Инкубаториум Киборгвилля

— Я вас поняла, доктор Бей, — отвечает она. — Вы плохо выглядите. Позвольте, я помогу вам, — она подходит к экспериментатору, берет его под руку и сопровождает до дивана. Она старается быть нежной, но сейчас, всем телом доверившись с виду худощавой фигуре, доктор Бей чувствует безграничную силу этого абсолютного, совершенного организма, и ему на один миг становится страшно.

Вандая помогает доктору Бею сесть на диван. После этого она подходит к колыбельной-трансформеру и толкает до лестницы. При нажатии на кнопку сооружение само поднимает стоящих на ней персон на второй этаж, и Олденвуду Грею остаётся лишь слушать шаги и приглушённые голоса, доносящиеся со второго этажа подземного дома. Вандая поднимает Уилла, и слышно, как тому тяжело даётся подъем. Как он топчется по комнате. Спустя несколько минут парень спускается на первый. Ещё спустя полминуты появляется Вандая и несёт те таблетки, которые попросил доктор Бей. Она заходит на кухню, чтобы взять стакан и налить воды из специального фильтрующего кувшина, чтобы передать все это. За несколько секунд до этого учёный заканчивает рассказывать Уиллу о том, куда надо пойти, чтобы забрать Исиду.

— Ну что, как тебе киборг, оснащённый библиотекой под названием «большая инкубаторная био-лингвистическая интеграция «я» или, сокращённо, если хочешь, «Б.И.Б.Л.И.Я.»? — смеётся доктор Бей Олденвуд Грей, указывая на грациозную фигуру, которая возвращается на второй этаж.

— Смешанные чувства, — честно отвечает Уилл, обувая кроссовки. — С одной стороны — очень круто, здорово и прочее! С другой стороны: ненависть и даже страх, — говорит он, задерживаясь в дверях и изучая реакцию экспериментатора на свой ответ.

— Ты привыкнешь, — отвечает доктор Бей после того, как залпом приканчивает банку пива и ставит её на стол. — Пока ты не ушёл, не сочти за наглость, достань из холодильника ещё одну… нет, две банки, пожалуйста… — практически шепотом, с полузакрытыми глазами, произносит он.

Слабое освещение комнаты больно бьет по глазам, заставляя его щуриться.

— Вот, возьмите, — Уилл приносит связку из четырёх банок, одна из которой уже стоит на столе. — И, я думаю, вам необходимо хорошо отдохнуть… — говорит он, встревоженно наблюдая за состоянием работодателя.

— Ты хороший парень, Уилл, — говорит Олденвуд Грей, непроизвольно улыбнувшись, — но лучше позаботься о Исиде. Со мной все будет в порядке… — в этот момент в комнату спускается Вандая. — Отлично! Ты здесь!

Доктор Бей до жалости отчаянно пытается накинуть на себя то, что по его нынешнему мнению называется «бодрость». Получается фальшиво и паршиво. Получается так, будто бы он дешевый актёр дешевого сериала государственного телевидения, которое существует лишь для государственных учреждений и тех, кто прикован к этим самым учреждениям по ряду разнообразных причин.

— Да? — на лице киборга натуральная, очаровательная улыбка, которая даже лучше настоящей из-за совершенной формы губ, зубов и сокращения мимических мышц под идеальной кожей, на идеальной форме черепа. — Вам что-то необходимо? — спрашивает она.

— Подними меня через два часа, пожалуйста… и приготовь чего-нибудь пожевать к этому времени, тоже пожалуйста. Я поем и пойду работать, — продолжает говорить он, подтягивается всем телом вперёд, вынужденно опуская ноги на пол. — Уилл скоро придёт и принесёт хозяйку этого дома. Ты должна будешь слушаться её. Ты поняла? — спрашивает он, срывая со специального кольца банку пенного. — Уилл — тоже хозяин этого дома, и его ты тоже должна слушаться. Надеюсь, вы уже познакомились… — он делает длинный глоток, осушая банку больше чем наполовину.

— Да, доктор, — отвечает девушка, поворачивается к Уиллу, поднимает руку и, словно флиртуя с ним, машет ему одними только пальчиками. — Я вас поняла. Все будет сделано.

Она резко меняется в лице, внезапно став серьёзной, и именно это выдаёт в ней машину. До сего момента она походила на высшее существо, а после этого изменения настроения, после только что продемонстрированных движений, становится понятно, что она лишь один из немногих оставшихся представителей синтетической расы человекоподобных роботов.

— Ну, вот и прекрасно, — уголки губ доктора Бея судорожно подрагивают, пытаясь показать его настоящие чувства, но тело слишком переутомлено, и по этой причине то, что пытается проделать его организм, напоминает странный нервный тик. — Ладно, Уилл, мы с тобой поговорим позже. Иди за Исидой. И не надо смотреть на меня с таким осуждением! У меня остались вопросы по строительству и обустройству базы. Безотлагательные! Именно поэтому я могу позволить себе столь непродолжительный отдых. Я смогу немного отдохнуть только после того, как все будет закончено… Так что иди, мальчик, забирай свою суженую. За остальное не переживай. Я разберусь с остальными делами. И, кстати, завтра ты выходишь на работу… пока что будешь изучать свое новое ремесло… сантехнику… и помогать бригадиру копателей. Будь ласков, не дай мне разочароваться в тебе, — говорит доктор Бей и этими словами, как мощным ударом с локтя, практически сбивает Уилла с ног, заставляя его вновь подумать о собственном возрасте и прикинуть, сколько стоящих дел он успел совершить за это время.

Уилл уходит с тяжелым сердцем и мыслями, наполненными битым бетоном. Доктор Бей приканчивает вторую банку и срывает третью. Делает ещё один длинный глоток, забивая свой желудок жидкостью и газом, который потихоньку начинает выходить в виде отрыжки. В это же время алкоголь начинает растворяться и малыми частями попадать в кровь. Сначала нервная система сокращается от резкого чувства тревоги, а спустя несколько секунд расслабляется, привнося в голову доктора Олденвуда Грея чувство легкой эйфории. Глаза начинают слипаться. Спустя несколько минут пребывания в состоянии покоя и легкого, резкого опьянения, он проваливается в глубокий, крепкий, как забытый на столе чёрный чай, сон.

— Доктор… доктор Бей! Мистер Бей Олденвуд Грей, проснитесь пожалуйста, — Вандая треплет его за плечо уже больше минуты. — Доктор Бей, вы просили разбудить вас!

— Так… ладно… в сторону! — нервы Уилла сдают, и он легким движением отодвигает киборга в сторону. — Я сам его разбужу. Займись его завтраком… эм… пожалуйста, — произносит он, стараясь оставаться вежливым с тем порождением, с которым вежливым быть не хочется. — Так… простите меня док… другого выхода из этой ситуации я не вижу, — он берет экспериментатора за халат и приподнимает. — Ну, поехали!

Вены на руках Уилла выпирают из-под тонкой кожи, плотно сидящей на объемных мышцах, и они становятся еще больше после того, как тот несколько раз жестко встряхивает Олденвуда Грея.

— Доброе утро… док!.. — пыхтя проговаривает он, наблюдая за тем, как глаза экспериментатора медленно открываются и щупают мутные силуэты, прежде чем вновь скрыть все по ту сторону век. — Не, братан… ты просил разбудить, ссылаясь на большое количество важной работы!.. Вот закончишь все, вот тогда будешь плющить и подушку, и своё лицо об эту подушку! — проговаривает Уилл и вновь жестко, практически как тряпичную игрушку, встряхивает своего работодателя. На этот раз глаза доктора Бея открываются и в этот раз уже не закрываются. Да, они пока что не пробились во внешний мир и наблюдают смесь из реальности и плотной пелены сна, но уже видно, что доктор Бей больше не провалится. Во всяком случае, сразу не провалится в сон.

— Что… п-п-происходит… — Олденвуд Грей заикается и хрипит в попытке восстановить связь между тем, что происходит сейчас и тем, что было накануне. — Уилл! Какого черта?!

— Вы попросили Вандаю разбудить вас. Она была слишком деликатной и никак не могла достучаться до вас. Мне это надоело, плюс, я решил не тревожить ни Исиду, ни Неона и поспособствовать вашему пробуждению, — тот аккуратно опускает доктора Бея на диван. — Простите, что так, но зато вы проснулись.