Страница 47 из 181
Увы, но мужчины, попавшие под колдовство ламий, полностью лишаются своей воли, оказываются неспособны хоть к какому-то сопротивлению, и отдаются во власть прекрасных искусительниц, после чего ламии подчистую высасывают кровь из своих покорных жертв. Бывают и такие особо голодные особи, что просто съедают свою добычу, обгладывая ее до костей. Называя вещи своими именами, ламий вполне можно считать хищниками, кем-то вроде здешнего кровожадного зверья или огромных вампиров. Случается, что по ночам ламии заползают на спящих мужчин, обвивают их своим хвостом, после чего несчастному уже не вырваться. Правда, на обычных женщин колдовство ламий не действует, и потому эти хвостатые создания стараются держаться подальше от представительниц слабого пола.
Охотиться ламии предпочитают вечером, ранним утром или же ночью, а днем стараются не выходить на свет, хотя в здешних сумрачных лесах они могут появляться и днем. Именно за одну из тех прекрасных ламий меня приняли здешние жители - отсюда и их испуг. Вот потому-то Кейру и пришлось наглядно доказывать, что я к семейству хвостатых прелестниц не имею никакого отношения.
- Понятно теперь, почему они проверяли, на месте ли у меня ноги... - усмехнулась я.
- Верно... - кивнул Кейр. - Можно задурить глаза, однако на ощупь вряд ли спутаешь один хвост с двумя ногами. А еще ламию можно узнать, если попросить ее подать голос. У этих созданий раздвоенный змеиный язык, причем длинный, и говорить они не в состоянии. Зато эти змеюки умеют негромко шипеть и очень мелодично посвистывать - так они переговариваются друг с другом. По слухам, их посвист просто завораживает... Ну, про ламий много еще чего можно рассказать, только отложим это на более поздний срок. Пока с вас хватит и того, что узнали.
- Понятно теперь, отчего эти четверо здешних жителей мне в рот заглядывали... - хмыкнула я.
- Раздвоенный язык искали!.. - хохотнул кто-то.
- А зачем мне нужно было руку разрезать?.. - этот вопрос интересовал меня больше всего.
- Ну, не разрезать, а всего лишь немного поранить... - с нотками извинения произнес Кейр. - Это было последнее подтверждение того, что ты обычный человек, а не здешняя хвостатая красотка. Дело в том, что у ламий, как и у змей, кровь не красная, а голубоватая, да и, как утверждают, их кровь чуть пахнет, причем запах очень своеобразный... Чем именно пахнет - не знаю, да это и не важно, но наши проводники после этого окончательно убедились в том, что ты - обычный человек.
- Слышь, Кейр, а ты ламий когда-нибудь видел?.. - спросил кто-то.
- Было дело... - неохотно отозвался тот.
- И какие они?
- Разные... - уклонился от прямого ответа Кейр. - Но головы мужикам эти хвостатые бабы кружат так, что те просто не в состоянии сопротивляться.
- И много их, этих самых ламий, в здешних местах? А на том руднике, куда мы направляемся?
- Много ли - не знаю, скорей всего - нет, но местным жителям хватает и тех, что уже имеются. Что касается рудника, к которому мы идем, то я ламий там не видел, да и никто из наших парней не упоминал о них. И потом, на нашем руднике довольно сухо, а те хвостатые предпочитают более влажные места.
- Вроде той низины, которую мы прошли?
- Нет, там одна грязь, а это не для них.
- В Большой Гавани о ламиях ничего не слыхивали... - произнес невысокий мужчина.
- Наверняка слышали, но это не такая тема, которую обсуждают вслух - так, люди упоминают о них негромко, промеж собой. И потом, в Делфе хватает и иных существ, которые не к ночи будь упомянуты.
- А мне вот другое интересно... - произнес высокий парень, который все это время смотрел на меня с легкой усмешкой. - С чего это вдруг такая цыпочка с нами пошла? К тому же при себе у нее никакого инструмента нет... Что, в земле пальцами ковыряться собралась? А может, ты к жениху пробираешься?
Понятно, что рано или поздно, но мне зададут этот вопрос. Подходящего ответа пока нет, а значит, надо как-то увести разговор в сторону.
- У каждого из нас своя причина отправиться сюда. Вот ты, например, зачем здесь оказался?
- Да со мной-то и вопросов нет... - пробурчал тот. - Работал на опаловой шахте неподалеку от Большой Гавани, вроде и зарабатывал неплохо, кое-что из найденного продавал, кое-что на будущее откладывал. А теперь там новые правила выдумали: сдавай оценщикам все добытое в шахте, а они, паразиты, в открытую цены занижают, и не стыдятся. Оно мне надо? Вот народ и побежал, кто куда, на шахте почти никого не осталось. Уж лучше на себя работать, чем на жадного дядю.
- Слухи ходят, что теперь на опаловую шахту преступников будут привозить... - подал голос еще кто-то.
- Каких еще преступников?
- Из нашей страны. Мол, нечего казенные харчи понапрасну переводить, пусть заключенные тут свой срок оттрубят, вернее, отработают. Дескать, чем сидеть в четырех стенах, пусках опалы добывают для пользы нашего государства. Говорят, недавно к губернатору какие-то важные господа приехали, чтоб этот вопрос обсудить.
- Я тоже что-то такое слышал краем уха... - отозвался Кейр.
Ах, так вот для кого губернатор решил закатить прием! Понятно теперь, для чего приехали сюда те важные господа. Как вижу, Делф ожидают некие потрясения.
- Однако нам пока не стоит беспокоиться... - продолжал Кейр. - Пока что речь идет только об одной шахте, а все остальные рудники и месторождения пока никто трогать не собирается. Земли Делфа надо осваивать, и для начала пусть этим занимаются старатели, а затем начнут подтягиваться и остальные...
Еще немного посидели у затухающего костра и договорились, в какой последовательности будут меняться часовые - увы, но в этих местах иначе нельзя, уж очень неспокойно здесь по ночам. Это в Большой Гавани люди чувствуют себя в безопасности, а в лесах Делфа о своей жизни ты должен заботиться сам. Мне выпала очередь дежурить все с тем же мужчиной, который в пути замыкал нашу небольшую цепочку, то есть шел по лесу позади меня. Что ж, все верно, здесь не особо обращают внимание на твою половую принадлежность: все находятся в равных условиях, и снисхождение могут предоставить только больному или раненому.