Страница 16 из 329
— Так… если вы все поняли, расходимся, — командует Олденвуд Грей. — Эм… Уилл… сегодня… то есть сейчас… ты остаёшься с Неоном. Я предупрежу твоего бригадира. И, кстати, ты спрашивал, как ты будешь совмещать свою работу копателя с семейной жизнью.
— Вы что-то говорили о сиделке, и я надеялся на то, что этой сиделкой буду не я, — Уилл нахмурился, внезапно почувствовав и себя ущербным, и нанесённый его гордости ущерб.
— Ты? Сиделка? Не-е-ет! — БОГ громко, глумливо смеётся. — Нет… ты не будешь сиделкой, ни в коем случае! Мальчику нужен пример для подражания, а не кусок женоподобного биомусора, — доктор вновь смеётся. — Что касается моих слов о том, что я обо всем позаботился… теперь ты — руководитель специальной обслуживающей группы… связанной с водоснабжением. Сама группа появится чуть позже, сегодня, — говорит доктор Бей. — Но об этом позже… как только мы с Исидой закончим первую стадию испытаний. Пока что ты сидишь дома и за всем присматриваешь.
— То есть, я стану братом-итальянцем и буду передавать привет нинтендо? — усмехается Уилл. — Вот только одно «но»… я не секу в трубопроводе и гидросистемах, — говорит парень, которого смутило сказанное доктором. — Так что моя кандидатура…
— Отличная кандидатура. И, кстати, это твой шанс к росту, как минимум личностному… как максимум — профессиональному. И в любом случае, сначала тебе надо будет только быть руководителем, не мешать профессионалам, учиться и детально изучать предметную область, — Олденвуд Грей пожимает плечами. — Кстати, дети мои дорогие! Не забывайте, этот эксперимент предназначен, чтобы создать идеального человека!.. При этом никто не мешает вам, за счёт выделенных средств, времени и положения, стремиться к тому, чтобы стать лучше и самостоятельно устремиться к этому самому идеалу. Не стоит столь однобоко рассматривать эту работу. Будьте умнее, будьте хитрее, будьте людьми, умеющими думать! Потому что от нас требуется создать прототип с основным набором желаний и потребностей, без особой заинтересованности к тому, чтобы думать, проявлять инициативу и так далее. Нам нужен идеальный трудящийся во имя общего, никому не известного, но имеющегося блага!
Исида и Уилл задумываются над сказанным доктором Беем. Видно, что сейчас они внезапно увидели всю картинку целиком и ужасаются этому. Они осознают истинные мотивы, ради которых устроено данное мероприятие. Особенно Исида смотрит на эксперимент иначе и чувствовует режущую боль в области между лопаток. Она ругает себя за совершенную недальновидность и полную ослепленность от предложения участия в столь вожделенном процессе.
— То есть… мы стоим у истоков создания рабского общества, в котором нет слова «раб» просто потому, что нет возможности думать об этом и есть лишь программа подчиняться и служить. Так?! — срывается с губ Исиды. Её руки трясутся от разочарования и гнева.
— Не совсем так. Общий смысл приблизительный, но не тот, — говорит доктор Бей. — Наша задача — положить начало обществу будущего без пороков, практически без эмоций и чувств. С репродуктивной способностью и навыком передачи опыта и знаний… а не комплексов и попыток сделать тех, кому хотелось быть самим. То есть шаблонизирование поведения индивидов для светлого будущего. Во всяком случае, попытка создания такого шаблона. И, кстати! Насчёт сиделки! Уилл, ты скоро её увидишь, а Исида сможет познакомиться с ней чуть позже. Смотри… — он переводит свой взгляд на помощницу. — Ты, как только подготовишь оборудование, топай за Неоном… и, если что, начинай без меня. В остальном всем все понятно? — Олденвуд Грей перескакивает с одной темы на другу, переводит фокус внимания с факта на вопрос и бодро отправляется в свой кабинет, не дав ни Уиллу, ни Исиде продолжить демагогию.
«Наконец-то я могу приступить к беглому осмотру предложений! — думает доктор Бей, протиснувшись на своё рабочее место и удобно сев в своё кресло. — Итак… Начну со света, а потом все остальное, — он громко хлопает в ладоши, потом потирает их, затем лицо и берёт папку, что аккуратно возлежит на самом верху. — Что тут у нас?..»
Он открывает бумажное хранилище для переноса данных. Он до сих пор не понимает, как человечество умудрилось сохранить столь допотопный, столь громоздкий и неудобный способ хранения данных. Олденвуд Грей смотрит на данный порядок как на изживший себя устой, от которого, как ему кажется, получали искреннее наслаждение политики. Ему кажется, что это может быть некоторым способом уничтоженных человеческой личности и унижения достоинства, для наиболее простого управления массами. Бюрократию доктор Бей представляет машиной для выматывания людей, для доведения до изнеможения, чтобы появлялись счастливые и согласные на что угодно представители социума с мыслью: «Зато это все закончится! Закончится!»
— Что тут у нас?! — доктор Бей ныряет взглядом в схемы, чертежи и обоснования. Он смотрит на то, как искусно техник, отвечающий за освещение, вывел все на пульт управления, который, по мнению БОГ, можно довести до ума и тем самым обеспечить моделирование практически натурального освещения при разных погодных условиях. Также он подмечает наличие разнообразных осветительных приборов, о некоторых из которых он впервые слышит. Это как лампы, так и разного рода плафоны и отражатели. Помимо прочего, доктор Бей внимательно изучает примерные показания ультрафиолетового излучения. Его устраивает сбалансированность и возможность легкого подгона за счёт плавного переключения одних ламп на другие.
— А он хорош! Он прямо очень хорош! Практически бог Ра нашего эксперимента! — крайне довольно говорит доктор Олденвуд Грей. — Так, где там моя печать?! — он принимается нырять в ящички своего рабочего стола. — Пум-пум-пум…
Он достаёт небольшую деревянную ручку, закрытую стальной крышечкой с одной стороны. Затем извлекает из стола небольшой футляр, надежно хранящий в себе подушечку, пропитанную чернилами.
— Замечательно! Вот этого я тоже не понимаю… ещё один пережиток прошлого, который в нашем обществе напоминает костыль в программном обеспечении, пятое колесо или… — доктор Бей задумывается над тем, что может быть функционально непригодно для использования, но может быть использовано в жизни в рамках чего-то обыденно-нормального и совершенно тупорезного. Он замирает с занесённой рукой и словно отключается на некоторое время из-за крайнего интереса к заданному самому себе вопроса. Исчерпав все попытки подобрать ещё хотя бы один подходящий вариант, он одним резким движением ставит свою печать сначала на первой станице, затем на её обороте и продолжает в таком же духе, повторяя данные действия с каждым отдельным листом. Он улыбается, занимаясь этим крайне «интеллектуальным», занятием, так как в его мыслях идёт постоянное сравнение себя с роботом, предназначенным делать всего одну функцию: «Ровно подниматься и опускаться с удерживаемым предметом».
— Думаю, если бы я показал такую машинку студентам, то не обошёлся бы без череды пошлых шуток, — усмехается доктор Бей, продолжая штамповать подтверждение плана устройства осветительной системы. — Так… теперь кое-что поинтереснее, — комментирует он. — Теперь микроклимат… Здесь у вентиляционщиков должна была взорваться голова. Я и сам плохо представляю, как можно было бы устроить, эм… такое, чтобы менялись погодные условия… — доктор умывает холодными ладонями в символическом жесте освобождения мыслей от лишней информации и подготовленности к восприятию новой. — Так… Как зовут ту девочку, которая имеет некоторые проблемы со зрением?! — произносит он пусть и шепотом, но достаточно звонко, чтобы быть услышанным случайным слушателем, если бы таковой имел место быть. — Кажется… её зовут… Дестини… Да! Точно! Дестини, — он произносит это ещё дважды и теперь точно запоминает, соотносит её лицо с именем; теперь он уверен в том, что никогда не ошибётся и не назовёт каким-то другим именем. — Посмотрим, что она там набросала… — он веером раскладывает перед собой папки так, чтобы видеть бирки с именами, и выбирает ту, на которой значится Дестини. Начинает читать и чем больше погружается в изучение, тем меньше понимает принцип построения и практический смысл тех наработок, которые предложила Дестини, однако не может понять и того, почему некоторые решения ему нравятся и кажутся изящными и изощренными одновременно. — Так… Вот это неплохо… и это ничего так… — он бубнит себе под нос. — Угу… А это, допустим, поможет нам делать… к примеру… разные варианты дождя… а что насчёт снега?! — ему становится интересной такая возможность, хотя доктор Бей прекрасно понимает, что воссоздать погодные явления вряд ли получится. — Эм… итак! Дестини предлагает распыление… скорее, даже расщепление жидкости с использованием специальных пульверизаторных сеток на обычных сепараторах и дальнейшее моментальное охлаждение. То есть нам надо будет создавать некоторую зону холодной температуры… так же нам понадобятся пылевые частицы… с этим проблем быть не должно… таким образом мы даже сможем получить снежинки и снег… и это учитывая наше подземное расположение, но меня напрягает высокое количество влаги. А учитывая ещё и лампы, выполняющие частичную роль в отоплении. И это ещё с учетом засорения углекислым газом! — доктор БОГ старается логически связать все факты, полученные из предложения Дестини. — Итого… система погодных условий имеет место быть, если её просчитать и допилить, но без вентиляционной системы все, что она написала, не имеет ни грамма веса. А это уже обидно. Причём, очень и очень обидно… — он тяжело выдыхает и откладывает папку Дестини в сторону, после чего берёт следующую из оставшихся папок. Изучает долго, с интересом и любопытством, но в итоге просто откладывает в сторону.