Страница 60 из 110
Драконья черепаха сменила тактику и перешла в кувырок. Раз, два, бледная броня ее брюха сверкнула в лунном свете, пытаясь избавиться от назойливого эльфа. В результате ее вращения образовались два всплеска воды, которые подхватили эльфийское судно и понесли его все ближе к бурному морю и быстро приближающимся пиратам.
Анарзи застонала и поплыла еще быстрее, хотя понимала, что мало что может сделать. Стоило Дарторидану броситься в воду, и морское существо могло прикончить его одним щелчком.
Но когда черепаха выпрямилась, эльфийский воин уперся в центральный гребень панциря, упрямый, как ракушка. Однако долго он так не продержался: яркая кровь смешалась с водой, стекавшей по склону панциря существа. Ни один воин не мог вечно игнорировать такие раны.
Внезапно море вокруг Анарзи затихло. Неестественный ветер утих, и набегающие волны с белыми шапками погрузились в море, посылая мелкую беспокойную рябь. Анарзи услышала гортанные возгласы удивления, когда пираты подрезали паруса, чтобы приспособиться к уменьшающемуся ветру. Анарзи заметила, что такой ветер им больше не нужен, ведь скоро они настигнут корабль Дарторидана.
На мгновение морскую эльфийку охватило отчаяние. Когда она окинула взглядом затихающее море, на нее снизошло вдохновение - так ясно, словно голос Глубинного Сашеласа шептал ей на ухо.
Без указателя, который давали беспокойные волны, люди никак не могли определить, где находятся опасные щиты!
Морская эльфийская жрица начала нараспев читать заклинание, молясь об иллюзии, которая превратит безмятежные воды вокруг Эвермита в зеркало - зеркало, в котором отразятся все еще зыбкие волны шторма Амберли.
Анарзи завершила заклинание и нырнула в глубину - за мгновение до того, как один из пиратских кораблей натолкнулся на магический барьер.
Вспышка света превратила умирающую ночь в полдень, а корабль - в факел. Морской эльф нырнул вниз, чтобы спастись от внезапного жара и избежать машущих конечностей пиратов, переживших первый взрыв и прыгнувших - или бросившихся - в воду.
Бум и треск огня, рев разъяренной драконьей черепахи, крики раненых людей - все это наполнило чувства Анарзи, словно хор победной музыки. Слишком поздно она уловила вибрации, которые свидетельствовали о новом присутствии в водах неподалеку. Инстинктивно она повернулась в сторону - и тут же мимо нее пронеслась гладкая серая форма.
На мгновение Анарзи подумала, что дельфин вернулся, чтобы присоединиться к битве. Но грубая шкура, больно ударившаяся о ее руку, могла принадлежать только одному существу. Акулы, привлеченные суматохой битвы и запахом пролитой крови, пришли поесть.
Анарзи достала с пояса нож и нырнула еще глубже. Она отрезала кусок ламинарии и быстро перевязала руку, поцарапанную во время схватки с акулой. Крови было немного, да ее и не должно было быть, но даже несколько капель в воде вокруг нее могли означать ее смерть. В данный момент акулы были доведены до исступления представшим перед ними изобилием. Они будут заняты пиратами еще долгое время. Но лишь немногие акулы могли насытиться настолько, чтобы не охотиться на свою любимую пищу - раненого морского эльфа.
Она зажала нож между зубами и поплыла к огромным фигурам, вырисовывающимся на фоне пылающего неба. Драконья черепаха снова обратила свое внимание на эльфийский корабль и неумолимо подталкивала его в сторону открытого моря и двух кораблей, ожидавших приз. Тонкая струйка крови стекала в воду из-под ноги существа, уменьшаясь по мере приближения Анарзи. Выстрел Дарторидана сделал не больше, чем пропорол шкуру черепахи. Ей предстояло добиться большего.
Морская эльфийка бросилась к огромному хвосту. Она ухватилась за кончик, затем прижалась к хвосту и обхватила его ногами так крепко, как только могла. Одной рукой она вытащила нож из зуба и глубоко вонзила его в хвост. Она со всей силы потянула его вниз, пробив брешь в шкуре.
Драконья черепаха снова заревела - ужасный звук разнесся по воде и даже заставил затихнуть мрачную пирушку акул. Анарзи держался, пока хвост яростно бил по воде взад и вперед. Когда этот способ не помог, черепаха подняла хвост над водой и одним быстрым, сильным движением взмахнула им вверх. Морская эльфийка отпустила свою хватку, позволяя импульсу подбросить ее вверх на шипастый панцирь черепахи.
Ей не так повезло, как Дарторидану. Волны агонии прокатились по ней, когда она врезалась лицом в костяной гребень. Но она поднялась на ноги, оторвалась от короткого шипа, который терся о ее бедренную кость, и встала на руки и колени. Изо всех сил игнорируя жгучую, онемевшую боль, она заставила себя посмотреть на рану. Там была кровь, слишком много крови. В кишащем акулами море такая рана была бы смертельной, в этом она не сомневалась. Но, возможно, она сможет выжить достаточно долго, чтобы выполнить поставленную перед ней задачу.
Все еще стоя на коленях, морская эльфийка подошла к лежащему Дарторидану. Он был ранен сильнее, чем ей показалось, и почти потерял сознание. Она била, кричала, умоляла, пока, наконец, его глаза не сфокусировались на ней.
"Анарзи", - прошептал он. "О, моя бедная, потерянная любовь. Я так много должен сказать..."
"Нет времени", - мрачно сказала она ему. Оторванной рукой она жестом указала в сторону эльфийского корабля. Он прошел барьер, и на его хрустальные палубы высыпали пираты. "Люди не должны получить этот корабль! Вы знаете, какое применение ему найдется".
Женский крик, пронзительный от боли и ужаса, раздался над звуками битвы. Дарторидан горько выругался, когда двое людей вытащили из трюма сопротивляющуюся эльфийскую женщину. Яркое платье эльфийки, циркуль из летних цветов, косо висевший в ее спутанных волосах, не оставили у Анарзи сомнений в ее личности.
Дарторидан с трудом поднялся на ноги, но не сразу бросился на помощь своей новой жене. Он схватил гарпун и вонзил второе копье в металлическую трубку. Анарзи знала, что у него на уме, так же четко, как если бы он произносил свои мысли вслух. Его первой задачей было сохранить корабль в руках эльфов. Пока жива драконья черепаха, корабль был потерян.
Морской эльф посмотрел вниз, в бурлящее море, где по-прежнему жадно кормились акулы. Ни один эльф, живущий на суше, не был достаточно проворным в воде, чтобы избежать их. Если Дарторидан снова попытается остановить драконью черепаху, он наверняка погибнет, и все его усилия окажутся напрасными.
Анарзи схватила гарпун своей единственной хорошей рукой. "Иди", - потребовала она, кивнув в сторону веревочной лестницы, которую пираты протянули вниз по хрустальному корпусу корабля.
"Ты ранена", - запротестовал он, заметив, наконец, кровь, окрасившую ее пеструю кожу.
"Я умираю", - просто ответила она. "Иди, и дай мне умереть хорошо. Ты должен спасти корабль и людей на нем".
Прежде чем Дарторидан успел ответить, морской эльф вскарабкался по панцирю черепахи и нырнул в воду. Лунный эльф сделал длинный, дрожащий вдох и поднялся на панцирь сразу за головой черепахи. Хотя задача существа была выполнена - эльфийский корабль был загнан за пределы магических щитов, - оно оставалось неподалеку, кружа вокруг корабля, словно поджидающая акула.
Дарторидан подождал, пока существо не вернулось обратно к тому месту, где висел абордажный трап пиратов. Он прыгнул, зацепившись за нижние перекладины. Боль, когда он врезался в кристаллический корпус, была почти непреодолимой, как и тупая пульсация в разорванном плече. Но он поднялся и перекатился через перила на корабль.
Вокруг него бушевала битва, кровавая и яростная. Эльфы сражались за свои жизни. Но товарищи Дарторидана не были армией - всего лишь несколько друзей и родственников, сопровождавших новобрачных в путешествии на север.
Корабль внезапно накренился, когда его подхватила волна. Дарторидан схватился за поручень, чтобы устоять, и вдруг обнаружил, что стоит лицом к лицу с драконьей черепахой. Глаза существа бешено вращались, а его гигантская пасть была широко разинута, удерживаемая гарпуном, вбитым в крышу пасти. Оно не могло сомкнуть челюсти, не загнав оружие вверх и в мозг.