Инкубаториум Киборгвилля

В словах этого мужчины было что-то такое, что несмотря ни на что, заставляло доверять ему, а еще, помимо этого, питало мое безудержное детское любопытство.

— И Вандая поможет нам в нашем небольшом путешествии по тем местам, которые покажут тебе, что Инкубаториум Киборгвилля не столь сильно отличается от реального мира… Что единственная разница между этими двумя местами заключается в том, что один просто есть, а второй есть только для тебя, чтобы ты стал человеком новой прекрасной эпохи! — сказал старик, чем смутил и меня, и тетушку. Хотя сказанное позабавило нас.

— Мистер Бей, — сказала Вандая. — Давайте вы несколько сбавите уровень вашего пафоса! Самую малость, хотя бы до уровня под названием «я просто хочу рассказать тебе правду», — она язвительно фыркнула. — Иначе происходящее начинает напоминать мне старый фильм или сериал, где подобные жесты и речи были нормальным явлением для главных героев, которые стремились сделать этот мир другим.

Она фыркнула еще раз, и я подумал: «Нет… все же она не может быть искусственной… не может быть симуляцией… она настоящая! На все сто процентов настоящая! А если она и управляется искусственным интеллектом, то это не делает её ненастоящей… как же все внезапно стало сложно! В один миг! За один вопрос!»

— В любом случае, пойдемте! — сказал старик. — Чем быстрее мы выдвинемся отсюда, тем раньше окажемся там, где мы сегодня должны быть, — сказал он. — Тут, вроде бы, не очень далеко, но придется потратить некоторое время на дорогу, — старик горько улыбнулся. — Вы все увидите своими глазами… все увидите… — он посмотрел на Вандаю так, словно между ними была сокрыта тайна.

Мы подошли к старому автомобилю цвета мокрого асфальта, покрытому тонким слоем пыли, что говорило о его редком использовании. Доктор Бей достал из кармана ключи, нажал на кнопку на брелоке, и автомобиль ответил ему легким писком так, словно поздоровался в ответ. С лёгким щелчком открылись двери, приглашая занять места. Мы расселись. Меня посадили в специальное кресло, предназначенное для детей. Оно было гораздо меньше обычных, но не сказать, что удобнее. Вандая заняла пассажирское место передо мной. Старик же сел за рулевое колесо. Спустя несколько секунд мы с легким плавным, словно движение Вселенной, рывком тронулись и проследовали к шлагбауму. Там сидели охранники, вооруженные двумя типами оружия, а в частности, классическим огнестрелом, способным растащить внутренности любого по площадке, и ЭМП-10, для предотвращения выхода силиконовых за пределы Инкубаториума. Касаемо последнего: андроидам разрешено было выходить на поверхность для приема припасов и оборудования, поставляемого в подземную лабораторию-город, и единственная, кому более-менее свободно разрешалось передвигаться, была Вандая, чьи данные находились на пропускном пункте.

— Мистер Бей? — спросил один из двоих охранников. — Куда? — каждый день в обязательном порядке составлялся отчёт о всех перемещениях через границу и направлялся в фонд военного взаимодействия, напрямую к квадратному человеку, который самолично знакомился с документами.

— На прогулку протяженностью в неделю… может быть, чуть дольше, — честно ответил экспериментатор, который не видел смысла придумывать всякие глупости. — Выезд не санкционирован, так как не был запланирован. На все вопросы начальства я готов ответить по связному устройству, — сказал он под протоколирование на записывающее устройство. — На этом все. Никакой конкретики предоставлять не буду из-за секретности производимых действий. Только при личной связи с руководителем фонда, — он говорил спокойно, степенно, с уважением. — На этом все. Прошу пропустить нас, — он указал медленно, с достоинством рукой на перегородку, мешающую покинуть черту спрятанного под землей экспериментально направленного города-лаборатории.

Охранники переглянулись. На самом деле, они не знали, как поступить правильно. С одной стороны, мужчины понимали, что Олденвуд Грей — тот человек, которого они не имели права задерживать для выяснения обстоятельств, так как он являлся их непосредственным руководителем, но помимо этого без разрешения на долгое отсутствие в Инкубаториуме, они не имели права на выпуск кого бы то ни было, так как отчитывались своему вышестоящему начальству, которому подчинялся и экспериментатор. Плюс, в его компании были андроид и подопытный образец, что вызывало подозрения и большое количество вопросов. Ситуация застопорилась по причине большого количества «но», которые требовалось разрешить сразу, на месте.

— Мистер Бей, — сказал тот из охранников, на чьих погонах было больше лычек, в соответствии с которыми и звание было более весомым, чем у второго. — Вы же понимаете, что просто так мы не можем вас выпустить… Вы не то чтобы нарушаете, но в ваших действиях слишком много условий, которые вы не соблюли, чтобы мы могли поднять шлагбаум, — сказал он. — Давайте хотя бы свяжемся с руководством для получения разрешения. Это не потому, что мы хотим задерживать вас, нет… Просто не хочется впоследствии столкнуться с большим количеством вопросов и претензий в наш адрес. Мы таким образом можем лишиться и работы, и званий, и попасть под трибунал. Так что я вынужден настоять на получении вами устного разрешения от начальника фонда военного взаимодействия, после чего мы сможем выполнить любое ваше требование. Мне очень жаль, — с уважением сказал мужчина и жестом попросил старика покинуть транспортное средство и связаться с человеком, который всецело нес ответственность за охрану и сохранность засекреченного объекта.

— Не хотелось бы мне этого делать, — сказал старик, и я подумал о том, что у него есть какой-то припрятанный трюк на этот случай, — но, по всей видимости, мне придётся сделать это… — я застыл в немом любопытстве, потому что мне действительно хотелось узнать о том, что именно задумал старик, которого столько лет я называл «дедушка». — И позвонить главе фонда военного взаимодействия для небольшого доклада, в котором, в принципе, нет никакого логического смысла. Во всяком случае, на данном этапе, в данный момент нет.

Я был разочарован, наблюдая за тем, как он достал связное устройство и приступил к поиску контакта квадрантного мужчины с очень скверным характером и отдельно тёплыми чувствами к тёте Дестини, что время от времени приходил с какими-нибудь длинными и, по всей видимости, не приятными разговорами к мистеру Бею.

Старик достал небольшое устройство, и спустя несколько секунд начался их разговор с тем самым мужчиной. Олденвуд Грей был спокоен и вкрадчив. Он объяснил ситуацию таким образом и с такой стороны, что даже мы с Вандаей, прекрасно понимающие происходящее, ничего не поняли, куда уж тому мужчине, что докапывался до незначительных мелочей и пропускал при этом целые массивы полезной информации в попытке подковырнуть и поддеть экспериментатора. Я и андроид переглянулись. В этом беззвучном жесте оба хихикнули, прекрасно поняв цель старика, которая заключалась в полном запутывание главы фонда военного взаимодействия.

— Ладно, Бей, что ты хочешь от меня? — спросил он. — Ты сейчас сказал так много всего и ничего конкретного, что я просто начал теряться в догадках! Так что, чтобы не продолжать этот вынос моего мозга, старый маразматик, скажи ты мне, для чего ты меня вызвал? — квадратный мужчина был изрядно раздражен и удивлен такому вызову. — А с учетом того факта, что ты крайне редко связываешься со мной, меня крайне озадачивает… кхм… вся сложившаяся ситуация, — сказал тот, слегка запнувшись. — Так что давай, в двух словах… что тебе надо?! — повторил он свой вопрос и замолчал в ожидании пояснений.

В ответ доктор Бей Олденвуд Грей практически издевательски повторил все то же самое, только задом наперед, прекрасно сохранив общую идею и каким-то образом умудрившись фактически сказать все то же самое, что и в первый раз… будто бы его речь была каким-то палиндромом!