Страница 37 из 57
— Ну здравствуй, Елена.
Скосив глаза, увидела довольного Армана и мне моментально расхотелось спать. Более того, идея исчезнуть или провалиться сквозь землю показалась необычайно заманчивой. Вот уж действительно: «Мы тебя найдём»!
Одетый в стильный демисезонный плащ, под которым скрывалась белоснежная рубашка и чёрные брюки, немного взъерошенный, немного сердитый. Но в глазах не видно, что он действительно зол. Прислонившись к дверце купе, мужчина поправлял часы на запястье, с хитрой улыбкой рассматривая в упор.
— Уже пора начинать бояться? Как ты меня нашёл? — не выдержав затянувшейся паузы, спросила, приподнимаясь на локтях.
— По паспорту, — лаконично ответил он. — Связаться с Эльзой была не лучшая твоя идея.
— Значит она сразу сдала меня? — спокойно переспросила, хотя мысли быстро наполнились гневом.
— Елена! — укоризненно воскликнул Арман. — Эльза умная женщина — когда два волка припёрли её к стенке, она быстро сообразила, в какие игры играть не стоит.
— Но как…
— Ты слишком плохо шифруешься. Лико сразу догадался, зачем ты вчера разговаривала с Эльзой. А она просто хотела отвадить тебя от Лико. Неважно каким способом.
— Я не вернусь в поместье! — заявила с вызовом.
Вместо ответа, Арман за два шага оказался возле меня, заставляя отпрянуть к стенке. Он был таким высоким, что мы почти на одном уровне. Мужчина положил руку мне на живот и слегка сжал, а затем провёл ею по телу до лица, особенно нежно касаясь губ.
— Мы оба знаем, что эта часть наших взаимоотношений закончилась, — шёпотом заявил он, отступая и отворачиваясь к окну.
— Что теперь будет? — колючий холод прошёл по местам, где только что была его рука.
Стало зябко и я подтянула к груди колени.
— Единственная причина, по которой ты так ломанулась в Москву, это твоя сестра. Жанна была неонезированна. Значит Кай вышел на контакт и Инга у него в руках, — издалека начал он. — Я исполню ваш с Эльзой план, а потом ты исчезнешь.
— Лико…
— Он ждёт нас в купе первого класса. Не волнуйся, у меня уже есть пара вариантов, как вас развязать.
— Я рада, что прошлая ночь была…
— Особенной, — Арман развернулся, окатив ледяным взглядом. — Но ты человек. Я не хочу мучить нас троих. Я никогда по-настоящему не рассматривал тебя как часть триады. Триединство — это навсегда, а ты, даже под воздействием укусов, состаришься слишком быстро. Этот союз принесёт слишком много боли нам всем, так что будет лучше, если мы на этом остановимся. Помнишь нашу сделку? Ты выполнила свою часть, теперь моя очередь.
— Да. Всё так. Именно это я и хотела сказать, — вымученно улыбнувшись, кивнула его словам. — Тогда вперёд, на Москву!
Спрыгнув с верхней койки, расправила одежду и быстрым шагом вышла в тамбур. Мне не хотелось, чтобы он увидел, как пытаюсь сдержать боль, прорывавшуюся сквозь грудную клетку.
***
По глазам Лико ясно — он ни о чём не догадывается. И его обвинения тоже выглядели вполне настоящими. Он действительно переживал, ему действительно больно от того, что сбежала, добавив снотворное в их напитки. Единственное, о чём не сожалел — наша близость прошлой ночью. Та связь, что есть между нами, показывала ему, что всё было искренне и по-настоящему.
Именно поэтому мои слова для Армана оказались такими жалкими — он знает, что я лгу. Знает, что чувствую. И от этого больнее всего.
Потребовалось время, чтобы успокоиться и осмыслить то, что случилось. Наша игра с Арманом вышла на новый уровень, и я так устала играть, будучи новичком. Я делаю ход, а он делает десять. Как уж тут выиграть?..
В результате всю дорогу до Москвы проспала рядом с Лико. Присутствие волков почему-то расслабило меня. Поместье быстро стало моей зоной комфорта и, покинув его, всё время была в дичайшем напряжении, боясь всего и вся. Словно весь мир против меня. Только рядом с волками, под их защитой, смогла успокоиться и даже поспать.
С поезда сошли раньше, так как появляться на Ленинградском вокзале в высшей степени глупо. Арман раскритиковал мой образ, сказав, что хоть я и спрятала шрам, но моя внешность всё равно привлекает внимание. Они знают, как я выгляжу. Мне стоило хотя бы надеть парик или перекрасить волосы.
Наступила ночь и солнце скрылось за горизонтом. На станции, кроме нас, было всего несколько человек. Арман ушёл подыскивать такси, а мы с Лико остановились в небольшой придорожной забегаловке с клетчатыми красными клеёнками, слишком ярким светом от потолочных ламп и громким телевизором. Крупная официантка меланхолично приняла наш объёмный заказ, слегка постукивая ручкой по засаленному блокноту, а пара дальнобойщиков, сидящих в отдалении, шумно обсуждала только что закончившийся матч.
— Ты как? — спросил Лико, устало откинувшись на спинку стула.
— Не отказалась бы всё забыть и вернуться домой.
— Твои родители волнуются о тебе и Инге, — слегка нахмурившись, сказал он. — Арман как мог успокоил их, но они всё равно переживают. Ты ушла, мы не знали где ты, что случилось, Жанна в луже крови, охрана, заявившая, что ты совершенно спокойно покинула поместье…
— Я же извинилась! Что мне ещё сказать? Кай предупредил через Жанну, что будет, если приеду не одна! — мне не хватало твёрдости в голосе и Лико видел это.
— Мы справимся с Каем, если будем действовать вместе. А будучи одной — ты вновь стала бы членом семьи, — Лико наклонился вперёд и обхватил мои руки, слегка сжав и проникновенно уставившись в глаза.
В его невозможно красивых голубых глазах читалась мягкость, теплота и любовь. Я осторожно высвободилась и, спрятав руки подмышками, облокотилась о стул.
Парень разочарованно вздохнул, ненадолго уставившись в потолок.
— Я понимаю.
— Дело не в тебе. И не в нём. Всё дело во мне, — отвечаю осторожно, тщательно подбирая слова. — Я не готова к такому. Я должна вернуть Ингу родителям, а потом хочу забыть всё, как страшный сон. У меня просто нет сил.
— Елена, ты боец, хоть и не хочешь признавать это. Тебе хочется играть слабость, хотя на самом деле в тебе больше силы, чем во мне или Армане. Иногда эта сила прорывается и тогда ты поступаешь так, как действительно хочешь поступать, но потом, осознав, сколько смелости в тебе есть, прячешься обратно в раковину и словно засыпаешь. Прошедшей ночью ты была великолепна. Я увидел в тебе волчицу…
— Не говори так! — резко оборвала его, потирая руки.
Не хочу, чтобы он говорил о ней.
На громкую реплику обернулся один из мужчин, заметив, что всё в порядке, вернулся к экрану телевизора, вновь поглощая огромную кружку пива. В тот же момент официантка по имени «Марианна» принесла еду и напитки. Посмотрев за окно, перевела взгляд на часы, а затем обратно на улицу. Арман задерживается, от этого начинаю нервничать.
— Лико, скажи, а все волки в первый раз обращаются в подростковом возрасте?
Прежде чем ответить, он разложил приборы и разлил по чашкам горячий чай. Только после этого посмотрел на меня, показывая, как неприятна эта тема.
— Да, — односложно ответил парень, приступая к трапезе.
Мы поели в молчании, оба наблюдая за соседним столиком, где дальнобойщики, не стесняясь в выражениях, обсуждали проигрыш любимой команды.
— Как это происходит? Как это было с тобой?
— Откуда такая любознательность? — раздражённо проворчал Лико, отставляя пустую тарелку в сторону. — Это просто происходит со всеми, в ком есть волчья кровь!
— Двое мужчин и одна женщина, я права? — продолжаю гнуть свою линию.
— Ну да, только так.
— А ты можешь быть только с человеком? В смысле будут ли от этого союза дети? Какими они будут?
Лико смутился и отвёл взгляд. Несколько раз кашлянув, протёр губы салфеткой, выигрывая время, подбирая подходящие слова.
— Я дам пример, чтобы ты поняла, как это работает. Наш ребёнок родится человеком. У тебя с Арманом никто не родится. Ребёнок в триаде родится волком. Но для того, чтобы обратиться, ему необходимо вернуться на родину.