Страница 63 из 91
Есть! У меня теперь есть работа! И, кроме гонок, я могу заниматься и другим любимым делом! Как классно!..
Промелькнувшее в голове слово «гонки» вмиг заставило меня немного погрустнеть и бросить взгляд на полку, где в один ровный ряд выстроились мои трофеи.
Точнее, на самый крайний кубок.
Поддаваясь накатывающим свежим воспоминаниям, я встал и подошёл к полке. Коснулся рукой эбонитовой подставки кубка.
Аластаро, третья гонка. Два дня назад.
Эх, если бы и в самом деле всё было так просто…
В заключительном заезде я стартовал четвёртым, позади Атоева, Матвеева и Кари, которому своим вторым по скорости кругом в квале уступил шестнадцать тысячных секунды. Остальные в первой десятке, казалось, тоже хаотично перемешались. Но так или иначе основные претенденты располагались впереди.
Я сидел в жарком кокпите, потея в комбинезоне и чувствуя духоту под визором шлема. В мозгу крутилось недовольство – нет, не предыдущим результатом, а скорее тем, как утром обернулось всё в целом.
Ничего не вышло. По сравнению с «оригиналом» я предотвратил лишь одну аварию – вылет Исаакяна в первом повороте – и то, наверное, потому, что сам туда вклинился… и Кари всё испортил себе, мне и Ахмеду.
М-да, как в жизни: пофиксил один маленький баг – получил на выходе тысячу новых…
Надо ли говорить, что все прочие происшествия случились в том же виде, в котором я их помнил на записи? Вот и на мой взгляд это очевидно.
Сам собой напрашивался вывод, что изменить историю можно только прямым персональным предупреждением (так было с Артёмом Кабаковым на «Москоу Рейсвей») – либо собственным физическим вмешательством. Общие же намёки в гонке забываются напрочь; авария Никиты – тому подтверждение.
Но конкретно в этот миг ничего не должно было мне помешать побороться за хорошие места и очки. И никто… кроме, пожалуй, Нико. Владимиру-то конкуренцию составить будет куда труднее…
В перерыве между гонками мы с финном снова нашли минутку, чтобы перетереть за жизнь. Как и я, он злился из-за того столкновения – и даже признал свою ошибку, но извиняться наотрез отказался. Я и не настаивал. Это ведь гонки, всякое бывает. Глупо обижаться из-за каждого инцидента…
Короче, обменялись любезностями и разошлись, предвкушая новый эпизод упорной борьбы.
До которого оставалось совсем немного времени.
…Атоев в третий раз за уик-энд стартовал с поула очень уверенно. Кари также не сплоховал и уже в первом повороте прошёл Матвеева, оказавшегося так высоко по явной случайности. Подобно лидерам я не стал размениваться на более медленного соперника – и из «эски» выехал третьим, сразу устремившись за теми, кто был впереди.
Как и положено, первый круг оказался самым богатым на сражения за позиции.
Нико в поворотах пробовал прессинговать Володю, но тот с лёгкостью уходил от атак; я старался по мере сил не отставать от финна. Ваня Матвеев откатился на четвёртое место, где на него стали наседать выбравшиеся из конца первой десятки Исаакян и Энаам Ахмед. Троицкий на первом же секторе сдал две позиции и ехал уже девятым; похоже, «Татуус» ему за несколько часов не успели полностью восстановить. Ну и Хуовинен в очередной раз начал свой прорыв с конца решётки.
После первого круга разрывы в тройке лидеров составляли примерно по полсекунды. Атоев мало-помалу отъезжал – сказывалось умение беречь шины, – и финну всё труднее становилось поддерживать заданный темп на резине, подстёршейся после вылета на траву в предыдущей гонке. Зато моя надежда на предстоящий обгон делалась всё реальнее.
На третьем витке не справился с управлением и вылетел Масленников, на четвёртом попрыгал по траве Евстигнеев. Над девятым поворотом показались жёлтые флаги. До пит-лейна, к счастью, оттуда было рукой подать, так что до сэйфти-кара не дошло.
Мне хотелось опередить Кари в честном поединке, а не благодаря рестарту.
Но Нико на удивление грамотно блокировал меня в поворотах, заставляя сбрасывать скорость. После десятого раза так и подмывало отзеркалить ему ответочку за утренний заезд, но я держал себя в руках. А вместе с собой – и машину.
Вскоре флаги пропали, и я повеселел. К седьмому кругу Атоев уехал от нас с Кари секунды на две, и финн на изношенных за день шинах начинал меня серьёзно тормозить. У меня резина тогда тоже пострадала из-за разворота, но я старался так ездить, чтобы её сильно не нагружать. Так что против Нико у меня были вполне представимые шансы.
И когда на восьмом круге он заехал в шестом повороте на дальний поребрик, я понял: больше медлить нельзя. Зашёл в изгиб не так широко, сразу занырнул на внутреннюю траекторию и рванул вперёд.
Будь что будет, сейчас главное – обогнать.
И я сделал это! Кари подрастерял темп, и мне удалось выгадать пару-тройку десятых, чтобы войти в извилистый участок третьего сектора перед ним. А когда я ускорился после выезда на главную прямую, то понял по виду в зеркалах: второе место прочно за мной.
Теперь впереди был один Атоев, успевший создать за эти десять минут почти трёхсекундный отрыв. Всё зависело от того, как близко к нему я смогу подобраться.
И я покатил дальше, на чистом упорстве наклоняя туда-сюда трепетно отзывающийся в моих руках руль и то мягко поглаживая ногами педали, а то и резко по ним ударяя. Пришло ощущение слияния с болидом, знакомое мне ещё по Ахвенисто. Стоило испытать однажды – и забыть его оказалось уже невозможно.
И до самого конца гонки я вёл эту по сути однообразную, но такую приятную и будоражащую погоню. А в это время где-то позади происходило то, что я помнил.
На двенадцатом круге Матвеев перетормозил в «шпильке», и этим воспользовались его преследователи. Пара секунд – и опять были потеряны два места, а обогнавший трёхцветный болид продолжил накатывать на белый. Но Ахмед опять-таки умело оборонялся от Нерсеса, не оставляя тому ни единого лишнего сантиметра пространства.
Троицкий к тому моменту опустился аж на двенадцатое место. И так бы ему и финишировать в самом хвосте, как в моём родном времени, но, видимо, наш разговор вспомнился Никите и пробудил в нём стремление бороться. И в результате на последнем круге он обратно прошёл Ситникова и закончил гонку одиннадцатым, заработав тем самым одно очко из-за попадания гостевого пилота Ахмеда в десятку.
Однако Владимир был просто недосягаем. За три круга до финиша я кое-как сократил отставание до одной секунды, но тут уж резина стала уходить и у меня. Пришлось осторожничать в поворотах, выезжая подчас на одну передачу ниже прежнего, чтобы сохранить достаточное сцепление.
Жестковаты оказались шины для этой трассы… Но с другой стороны, так-то их как раз мне хватило на обе гонки. Даже с учётом всех неожиданностей.
Подъезжая к черте вторым, я представлял себе, как в своём кокпите победно вскидывает руку со сжатым кулаком Атоев.
Это действительно был его уик-энд. Целиком и полностью.
А я за победу ещё поборюсь. Даю слово.
* * *
Среда, 26 августа
Над Москвой стояло раннее хмурое утро.
Улицы пока были пусты, но совсем чуть-чутьоставалось до того часа, когда по дорогам и развязкам потекут редкие автомобильные струйки. Прежде чем превратиться в один непрерывный поток и намертво подмять под себя весь городской асфальт до самого вечера.