Страница 54 из 91
Глава 13
Четверг, 13 августа
Утро было ясным и тёплым. В окно просторного автобуса, которое я украдкой приоткрыл, задувал ветерок – чуть более чистый, чем в самой Москве, – и я с удовольствием его вдыхал. В салоне после часа поездки ощущался слабый, но оттого не менее противный запах выхлопных газов, от которого побаливала голова. Или я просто хотел верить в это, в то время как болела она от чего-то другого.
На сиденье справа беззастенчиво дрых Игорь. Из прочих гонщиков и инженеров часть также подрёмывала: всё-таки сбор на остановке неподалёку от городской базы был немилосердно ранним. Остальные в основном сидели в смартфонах; кто-то в переднем ряду пробовал читать книгу, коротая время пути до аэропорта.
Наша команда опять всем составом направлялась в Финляндию, куда организаторы захотели засунуть и этот этап кубка. Аластаро, как и Ахвенисто, был, на мой взгляд, средненьким и довольно малоизвестным местечковым автодромом – наподобие «Красного кольца» под Красноярском. Долетев за пару часов и пройдя все формальности, минимум столько же мы должны будем убить и на то, чтобы добраться до места и расположиться где-нибудь на время соревнований. Вечером пройдём своими ногами по трассе несколько кругов, чтобы уточнить разработанную на симуляторах тактику, – а завтра начнутся заезды… Как обычно. Болиды, кстати, уже прибыли на автодром; на этот раз обошлось без накладок.
Если б я открыл окно пошире и выглянул, то увидел бы отцовскую машину, которая следовала за автобусом слева и чуть сзади. Родители снова собрались вдвоём поддержать меня на предстоящем этапе – и также ехали в аэропорт: билеты у нас были на один и тот же рейс. А так как я и теперь предпочёл место в эконом-классе, где летела команда, родители решили тряхнуть стариной и тоже попробовать эконом: чтоб быть поближе ко мне. Я ничего против не имел. И мне спокойней, и им полезно – к счастью, хоть не «Победой» летим…
Да, кстати, недавно стали известны итоги тендера, в котором отец участвовал. Как мы и надеялись, он победил и не скрывал по этому поводу своей радости. Дома мы отметили это хорошим ужином; сам отец говорил, что в Финляндии он будет праздновать только мои результаты. Его собственные пусть остаются в Москве и ожидают его возвращения.
Мои же были сейчас впереди… но кое-что и я оставил дома завершённым. Например, отправил разработчикам написанную структуру, устанавливающую изначальный износ шин в программе симулятора. И получил затем сообщение о том, что мою работу кому-то там показали, бла-бла-бла… и, мол, в общем, меня рекомендовали одной молодой компании по созданию ПО. На следующей неделе со мной, возможно, проведут онлайн-собеседование… и тогда поглядим, будет ли у меня возможность реализоваться по своей прежней, а ныне второй специальности – или понадобится придумывать что-то ещё.
Удивительно, что я продолжал строить планы, даже зная, что могу в скором времени отбросить коньки (не придумал пока «гоночной» версии для этого выражения)? Смирившись с неизбежностью, я стал воспринимать жизнь иначе, более ярко. И во мне вышла на новый уровень жажда побеждать ради престижа своей страны. Теперь каждую гонку я буду ждать как последнюю. И плевать, что всегда стараются говорить «крайний», – для меня это означает, что жизнь продолжится, но уже без гонок. Вариант так себе, не находите?..
Со временем головная боль усиливалась. «Определённо, это не из-за автобуса: не так уж тут и воняет бензином…» – подумал я, огляделся, убеждаясь, что я всем до одного места, и достал из кармана небольшую баночку, а из сетки на спинке сиденья спереди – бутылку с водой. С руки в начале недели наконец-таки сняли повязку, и я мог двигать пальцами почти так же свободно, как и раньше.
Этикетка на баночке уверяла, что там аскорбинки, но я, бесшумно отвинтив крышечку, достал оттуда и выпил безликую белую таблетку. Естественно, анальгин; а вы что подумали?..
Понемногу светлело, и мир за окном обретал краски. Оставалось примерно полчаса пути до аэропорта, как вдруг…
Мерный шум автобусного мотора был разорван сухим треском автоматной очереди. По звуку – стреляли слева и чуть позади. Совсем близко.
Но не в нас.
– А?! – встрепенулся и застыл с ошарашенным видом разбуженный выстрелами Игорь. – Что? Кто это?..
Все вокруг также заворочались и загомонили. Один я впал на секунду в какое-то оцепенение, ещё не веря в происходящее и лишь фиксируя слухом звуки происшествия.
Визг шин, словно автомобиль занесло. Вторая, третья очередь – патронов стрелки, видимо, не жалели. И – от этого сильнее всего сжалось сердце – грохот ответной пистолетной пальбы.
Охранники отстреливались, защищая мою семью и прикрывая её отход… куда?
А что, если с другой стороны дороги тоже засада?!
И я сделал единственное, что пришло в тот миг мне в голову.
А именно – вскочил со своего места и крикнул:
– Остановите автобус! Там мои родители! Скорее!!!
Внедорожник замер прямо посреди дороги – с вывернутыми в заносе колёсами, на двух из которых пули пробили резину. Тут и там валялись осколки стёкол, и машинам, проезжавшим мимо, приходилось объезжать опасное место по крайним полосам.
Металл на дверях по левой стороне покрывали бесчисленные отверстия от пуль. Ну и кровь на кожаной обивке сидений, куда же без этого.
Родители сидели прямо на асфальте, прислонившись к неповреждённому борту машины. Отец, в рубашке с разорванным воротом, зажимая рукой бок, по которому расплывался кровоподтёк из-за отражённых предусмотрительно надетым защитным жилетом двух пуль, вполголоса пересказывал мне случившееся. Мама, пристроившись рядом, тихо плакала. На асфальте валялись помятые попаданиями бронежилеты. Около багажника один охранник с перетянутой ногой оказывал другому, лежавшему без сознания, первую помощь вместе с врачом команды и кем-то из инженеров. Третий – с забинтованным плечом – стоял с другого конца и следил за порядком вокруг.
Автобус замер на обочине метрах в ста от места нападения. Часть гонщиков и персонала высыпала наружу и теперь те, кому не нашлось задачи, растерянно наблюдали за происходящим. Оставшиеся в автобусе, надо думать, сгрудились у заднего окна.
– …Чего-то подобного я, наверное, и ожидал, – говорил отец; я примостился сбоку и слушал. Выехали мы с запасом и даже с учётом инцидента на регистрацию должны были попасть, а потому немного времени я мог позволить себе потратить. – После Сочи, когда – помнишь? – ещё в пятницу я вынужден был сорваться обратно… Какое счастье, что с тех пор все постоянно в «брониках» ходят… Когда мы услышали выстрелы, я ни о чём не успел подумать. Просто сгрёб Милену… в следующий миг Антон, – кивок на «пациента», – справился с заносом, мы вылезли из машины и прижались к земле… Парни сработали на совесть: окружая нас, палили в тех негодяев в ответ. Когда в Валеру попали, я выхватил у него «ствол» и сам начал стрелять…
Отец стиснул зубы и, взглянув на сжавшуюся в комок маму, шёпотом выругался. Заметил тех, кто ждал меня, и добавил:
– Иди, Миш. Не беспокойся за меня. Сегодня тебе уже надо быть в Финке. Там ты на время гонок будешь в безопасности… Мне придётся остаться. В конце концов, я отчасти в ответе и за своих людей, и вообще за произошедшее. А Милену я с тобой отправлю… Хорошо, что у нас чисто случайно оказались две запаски, – бледно улыбнулся он, когда охранник, до этого за всем наблюдавший, с домкратом ушёл за машину. – Сможем эту колымагу назад отправить, а взамен другую пригоним по-быстрому… Ну всё, иди.