Страница 4 из 18
Пожав плечами, я решила, что сойдет. Наспех причесалась гребешком, который нашла на той же тумбочке. Старалась не думать, что его Дакота тоже у кого-то позаимствовала. Не стала делать никакую прическу и оставила розовые локоны распущенными.
Пока торопилась в общую ванную комнату, чтобы умыться, в голову пришла странная, совершенно неуместная мысль: краска для волос хоть и дешевая, но держится отлично. Не то что я.
– Я уже думал, ты замуровалась в своей комнате, – вместо приветствия протянул Нокс, поймав меня на выходе из общежития Химер.
Чародей появился из-за угла здания так неожиданно, что я не смогла скрыть изумления во взгляде, которое быстро сменилось целым ворохом чувств. Как мне относиться к Ноксу теперь, после всего случившегося?
Ненавидеть его было просто. Раз за разом повторять, что маг возится со мной не ради меня, а ради меча, который ношу в своей душе. Вспоминать, как Нокс столкнул меня с крыши, а потом поцеловал, чтобы вывести на эмоции. Злиться и плеваться ядом, видя в нем все плохое, – легче простого.
Но после сегодняшней ночи темные краски разбавились светлыми штрихами, а густая черная тень приобрела более реальные очертания человека.
Найдя меня в лесу, Нокс не отвез прямиком к Хагену, хотя наверняка знал, что получит за это хорошее вознаграждение. Он не оттолкнул меня, когда я попросила его остаться со мной. А то, как он пытался согреть мои босые ступни своими грубыми, но горячими ладонями…
– Ты в порядке? – В шелест его голоса закралась тревога.
Нокс осторожно коснулся моего плеча, и только тогда я пришла в себя, вдруг осознав, что все это время глупо пялилась в серебристые глаза парня, думая о чем-то своем.
– Не выспалась, – сухо отмахнулась я и спешно отвернулась, засмущавшись самой себя.
– Так и знал, что не стоило вас с Дакотой оставлять наедине, – криво ухмыльнулся Нокс, а я вспыхнула.
Весы снова качнулись в сторону ненависти, утратив едва выстроенное равновесие. Я даже испытала некоторый стыд за то, что позволила себе думать, будто Нокс может быть нормальным. Не хорошим, а хотя бы нормальным!
– Тупая шутка. – Брови стянулись к переносице. Я резко развернулась на пятках и размашистым твердым шагом двинулась куда глаза глядят.
Перед взором всего на пару секунд выросли знакомые недостроенные здания, кирпичные стены которых покрыты граффити, и цветные жилые фургоны. А затем все краски резко смешались, картинка сменилась. Это Нокс поймал меня за шиворот и дернул, поворачивая лицом к себе.
– Нам в другую сторону. – Он наклонился так, чтобы наши лица были на одном уровне.
Неожиданная близость парня прогнала по телу волну жара. А когда мой взгляд опустился к нижней части лица мага, кровь прилила к вспыхнувшим щекам. Нижняя губа Нокса, чуть пухлее верхней, была сильно покусана, из-за чего нежная раненая кожа имела бледно-красный оттенок. А ведь это след моих зубов…
– Хватит, – слишком резко выдохнула я.
Зажмурилась, чтобы не видеть чертовы губы и не вспоминать, как целовала Нокса, пока где-то умирали мои родители. Сделала пару шагов назад, чтобы не ощущать терпкий запах корицы и машинного масла, в который куталась, как в мягкий плед, пытаясь уснуть. Запах, который вдыхала, думая о Ноксе, хотя должна была волноваться о родных. Должна была быть рядом с ними и Хагеном.
Должна была. Но думала только о себе.
Все-таки Нокс был прав, когда отстранился первым. Нам вообще не стоило сближаться, даже зная, что эта мимолетная игра в чувства ни к чему не приведет. Я пыталась забыться, ощутить себя живой в объятиях парня, которого хотя бы на одну ночь выбрала сама. Я хотела сделать последний глоток свободы, но она оказалась ядом, который жадно глотала, пока из-за меня умирали люди.
Я ничтожество. Ненавижу себя.
– Прости. – Нокс и шагу не сделал мне навстречу и буркнул извинения так быстро, неохотно и тихо, что я успела решить, будто мне показалось. Но парень вдруг продолжил: – Не нужно было так шутить. У тебя ведь родители…
Он запнулся, недоговорив. Несказанное слово повисло в воздухе. Было бы лучше, если бы Нокс не умалчивал правду, которая и так нам обоим известна. Понимаю, он не хотел меня ранить, напоминая о больном. Но так он невольно сделал еще больший акцент на фразе, конец которой оба знаем.
– Умерли. Они умерли, Нокс, – надтреснутым голосом произнесла я то, на что ему не хватило духа. – Как еще сотни людей, которых военные считали пропавшими. Которые стали монстрами. Из-за меня.
Я кожей ощутила на себе чужие взгляды, но оглянуться не решилась. И так слышала, что по полупустынным улицам лагеря уже ходят проснувшиеся Химеры, группками направляясь к зданию столовой. Где-то сбоку скрипнуло окно, и мое воображение лихо дорисовало новых зрителей.
А чего я ожидала? То, что я сэйки, больше ни для кого не секрет. Химеры и вовсе узнали об этом одними из первых, когда сама призналась им в том, на какие фокусы с мечом способна. А теперь в лагерь прибыл сам принц вампиров. Настоящий театр под окнами!
– Сандра, не здесь, – понизив голос почти до шепота, произнес Нокс и мотнул головой, как бы прося следовать за ним.
– Меня Хаген ждет. – Я сначала потопталась на месте, затем упрямо попятилась.
Нокс тяжело вздохнул, поймал меня за локоть и потянул за собой, уже на ходу говоря:
– Знаю. К нему мы и идем.
– Мы? – глупо повторила я, а парень ухмыльнулся. Но не весело, а как-то устало, почти болезненно.
– Если Хаген думает, что на моей территории может устанавливать собственные правила, то придется его разочаровать. Может, он и король вампиров, но король Химер здесь я.
Мне пришлось прикусить губу, чтобы не нарваться на очередную проблему. Я вспомнила о том, как в первый день своего пребывания в лагере подслушала собрание Химер, на котором Феликс возмущался тем, что Нокс берет на себя слишком много. У Химер нет предводителя. Их власть – в унисоне голосов.
Я недоумевала, чем недоволен Феликс. Почему парень считает, что Нокс перегибает палку? Но теперь, кажется, поняла.
Когда Нокс решил, что я точно не буду сопротивляться, он отпустил мой локоть. Однако все пять минут, пока мы шли, он постоянно оборачивался, проверяя, иду ли следом.
Как нелепо. Сбегать я не собиралась, прекрасно понимая, что это бессмысленно. Если не приду к Хагену сейчас, он сам найдет меня. Пока что на мирный разговор есть хотя бы слабая надежда. Но, ослушавшись, непременно обреку нас на очередную ругань.
Мы шли молча, хотя я видела, что Нокс хочет мне что-то сказать. Поняла это по тому, как часто он оглядывался, проверяя, есть ли кто-то рядом. Но вокруг полно людей и вампиров. Химеры уже проснулись и, такое чувство, первым делом побежали смотреть на меня, маскируясь за какими-то не особо важными делами.
Многих Химер я узнала. Издалека увидела Одри с ее подругами. Вампирши сидели под навесом возле здания столовой и потягивали что-то из закрытых матовых стаканчиков, оживленно о чем-то болтая. Однако стоило им заметить нас с Ноксом, девушки притихли. Они поприветствовали нас слабыми кивками и проводили взглядами до поворота, за которым мы скрылись, наконец-то оставшись наедине.
Здесь я не чувствовала, что на меня кто-то смотрит, и смогла облегченно выдохнуть. Однако воздух встал поперек горла, когда Нокс произнес:
– Ты не виновата ни в чьих смертях.
– Что, прости? – прищурившись, спросила я.
Он не повторил сказанного, прекрасно понимая, что я все слышала. Только уставился на меня непроницаемым жестким взглядом, ожидая какой-то реакции. Я часто заморгала, недоуменно передернула плечами. Крохотный жест, но он с головой выдал мой протест.
– Хаген придурок, – Нокс отвел взгляд в сторону улицы, с которой мы только что завернули. – Сказал, не подумав. Я уверен, на самом деле кровосос в короне так не считает. Я не защищаю его, просто…
Он умолк, наблюдая, как среди разноцветного ряда домов на колесах в одном из фургонов распахнулась дверь. На ходу надевая осеннюю куртку, на улицу вышел Феликс. Светловолосый чародей заметил Нокса и недовольно скривился. Затем его взгляд остановился на мне.