в которой французы готовы вложить свои капиталы и предоставить собственную технику для вывозки древесины из леса в порт. От нас же требовалось предоставить участки леса, пригодные для вырубки, рабочую силу и право получать прибыль. Но меня смущало, что коммерсанты собирались вывозить только «кругляк», а сроки своей хозяйственной деятельности определяли аж в девяносто лет. И прибыль они сами собираются определять. Стало быть, мы от этой концессии получаем копейки, а французы, вывозя лес — тысячи.
Но самое скверное, что я стану убеждать товарища Ленина соглашаться. Ситуацию в Архангельской губернии знаю неплохо, за те полгода, что я там не был, вряд ли там привели лесопилки в порядок. Одна компания нам погоды не сделает, но для «затравки» можно и согласиться. Что же, копейки, это лучше, чем ничего. Стало быть, придется предоставить какую-то территорию, нанимать лесорубов, отдавать за бесценок лес. Ну, а потом, потихонечку ремонтировать старые лесопилки, ставить новые, прокладывать дороги и продавать уже не кругляк, а брус, доски. Но девяносто лет — перебор, за это время они нам всю губернию изведут.
Надо бы с Лениным поговорить о юридическом обосновании природопользования. И с вырубками что-то решать — не то так оставить, а лес он сам вырастет, не то следует сразу же сажать новый. Но лесопитомника в Архангельской губернии нет, иначе бы я знал.
Что еще интересного вам рассказать, любезный читатель? О бирже?