Страница 6 из 40
Насильник, не прекращая ласкать губами ее шею и конвульсивно изгибавшуюся спину, дернул на себя таз девушки, заставляя ее прогнуться. Как же унизительно Галатея чувствовала себя в этот момент. Сломленной и беспомощной. Если бы только она могла сменить облик…
Девушка почувствовала, как с натугой и страстным нетерпением в нее проникает чужая горячая плоть. Даже не дав ей возможности привыкнуть, мужчина сразу полностью вошел в Галатею, при этом задрожав сильнее прежнего. Из уст девушки сорвался сдавленный крик, переполненный болью: как физической, так и моральной. Насильник же напротив издал слабый вожделенный стон и тихое, словно шепот ветра “Моя…”
Галатея полностью потеряла ощущение времени. Все, что осталось от нее — это страдание и боль. Перестав сопротивляться, она желала лишь одного — чтобы этот ад наконец-то закончился.
Последние толчки были особенно сильными. Девушка почувствовала, как внутри нее что-то разлилось. Мужчина еще каке-о время, не двигаясь, продолжал быть в ней. Он, тяжело дыша, уткнулся носом в ее волосы.
Галатея почувствовала, как тело насильника расслабилось, и, при желании, она могла бы спихнуть его с себя. Но теперь ей было все равно. «Ни жить, ни чувствовать — удел завидный…» — вспомнила она строку из недавно прочитанного стихотворения. Теперь девушка просто ждала своей смерти, которая должна была последовать после глумления над ее телом. Когда мужчина приподнялся, очевидно, чтобы покончить с ней, она невольно улыбнулась, и из-под прикрытых век скользнула еще одна слеза. Галатея снова вспомнила ту маленькую девочку из прошлого.
Но смерть не наступила. Она услышала, как некто снова надел маску. Затем на ее тело, застывшее в постыдной позе, опустилось одеяло, и наступила темнота. Обняв колени, девушка скрутилась в комок и пролежала так до самого утра.
В дверь тихо постучали, но Галатея никак не отреагировала. Затем в спальню кто-то вошел и стянул с нее одеяло. Дневной свет болезненно ударил по глазам.
— Тэй? Это что здесь было ночью? — удивленно спросила Нулара, аккуратно убрав осколок стекла из спутанных волос подруги.
Глава 7
Утреннее солнце пронизывало спальню лучами света, в которых серебрилась пыль. Из приоткрытого окна доносился щебет птиц, едва слышно шумел ветер, раскачивая еловые ветки. И больше ничего. Абсолютная гармония тишины. Еще чуть-чуть, и можно было бы поверить, что ночное происшествие было всего лишь кошмарным сном, но порванное платье и успевшие проступить по всему телу мелкие синяки служили неоспоримым доказательством того, что этот кошмар был реальностью.
Галатея, словно каменное изваяние, невидящим взглядом наблюдала за действиями служанки, сметавшей с ковра остатки стекла. На краю кровати, напряженная, как струна, сидела Нулара.
— Я не должна была тебя оставлять, — сказала она сквозь слезы, когда худощавая служанка покинула спальню.
— Об одном прошу тебя, Лара, — наконец заговорила Галатея, впервые посмотрев в глаза подруги, — Никому ни слова. Ни Идмонду, ни Ральфу, ни кому либо еще.
— Конечно, я понимаю, — закивала головой девушка.
— Поклянись мне! — Галатея резко потянулась к Нуларе и с силой сжала ее руки. Во взгляде девушки было что-то отчаянно сумасшедшее, от чего подруге стало не по себе.
— Клянусь, Тэй. Правда! — только и ответила Нулара, оторопев от неожиданной перемены в поведении Галатеи.
— Хорошо, — расслабилась девушка, и отпустила руки, — А теперь, позволь мне ненадолго остаться в одиночестве. Мне нужно подумать.
— Да, да, конечно. Мы будем ждать тебя внизу. Только не раскисай.
Подруга ушла. Галатея, заставив свое ноющее тело двигаться, направилась в ванную комнату. Там она включила горячую воду и, присев на край мраморного покрытия, попыталась войти в состояние так называемой медитации. По коже сразу же поползли мурашки. Она могла просидеть так несколько часов, слушая как бурлит и пенится вода и размышляя обо всем, что было на тот момент важным. Девушка, сосредоточившись, полностью перенеслась сознанием в ночь. Образ насильника все еще был свеж, как если бы он сейчас стоял перед ней. Однако, в его внешнем виде не было ничего, что могло бы как-то намекнуть на личность мужчины. Ей показалось, что незнакомец имел весьма внушительный рост, но даже это могло оказаться иллюзией, созданной под воздействием страха и темноты. Более того, как бы Галатея не старалась, она не могла вспомнить его запах. Будучи вервольфом, можно было бы запросто распознать кого угодно по запаху, но ее насильник это предусмотрел и, видимо, принял меры для того, чтобы от него избавиться.
Галатея старательно думала, вспоминала любые зацепки, но, не смотря на все усилия, ночной гость все также оставался неизвестным мистером «Х». Тем не менее, девушка не прекращала думать. Активная мыслительная деятельность не давала ей полностью погрузиться в хандру. Она так увлекалась этими мыслями, что совсем забыла, как всего за несколько часов до данного происшествия, ее едва не убили ножом. А ведь об этом тоже стоило поразмыслить.
Приняв ванную и приведя свое тело в порядок, Галатея надела обыкновенную студенческую форму, которую ей принесла Нулара, и покинула спальню. Служанка помогла ей найти обеденный зал. За столом, в центре которого стояла ваза с пышным букетом цветов, сидели трое. Это были Нулара с Идмондом и еще один человек, чье имя девушка не знала, но веснушки которого показались ей знакомыми.
Завидев подругу, Идмонд тут же вскочил с места и поспешил отодвинуть для нее стул.
— Какая забота, — шутливо заметила Галатея, уверенно делая вид, что она такая же, какой была всего половину суток назад.
— А где твое великолепное красное платье, красотка? — спросил парень с улыбкой. Очевидно, Нулара провела с ним воспитательную работу, чтобы тот не задавал неприятных вопросов.
— Его время прошло. А где же герцог?
— Он ушел ночью, сказал к утру вернется, — ответила Нулара.
— Загадочный он у нас, — вставил незнакомец с веснушками, со скучающим видом упиравшийся подбородком в ладонь.
— Кстати, это Дриан, — представил его Идмонд, — он тоже перевелся к нам одновременно с Ральфом.
— Из Королевской академии? — спросила Галатея.
— Ага, из нее, — растягивая слова отвечал Дриан, — Чертова война нас потеснила. Теперь придется учиться в какой-то дыре.
Нулара многозначительно кашлянула.
— Слышала, в Королевской академии даже лапы размять негде. Все ограждено, как в тюрьме.
Дриан насмешливо хмыкнул.
— Доброе утро, господин, — вдруг прощебетала служанка, поклонившись перед появившимся в проходе герцогом. Вид у него был слегка потрепанный, как у человека, который не спал всю ночь, но темные круги под глазами придавали его молодому лицу зрелого аристократизма. Ральф бросил короткий хмурый взгляд на Галатею, после чего прошествовал к столу и присоединился к остальным.
— Прошу прощения за опоздание, — сказал он, как того требовало его воспитание.
— А мы уже позавтракали, — промурлыкала Нулара.
— Прекрасно, — безразлично отозвался герцог и положил перед собой сверток, в котором пряталось нечто продолговатое. Все с интересом уставились на этот загадочный предмет.
— Что это? — первым спросил Идмонд, придвинувшись поближе.
— Сувенир, — коротко ответил Ральф, глядя, однако, не на Идмонда, а на Галатею, сидевшую слева от него, — Все, что осталось от наших вчерашних агрессивно настроенных визитеров кроме горстки пепла, — он отвернул край ткани.
Галатея сразу же узнала клинок, который был в руках одного из убийц. Длинный и тонкий, определенно созданный для того, чтобы наносить смертельные раны. Если кончик лезвия плавно вздымался кверху, то рукоять, выполненная из слоновой кости, наоборот, выкручивалась вниз.
— Что ты узнал? — после минутного изучения орудия убийства девушка с надеждой посмотрела на герцога. Она, как могла, старалась не выказывать своего напряжения.
— Этой ночью я успел пробежаться в соседний городок, где живет мой дядя. Он всю жизнь увлекался изучением геральдики, — Ральф взял в руку клинок и ловким движением перевернул его лезвием книзу. На торце рукояти была высечена эмблема: солнце, зажатое в пасти волка, — Пришлось перерыть пол-библиотеки, покопаться в манускриптах. Эмблема действительно пускает свои корни в далекое и забытое прошлое. Когда-то это был символ братства Полночной Стаи, существовавшей еще до первой династии королей. Мало кто помнит, но именно они создали “Кодекс Чести”. С приходом на трон короля Талеса появился “Закон”, и “Кодекс Чести” ушел на второй план. Вервольфы перестали соблюдать прописанные там каноны, а Полночная Стая утратила свое влияние. Но они не исчезли, а всего лишь затихли на какое-то время, чтобы спустя несколько веков возродиться в иной ипостасе под лозунгом “Король — не закон!”