Страница 6 из 101
Часть 3: Френтос. Глава 2: Веселый городок.
Вакханалия. Пожалуй, это было самое точное слово, о котором вдруг подумал Френтос, и которое лучше всего описывало окружающее его и Ультру действо у бывших стен Дафара. Звон бубнов и балалаек, флейт и даже гармошек – какофония самой разной музыки, звучащей совсем едино и симфонично, из разных мест, даже разных частей города, сливаясь в одну единую мелодию, саму настолько веселую и энергичную, что даже ее исполнители, тут и там следующие за остальной толпой, двигались только вприпрыжку и подтанцовывая, разбрасывая ногами окружающий песок в разные стороны. Френтос и Ультра еще даже не дошли до самого города, но Френтос уже всем телом чувствовал заводную энергию той музыки, тем более воочию наблюдая теперь, как она наливала энергией тела местных жителей, без продыху старающихся над сносом не только городских стен, но и некоторых домов собственного города. Читателю может показаться логичной перестройка города из такового с относительно небольшими стенами и большими домами в нечто более укрепленное, с мощными стенами, но почти без домов. Приближалась война, и весь мир уже знал об этом, то и дело, сплачивая целые народы, всячески стараясь как следует к ней подготовиться. Даже по пути от Ренбира к Дафару Френтос видел немало поселков в Ренбирских полях, жители которых точно следовали этой схемы. То же, что происходило в Дафара как у ворот, так и вообще на каждом метре песчаных улочек, на перестройку похоже пока не было, и о том только ярче говорили беспорядочные движения жителей, их веселые лица, и тем более музыка. К стилю их разбора города кувалдами тоже было немало вопросов, ведь из тех осколков, на которые они разбирали все свое окружение, вряд ли потом можно будет собрать для города новые укрепления. Так они сгодятся только на папье-маше без толики прочности.
Танцуя под музыку своих также танцующих с музыкальными инструментами сожителей, местные мужики и даже явно городские девушки, наплевав и на безопасность, и на чистоту, кружили с оружием друг вокруг друга, совсем не боясь ранений и травм, с разбегу то и дело отправляя старый белый камень бывших городских стен высоко в воздух, и без того везде сухой и горячий, как головы самих жителей. Даже если те камни падали на кого-то другого из веселой толпы, они не переставали смеяться, между собой так и продолжая обсуждать самые разные, но постоянно веселые, темы. Ультра даже не смотрел в сторону этих людей, пока Френтос остановился у самого бывшего входа в город, где когда-то был серьезный пропускной пункт, с широко раскрытыми глазами, даже сам уже кивая головой в ритм исполняемой жителями мелодии. Он поймал общий настрой, и с большим удовольствием глазел на рисующуюся рядом, буквально в пяти метрах от него, картину танца со строительным инструментом молодых Дафарских, как принято загорелых и красивых, девиц. Жительницы этих краев от природы имели разбойничьи черты как внешности, так и характера, и их умению обращаться с оружием могли позавидовать даже старые вояки, всегда шедшие на врага в войнах в авангарде своей армии. Но, в отличии от тех же вояк, местные девицы были одеты очень открыто, уже мокрые от пота и налипшего чаще на плечах и спине песка блестя на солнце, своим видом очаровывая падкого на подобное Френтоса, тем более презентуя свою красоту окружающим весельчакам грациозным танцем. Только одно тогда сбило Френтоса с мысли о их танцах, и, вместе с тем, едва не сбило его и Ультру с ног. С криками мужиков «Посторонись!», в их сторону пролетела груженая мусором из кирпича, камня, и строительного шлакоблока новая приятная на вид качественная телега, немного подскакивая на неподатливом песке, несущаяся прямо к остаткам городских стен ниже по склону дорогу, с горки набирая все большую скорость. Френтосу, стоящему ближе к дороге, тотчас пришлось последовать совету мужиков и «посторониться». Слишком уж резво деревянные колеса телеги разрезали под собой песок и его основу на метр ниже, уже наверняка твердую как камень.
-Ву-хуууу! – кричали бежавшие куда-то вперед мужики, как раз сами едва не попавшие под колеса телеги, отскочив в последний момент в песок, и с ним же за шиворотом оттуда выскочив, весело подняв руки.
Телега со всего размаху ударилась о еще оставшиеся стоять, теперь разлетевшиеся на части, стены чуть правее дороги, и вместе с тем сама развалилась под собственным нелегким грузом, подняв тем немалую пылевую завесу. Едва успевшие разбежаться кто куда горожане, все и без того грязные и насквозь потные, получили свою дозу пыли от разлетевшегося по округе совсем старого кирпича с повозки, сами теперь от того перекрасившись в кирпично-оранжевый цвет, но все равно не прекращали смеяться один громче другого, затем еще со смехом возвращаясь к своим сумасшедшим делам. Кому-то из горожан, уже старому и малоподвижному старику, отлетевшая от повозки доска с немалой силой прилетела в затылок, но никто, включая его самого, этого не испугался. В самом деле – нечего прерывать веселье из-за таких пустяков, пускай и старик уже только изображал энергичность, и то ли от усталости, то ли от визита доски к своим старым костям, в остальном веселье уже почти не участвовал.
-О, братишка! Неужели это ты? – вдруг подскочил к Френтосу только что поддававший скорости телеге, толкав ее руками на бегу, неизвестный тому горожанин с веселым и грязным, как и у остальных, лицом.
-Кто я? Мы знакомы? – не понял Френтос, все равно уже так же улыбаясь.
-Я Кельни. – постучал себе по груди веселый мужик.
-А я Френтос.
-Ну вот, теперь-то мы точно знакомы! – засмеялся Кельни.
Компания «толкателей телеги» из минимум пяти человек перекрывала улицу на пути Френтоса и Ультры, и как раз все они к ним и подошли знакомиться. По виду было очевидно, что в местных развлечениях участвовали они все, и все они совершенно точно были трезвы. Некоторые весельчаки из той компании, когда их друзья подошли к новым посетителям города с явным приглашением присоединиться, только теперь оторвались от разрушения собственных домов один кочергой, а второй, наверняка в прошлом стражник, наконечником алебарды. Дома их были совсем небольшими, все двухэтажными, от света заходящего золотого солнца переливаясь осколками разбитого в их окнах стекла, и без того блестевшие от переносимого на них каждый день ветром песка. В стене одного из домов, между кирпичами, торчала часть древка алебарды, явно связывающая тот дом с тем самым стражником, который уже сам во весь дух бежал к товарищам около Френтоса и Ультры, и именно у которого от самой алебарды остался один лишь черенок с наконечником. Вы же знали, что алебарды с самого начала создавали как строительный инструмент? Так вот – это неправда.
-Вы тут все мозгами двинулись? – явно не пытаясь никого оскорбить, совершенно дружественно и весело, спросил мужиков Френтос.
-Ага, совсем башку отшибло! – смеялся один из мужиков, явно самый крупный, плечистый, на вид в самом деле глуповатый.
-Соревнуетесь в игре «кто больше разнесет?»
-Не только в этом! – махнул рукой Кельни. - Есть еще старая-добрая игра «Догони меня, кирпич»!
-А! Ну, я в этом тот еще мастер! – сверкнул на лице самоуверенной улыбкой, указав на себя большим пальцем, мастер по разрушительным забавам, «Я случайно, Таргот!» по имени Френтос.
-Я так и знал! Вот, прямо, по лицу увидел, еще когда телегу толкал!
-Присоединяйся! Будет весело! – хлопал в ладоши металлическими перчатками, похожими на варежки, стражник.
Френтос, уже и вправду всей душой желавший присоединиться к забавам окружающих разрушителей плохого настроения, лишь на секунду посмотрел на своего спутника, что не только не оторвал его от разговора с не касающимися их дел людьми, но еще и теперь ничего ему не говорил. Такое отношение к свободному времени Френтоса, которого у него было и без того мало, уже окончательно его разозлило, и действовать так, как хотел Ультра, он больше не собирался. Тем более, что тот и сам ничего ему толком не объяснял.