Страница 62 из 110
Дарторидан с недоверием уставился на спокойное, золотистое лицо правящего мага Сумбрара. "Чудовище убило Анарзи Лунноцветущую, твою родню!"
"Это большая потеря, и я присоединюсь ко многим, кто будет оплакивать ее кончину. Но мы нуждаемся в таких союзниках, как эта драконья черепаха, и не можем позволить горю взять верх над разумом. Прошу меня извинить, но мне еще предстоит укрепить наш союз".
Маг подошел к перилам. "Остается один вопрос, великий Зонтар", - воскликнул он. "Что предложила морская богиня в обмен на твою помощь? Может статься, что Люди могут сделать для тебя не хуже, а даже лучше".
"Амберли обещала богатые владения, чтобы править ими, как я пожелаю", - сказала драконья черепаха глубоким, звучным голосом. С каждым словом из воды поднимался пар. "Все проходящие мимо корабли будут платить дань, а когда я выберу охоту, мне будет чем заняться!"
"У тебя будет это и даже больше", - пообещал маг. "Моря вокруг Эвермита будут под твоим контролем, и каждое судно, на днище которого не вырезаны эльфийские руны, станет твоей законной добычей. Все сокровища, которые вы отберете у потенциальных захватчиков, будут вашими. Этот домен будет твоим, и ты передашь его своим наследникам. Ты будешь иметь славу, если пожелаешь, или тайну, если это тебе больше по душе. Согласны?"
"Ты безумен", - горячо сказал Дарторидан. "Ты пригласишь лису лечь среди кур? Тварь последует своей природе, и эльфийские корабли станут ее жертвой!"
"Зонтар не тронет эльфийский корабль", - уверенно сказал маг.
"Откуда ты можешь это знать?"
В ответ Вури протянул руку и сорвал с пояса Дарторидана древний, украшенный драгоценными камнями кинжал. Он пробормотал несколько магических слов, а затем бросил клинок в море.
Дарторидан прищурился и посмотрел на воду. Там гребла драконья черепаха. Нож был глубоко вонзен в панцирь черепахи - только светящаяся рукоять, драгоценные камни которой пульсировали магией, все еще была видна.
"Теперь я смогу наблюдать за этим существом", - сказал Вури. "И будьте уверены, даже если я буду отводить глаза, клинок опустится и найдет путь к сердцу Зонтара, если он поддастся искушению охотиться на эльфов".
"Прекрасное украшение", - признала черепаха, поворачивая голову, чтобы полюбоваться драгоценными камнями. "Но что будет с моими наследниками?"
"Они смогут вынуть его из твоего панциря после твоей смерти. Он засекречен и перейдет к выбранному тобой преемнику".
"Хорошо. Договорились", - сказала черепаха и погрузилась в океан.
Глаза Дарторидана пылали, когда он надвигался на Верховного мага. "Ты подарил мне этот кинжал в качестве свадебного подарка, чтобы ты мог наблюдать за мной!"
"И ты должен быть рад этому", - ответил золотой эльф. "Если бы я этого не сделал, ты был бы мертв, а этот корабль был бы в руках людей".
Это была чистая правда, но воин подозрительно посмотрел на Вури. "Не могу поверить, что ты сделал такой подарок, потому что желал мне добра".
"Я пришел тебе на помощь, не так ли?" - нетерпеливо сказал маг.
Дарторидан кивнул. "Что же ты хочешь от меня?"
"Во-первых, твое молчание. Никто не должен знать ни о Звезднокрылом флоте, ни о новом защитнике Эвермита", - сказал Вури, кивнув на спокойное море. "Во-вторых, ваша поддержка. Я хочу стать следующим Верховным советником".
Дарторидан рассмеялся, коротко и без юмора. "Ты командуешь летающими кораблями, обладаешь магией, достаточной для того, чтобы связать одно из самых могущественных морских существ..."
"Вообще-то, двух", - вмешался маг. "Кракен уже патрулирует воды к северу от Сумбрара".
Лунный эльф вскинул руки. "Зачем тебе моя поддержка? Ты можешь просто взять то, что пожелаешь!"
Вури Дуротил покачал головой. "Ты все еще не понимаешь. У меня нет желания завоевывать, но есть желание служить. Силы, которыми я обладаю, я использую на благо Эвермита".
"Согласно твоему свету", - язвительно сказал Дарторидан.
"Согласно моему праву". Обычно спокойный голос мага возвысился с внезапной страстью. "Клан Дуротилов - самый древний и почитаемый из всех на этом острове. Наши предки правили Аривандааром, а до этого - самой Фейрией. Время Совета почти прошло. У Эвермита должен быть один правитель, достойный правитель из достойной и проверенной династии. А кто может быть лучше меня и моих?"
"Ты хочешь стать королем", - пораженно произнес Дарторидан.
Вури не стал возражать. "Я хорошо правил Сумбраром. Эвермит - моя заслуга. Но есть еще кое-что", - сказал он, прервав попытку Лунного эльфа возразить. "С помощью своей магии я могу смотреть среди звезд, под водой и в Круги, которые собираются в каждом уголке этого мира. Иногда, смутно, я улавливаю проблеск того, что будет. И это я говорю вам со всей уверенностью: У Эвермита будет король".
"И ты также предвидел, что этим королем станешь ты?"
Маг пожал плечами. "Возможно, я слишком многое предполагаю, стремясь занять трон Эвермита. Но более вероятно, что этим я лишь ускоряю свою собственную судьбу. Я говорю тебе это, потому что ты - сильный голос в Совете. Твое слово далеко пойдет. Поклянись мне в верности сейчас, и взамен ты будешь владеть своими северными землями от имени короны. Ты получишь власть и почет, превышающие то, что большинство кланов серебряных эльфов могли бы надеяться достичь".
Прежде чем Дарторидан успел ответить, он почувствовал легкое давление на свое плечо. Он посмотрел вниз, на лицо своей жены. Она кивнула, ее прекрасные черты были полны решимости. "Если присяга Дуротилу принесет честь и положение нашему дому, милорд, сделайте это немедленно".
Лунный эльф был слишком утомлен, чтобы спорить. Он не мог оспорить ни видение Вури, ни желание его жены занять влиятельное место при дворе. Разве он сам не желал того же? Разве не этого он желал всю свою жизнь?
"Согласен", - отрывисто сказал он. "Но остерегайся меня, если не будешь править хорошо".
Улыбка Вури была самодовольной. "На это мало шансов. Эвермит становится тем, кем он был предназначен быть. Рассвет, который вы видите перед собой, это рассвет новой и - простите за выражение - золотой эры".
14. Летящие Драконы
Лесные деревья сотрясались, когда Малар, Повелитель зверей, вопил в ночное небо о своей ярости. Рыча и проклиная, он метался по лесу и заставлял горы Фаэруна дрожать от отголосков своего гнева.
Этот глухой внутренний лес был теперь его пристанищем. Не для него были далекие острова и гневные морские волны. Он покончил с Амберли, а она - с ним.
Уже дважды морская богиня не оправдала ожиданий Малара. Не то чтобы Амберли не хватало власти, просто она была слишком капризна. Богиня не обладала такой целеустремленностью, как Малар. Она с таким же удовольствием терзала моряков у солнечных берегов Чалта, как и толкала человеческих пиратов в набег на Эвермит. Если одно начинание терпело неудачу, богиня просто пожимала белоснежным плечом и переключала свое внимание на другое. Моря Абир-Торила были широки, и один-единственный эльфийский остров не мог надолго задержать внимание Амберли.
Но Малар сомневался, сможет ли он когда-нибудь думать о чем-то другом. Прошедшие века мало что сделали, чтобы охладить его ненависть к эльфам или притупить желание увидеть, как Кореллон Ларетиан одержит верх. Однако становилось все более очевидным, что вторжение в Эвермит - дело непростое.
Наконец, устав от своих разглагольствований, Повелитель зверей опустился на землю. Прислонив свою черношерстную голову к стволу древнего дуба, он сел и уставился злобными красными глазами в черноту безлунной ночи. Ночь была такой же темной, как и все, что он видел. Тонкий слой облаков скрывал звезды. Это радовало Малара, ибо свет звезд был для проклятых эльфов источником радости и волшебства. В его нынешнем настроении он не нуждался в напоминании о неуловимых врагах.