Страница 9 из 15
Тея вышла из гостиной в коридор. Баттер лаял и прыгал рядом с ней в счастливом неведении того факта, что на крыльце стоит тикающая бомба.
Гевин посмотрел на Мака, провел пальцем по горлу и одними губами сказал: «Ты мертвец».
Пару минут спустя Мак услышал до боли знакомый ему теперь голос.
– Ну что за дебил? Не терпелось поделиться хорошими новостями?
Лив выскочила из коридора и почти сразу же наткнулась на Мака. Она все утро корпела над своим резюме и пыталась придумать, как рассказать Тее о том, что произошло. Вдруг зазвонил телефон, и сестра закричала в трубку: «Тебя уволили?!»
Мак вскинул руки вверх.
– А почему ты сама им не сказала?
Лив ткнула пальцем ему в грудь.
– Потому что моя сестра по любому поводу психует, и я пыталась придумать, как все преподнести. А из-за тебя…
Тея вошла в гостиную.
– Эй, ничего я не психую…
Гевин и Лив обменялись знающими взглядами.
– К тому же как мне не психовать, если о том, что тебя уволили, приходится узнавать от Мака?
Лив обернулась.
– Я собиралась тебе все рассказать.
Тея скрестила руки на груди.
– Когда же?
Лив скопировала позу сестры.
– После того, как доделаю свои обязанности.
За ее спиной Мак прошептал Гевину:
– Что за обязанности?
– Она живет на ферме, – прошептал в ответ Гевин.
– Не могу поверить, что ты сразу мне не сказала, вчера же вечером, – упрекнула Тея. – Почему ты мне не позвонила?
– Потому что вчера я все еще была в шоке.
– Так ты просто поехала домой? – вопросила Тея с таким видом, словно Лив сказала ей, что гуляла голой по Бродвею.
– Именно. Поехала домой, изучила свой банковский счет и покидала дротики в фотографию Ройса. Что еще люди делают, когда их увольняют?
Мак сделал шаг вперед.
– Ты пропускаешь ту часть, где ты отказалась от предложенной тебе работы.
Лив резко обернулась.
– Да чтоб тебя, сколько можно лезть не в свое дело?
– О чем это он? – завопила Тея. – Может кто-нибудь, пожалуйста, объяснить мне, что, черт возьми, случилось вчера вечером?
Ее крик заставил умолкнуть весь дом. Даже Баттер, тявкнув, рухнул на пол. Лив шумно вздохнула, еще раз глянула на Мака и понизила голос.
– Могу я поговорить с тобой наедине, пожалуйста? – спросила она Тею.
– Мы будем на улице, – сказал Гевин.
Звук их торопливых шагов в сторону задней двери производил комичный эффект.
Лив прошла за Теей на кухню и села на один из высоких стульев, стоящих вдоль гранитного острова. Она молча смотрела, как сестра открыла холодильник и достала продукты, судя по всему, для омлета.
– Что ты делаешь? – спросила Лив, следуя за сестрой к плите, поскольку яйца, молоко и сыр угрожали вывалиться у той из рук.
– Готовлю тебе что-нибудь поесть.
– Я не голодна.
– Ну, мне нужно чем-то заняться, чтобы не кричать.
– Тогда, может, лучше приготовишь мне блинчики?
Тея сгрузила ингредиенты на стол и посмотрела на сестру через плечо. Печь блины она явно не собиралась.
Тея вытащила из буфета сковородку, поставила ее на плиту и включила конфорку. Она с чувством разбила яйцо о край стола и вылила его в сковородку.
– Поверить не могу, что ты не сказала мне об этом вчера вечером, – проворчала она, вымещая зло на следующем яйце.
– Не хотела тебя волновать.
– Волноваться о тебе – моя обязанность.
Ну, началось. Лив сдержала усталый вздох. Тея была только на год старше Лив, но казалось, что на все двадцать. Их родители развелись, когда Лив было девять, и им пришлось какое-то время жить у бабушки. Тея взяла на себя роль старшей сестры и матери, и даже сейчас ей было трудно отказаться от этой роли. Но Лив не собиралась жаловаться. Если бы не поддержка Теи, она, наверное, по-прежнему была неудачницей без целей, без будущего и без кулинарного образования. Поэтому – нет, она не собиралась жаловаться на чрезмерную опеку Теи.
Тея яростно мешала яйца в сковороде.
– Я надеюсь, теперь-то хоть ты возьмешь у меня денег?
Лив хмыкнула.
– Не-а.
– Какая же ты упрямая.
– А ты слишком сильно налегаешь на эти несчастные яйца, – невозмутимо ответила Лив. – Ключ к хорошему скремблу – слабый огонь и нежное перемешивание.
Тея глянула на нее через плечо.
– Не читай мне сейчас кулинарных лекций.
– А ты не читай мне лекций о деньгах.
– У тебя нет денег.
– Неправда. Мне хватит на пару месяцев.
Тея выключила плиту и одним махом вывалила скрембл на тарелку. Поставив тарелку перед Лив, налила ей стакан апельсинового сока.
– Можно мне вилку?
Тея чуть ли не метнула в нее вилкой.
Лив пригнулась.
– За что ты на меня злишься?
– Я на тебя не злюсь. Просто беспокоюсь. А когда я беспокоюсь, я нервная и злая.
Лив подцепила вилкой скрембл.
– Это точно.
Тея подсела рядом.
– Ну, и что ты собираешься делать?
– А что еще? Искать другую работу.
И что-то предпринять с Ройсом.
– Может, Алексис нужен помощник?
Подруга Лив Алексис владела собственным кафе.
– Тея, я в порядке. Не беспокойся. Я во всем разберусь, хорошо?
– Я слышала это раньше.
Ее слова были как нож в старую рану.
– Тея, я уже не та никчемная дура, какой была раньше. Отдай мне должное.
– Я никогда не называла тебя никчемной дурой.
Голос Теи звучал искренне, и Лив устыдилась.
Это правда. Тея никогда не говорила ей таких слов. Лив сама так часто себя называла, и это стало самоисполняющимся пророчеством. Но ей казалось, что те дни уже миновали. А теперь она… безработная, отягощенная секретом, с которым она понятия не имела, как справиться.
– Пожалуйста, дай мне помочь, – сказала Тея. – Я могла бы выплатить твои банковские займы или…
– Нет.
– У нас с Гевином полно денег, а ты – наша семья.
– Хватит, Тея. Я не возьму у тебя денег.
Тея всплеснула руками.
– Но почему? Что плохого в том, чтобы принять мою помощь?
– Потому что я делала это всю жизнь! – выпалила Лив.
И сразу пожалела об этом. Лицо Теи приняло то самое выражение – наполовину взгляд матери, наполовину лучшего друга, – которое всегда было определяющим в их отношениях.
– Слушай, я найду новую работу, – быстро сказала Лив, пока Тея не начала одну из своих сестринских лекций. – Не знаю, когда и где. – И не попытается ли Ройс меня уничтожить. – Но найду.
Тея закусила губу.
– А как насчет работы у Мака?
Лив фыркнула.
– Нет.
– Почему сразу «нет»?
Лив съела еще немного и запила апельсиновым соком.
– Я работала в баре три года, пока училась. Не хочу делать это снова.
– Но это временно, пока не найдешь новую работу шеф-кондитером.
– Нет.
Тея открыла рот, словно собираясь спорить дальше, но, видимо, передумала. И обратила свой гнев на Ройса.
– Нет, что за гад! После всего, с чем ты мирилась, сколько дополнительных часов отработала, столько праздников пропустила, сколько оскорблений выслушала… И вот так, из-за одной ошибки?
Не совсем. Лив не хотела объяснять это Тее. Она знала одно: сестра не узнает всю историю о том, как и почему ее уволили. Сказать правду означает вовлечь и ее, а Лив не желала втягивать сестру в этот бардак. На протяжении всей их жизни Лив много раз становилась причиной проблем для Теи. Только последние два года она перестала быть обузой для сестры. И Лив не хотела сейчас возвращаться к прошлому.
По счастью, в этот момент скользнули стеклянные двери в гостиной, и это положило конец разговору. Ава и Амелия вбежали в кухню; их косички качались в унисон.
– Тетя Ливви! – закричала Ава, бросаясь к ногам Лив.
Лив присела и крепко обняла племянниц. Они пахли улицей и клубничным шампунем.
– Будешь с нами играть? – спросила Амелия.