Страница 106 из 329
— Всем добрый и не очень день! — неоднозначно высказался доктор Бей, привлекая к себе внимание. — Дестини, на пару слов… — он махнул ей рукой, подзывая к себе. — Обсудить кое-что хочу… в том случае, если вопрос актуален, конечно.
После этого Олденвуд Грей вышел из кабинета, оставив после себя большое количество вопросов в головах у Нэда и Билла. Дестини же, очень легко вздернув носик к потолку, быстро подобралась и вышла следом за экспериментатором. Там она посмотрела на него строгим взглядом, после чего гаденько улыбнулась. Внутри у доктора Бея что-то свернулось.
— Да! Я внимательно вас слушаю! — сказала Дестини. — Какая такая срочность привела вас ко мне? — она знала о том, что доктор Бей не очень любит общаться с ней, особенно один на один. Она уже даже успела привыкнуть к такому отношению, потому что иногда понимала, что перегибает, но ничего не могла поделать с собой. Это было частью натуры, которая требовала фокусироваться на чем-нибудь и обтёсывать это что-нибудь до состояния абсолюта.
— Не так давно ты хотела вернуться к вопросу о… материалах, из которых произведены трубы и прочие соединяющие конструкции. Скажи пожалуйста, кто составлял заказ? — спросил доктор Бей, который до этого момента старался отстраниться от этого разговора. — До этого момента я был крайне занят. Сейчас у меня появилось немного времени, чтобы обсудить это…
— Составляли… мы составляли, — сказала она, — но тут дело заключается в том, что когда все было поставлено, мне не понравилось, что не все детали соответствуют своему описанию, — она посмотрела на доктора Бея. — Есть те, которые прямо как один в один на фотографии, а есть такие, которые вызывают большое количество вопросов, — она уткнула свои небольшие кулачки в бока и выставила одну ножку вперёд. — Поэтому я все время хотела поговорить с вами на тему возврата закупленного и чтобы вы потребовали возмещения…
— То есть… тебя не устраивает что?.. — спросил экспериментатор, перебив свою подчинённую. — Внешний вид или то, как оно будет выполнять свои функции на станции? — Олденвуд Грей, взбодренный кратким сном и последующим хорошим чаем, впервые за несколько лет решил разобраться с тем, что именно хотела донести до него Дестини. — Будь добра, скажи, медленно и четко!
— Ну, в общем, на использование влияет следующим образом: скорее всего… вероятность такого события очень велика… скорее всего, снизится продолжительность использования… повторяю: вероятность этого очень велика… но, я возмущена другим… по другому поводу! Мое мнение следующее: когда мы что-то заказываем, оно должно полностью соответствовать заявленному качеству! Плюс, если есть огрехи в уже произведенных товарах, то это говорит об изначально низкокачественном или второсортном… или о сырье второго, третьего или даже четвертого использования! Лично меня такое не устраивает! Вот вообще никак не устраивает, — сказала она и тут доктор Бей рассмеялся, чем вызвал волну негодования у своей сотрудницы. — Почему вы смеетесь?
— Вот, я тебе честно скажу сейчас… смотри! — сказал экспериментатор. — Я сам проверяю каждый заказ, — он улыбнулся. — Самостоятельно выхожу на каждую приемку, чтобы посмотреть что там и как. То есть, вообще все выкладывается, в том числе и битые товары или не в кондиции, я на это смотрю и отправляю уже к вам, — он хмыкнул. — Да, согласен, качество сырья могло бы быть и получше, и ты однозначно молодец, что уделяешь столько внимания этому, но вот скажи честно, как это влияет на функциональную составляющую, а?
— Я же уже сказала о том, что продолжительность службы снижается… то есть работоспособность и работопригодность падают! Не знаю… процентов, ну, на двадцать, в самом худшем случае, — ответила она быстро, но тут же встретила ответ от своего работодателя: «Это в самом максимальном случае! А что такое двадцать процентов от двухсот лет? Сорок лет? Так получается? То есть, все вот это без проблем должно прослужить сто шестьдесят лет! Но такого просто не произойдет, и каждые несколько лет придется делать мелкий ремонт в тех или иных узлах. Соответственно и безусловно, надо строить так, чтобы на века! Чтобы монументально и нетленно, но с возможностью быстро подлезть и заменить. Так было, так есть и так будет всегда! Это жизнь… а жизнь — это вечная стройка».
— Но… но… мистер Бей! Вы слишком беспечны! — промямлила Дестини. — Как так можно-то?! — спросила она, после чего поймала на себе взгляд экспериментатора. — Почему вы на меня так смотрите? — она не понимала ни выражения лица нанимателя, ни его эмоциональный настрой, который действительно был нечитаемым в данный момент. Сам же Олденвуд Грей обезличенно смотрел на ту, кого всегда считал необходимой занозой в филейной части своего организма, потому как время от времени… далеко не всегда… можно сказать, что в редких случаях она выдавала такие замечания, которые в свою очередь помогали выровнять ситуацию в Инкубаториуме или заблаговременно предотвращали некоторые поломки.
— Почему «так» смотрю на тебя? — хмыкнул экспериментатор. — Потому что ты очень умная девушка, у которой слишком, иногда даже чересчур, дотошный подход к некоторым вопросам. С одной стороны, это хорошо! С другой стороны… ну, такое себе, на самом деле… Что же касается устройства нашей станции… как думаешь, почему я всегда самостоятельно утверждаю все ваши схемы, чертежи и идеи касающиеся прокладки тех или иных воздухопроводных магистралей? — он посмотрел на Дестини, которая тут же пожала плечами и тем самым ответила что-то вроде: «Да черт пойми, что там, в вашей голове, происходит! Может быть, занимаетесь этим чисто из вредности или по какой-нибудь еще причине». — А я тебе скажу, девочка, о том, почему я всегда контролирую вообще все процессы… в том или ином объеме — это понятное дело… но я всегда все держу под своим личным контролем! — экспериментатор улыбнулся. — Все потому, что я специально вношу коррективы… и для тебя это не секрет… или прошу о том, чтобы вы самостоятельно внесли некоторые коррективы… ты помнишь то, о чем я в такие моменты прошу?
— О том… чтобы можно было самостоятельно подлезть… — выдавила она из себя, поняв, что все это время упускала очень важный момент.
До этого ей казалось, что усложнение, или в некоторых местах упрощение чертежей, предназначается для других целей. До этого она особо и не задумывалась о предназначении таких корректив, а тут все встало на свои места… До этого она упорно не слушала и не слышала то, о чем ей говорили напрямую.
— Во-о-от! Вот теперь все правильно сказала! — Олденвуд Грей улыбнулся. — А вот теперь скажи… ты общалась на эту тему с Биллом и Недом? — спросил он у своей сотрудницы. Та закатила глаза и стало понятно, что она пытается вспомнить факт подобного разговора. Спустя несколько секунд, словно вернувшись из глубин своей памяти, она сказала: «Я пыталась начать говорить об этом, но меня всегда перебивали или занимали мои мысли какими-нибудь более насущными вопросами или проблемами», — она посмотрела на работодателями такими глазами, словно в один миг прозрела.
— Так! А почему они не сказали мне об этом раньше?! — она была удивлена и возмущена одновременно. — Почему они все время делали так, чтобы я просто отвлекалась от этого вопроса на другие темы, вместо того, чтобы один раз мне все доступно, досконально объяснить?! — она развернулась, чтобы вернуться в их рабочую мастерскую, являющуюся центром управления и кабинетом одновременно, но доктор Бей не дал ей этого сделать. Вместо того, чтобы просто так отпустить сотрудницу на выяснение отношений с коллегами, он положил ладонь ей на плечо и развернул лицом к себе.
— Да ладно тебе, — он улыбался. — Все дело в том, что ты действительно уникальный изобретатель и инженер, — экспериментатор был доволен проведенной разъяснительной беседой. — Думаю, они просто ждали того момента, когда ты сама все поймёшь, или просто не понимали твоего стремления довести все до абсолюта. В принципе, до нынешнего нашего разговора я сам этого не совсем понимал, а теперь все встало на свои места и теперь я прекрасно понимаю, что ты пыталась выпить мой мозг через соломинку не из чистой любви к мозгам, а в силу того, что просто не понимала данного замысла, — он развел руками. — Что ж, бывает. Возможно, в этом есть доля моей вины, потому что я изначально нормально все не объяснил — экспериментатор еще раз пожал плечами, после чего посмотрел Дестини в глаза. — Я надеюсь, на этом тема нашего разговора, связанная с материалами труб, подошла к концу, — он улыбнулся. — А теперь у меня есть к тебе еще один разговор, — тут Бей Олденвуд Грей несколько напрягся. — Он пойдет о том андроиде, который пострадал во время прокладки воздуховода из-за вышедшего из строя дрона-прокладчика… Я надеюсь, ты поймёшь и примешь все то, что я сейчас скажу, и передашь своим коллегам, потому что на дальнейшее размусоливание у меня сейчас нет времени, — он внимательно посмотрел на собеседницу.