Страница 17 из 25
— Всё, что происходит в Лабиринте — однозначно реально. Как реальны и сами Осколки. Некоторые из них — действительно ошмётки миров, разрушенных Слепым пожирателем и плавающие в бесконечном океане хаоса. Другие являются частью обычных миров, просто обособленной во времени и пространстве.
— А цель раунда, как я помню — добраться до центра этой штуки. И что там?
— Правильный вопрос. Именно поэтому я и спрашивала тебя о цели. В начале каждого раунда странник должен определиться, зачем пришёл. Это и станет его главной наградой, когда он доберётся до цели.
Я посмотрел на пустующее место в центре рисунка.
— И цель можно загадать любую? Что, если я попрошу, чтобы мне вернули жену и дочь?
Эреш покачала головой.
— Наградой может быть лишь артефакт, связанный с самим Лабиринтом. Но многие из них потом можно использовать и в мире смертных. Это второй тип камней, называемый Камнями Добычи. Один такой я передала тебе с Энки.
— Сума фокусника?
— Именно. И, кстати, раз уж об этом зашла речь…
Эреш приоткрыла другую шкатулку — тоже шестиугольную, но вырезанную из черного гладкого камня с зеленоватыми прожилками. Оттуда вылетели несколько каменных фишек и легли на стол рунами вниз, в стороне от основного поля.
— Путешествуя по Лабиринту, можно использовать только вещи, даруемые самим Лабиринтом. Поэтому в начале партии игроку выдается пять случайных Камней Добычи. Поскольку это первая партия, то среди этих камней точно будет один камень оружия. Нельзя отправляться на испытания с голыми руками.
Я напрягся и невольно коснулся наруча со Светом зари.
— Постойте-ка… Хотите сказать, что я не смогу пользоваться своим?
— Только одеждой. Оружие, вода, еда и прочие посторонние предметы исчезнут, когда ты перенесёшься на первый Осколок. Лучше всего выложить их здесь и забрать при возвращении в свой мир.
Говорила она это с лёгкой усмешкой, а то и злорадством. Хотя, наверное, мне показалось. До сих пор она никак не выказывала своего раздражения или обиды, хотя Козлоногий утверждал, что во время прошлой встречи я здорово её разозлил.
— Должна предупредить и ещё об одном. Твой дар в Лабиринте тоже не будет действовать. По крайней мере, в большинстве Осколков.
— Почему?
Она пожала плечами.
— Сложно нырнуть под воду, когда уже находишься под водой. Ткань мироздания здесь гораздо более монолитна. Здесь нет слоев, через которые можно было бы перемещаться в любом месте и в любой момент. Кстати, исходя из этого некоторые философы, изучавшие Паутину, выводили любопытные теории.
— Например? — машинально спросил я, хотя мысли всё ещё крутились вокруг проблемы с оружием. Свет зари был у меня всего несколько дней, да и способность нырять на изнанку я научился контролировать совсем недавно. Но без них я уже чувствовал себя голым и беззащитным.
— Например, о том, что именно Паутина и Элизиум в её центре — и есть изначальное творение Араноса-Создателя. Истинная реальность, противопоставленная первозданному хаосу Заарума и Слепому пожирателю. Миры смертных же — это лишь дополнительные слои этой реальности. Отражения. Тенёта, сотканные Великой ткачихой…
— И это правда?
Эреш, кажется, всерьёз задумалась, потому что ответила не сразу.
— Кто знает… Сложно судить об этом изнутри. Впрочем, есть теория, что как раз для этого и созданы миры-отражения и сами смертные. Но мы отвлеклись на философию. А я вижу, что ты чем-то обеспокоен.
— Думаю, вы и так знаете, чем, — проворчал я. — Я бы предпочел отправиться в путь во всеоружии. А что насчет амальгамы?
— Серебряная кровь останется с тобой.
Уф, ну хоть что-то. Это, кстати, еще раз косвенно подтверждает, что амальгама каким-то образом связана с Паутиной.
Я сделал мысленный запрос Аме — что-то вроде проверки всех систем. После небольшой паузы она ответила, что все кластеры работают в нормальном режиме. Единственные ограничения — это сбой в системе ориентирования в пространстве и невозможность связаться с Чёрной пирамидой. Ну, это как раз ожидаемо. Как говорится, абонент вне зоны доступа.
— Хорошо. Я понял. Вернемся к награде за прохождение раунда. Я могу выбрать своей главной целью встречу с Козл… с Энки?
— Исполнение желания, — понимающе кивнула хозяйка. — Да, это часто выступает целью для ныряльщиков.
Она подняла крышку третьей каменной шкатулки — багрово-красной с желтыми прожилками, и поймала выпорхнувший оттуда камень. Подержала на ладони, как бабочку, и сдула в мою сторону. Камень подлетел ко мне ближе и завис перед лицом так, что я смог разглядеть его.
Линзы немного поглючили, взяв его в фокус, но все же выдали короткую подсказку.
«Храм упавшей звезды». Камень Лабиринта.
— Храм упавшей звезды?
— Это Осколок, на котором гарантированно можно встретить Энки. Своего рода место паломничества для тех, кто хочет заключить с ним сделку. Хотя должна предупредить — сделки с ним бывают опасными. Да, он исполняет желания. Но всегда с выгодой и для себя. Нужно быть очень аккуратным в формулировках, иначе сбывшаяся мечта может стать проклятьем, избавиться от которого будет непросто.
— Буду иметь в виду. Хотя то желание, что он уже исполнил, меня вполне устраивает.
— Уверен?
Что-то в её тоне насторожило меня. Впрочем, под взглядом этих черных бездонных глаз вообще было неуютно, а в каждую фразу я вслушивался, стараясь не пропустить какого-то подвоха.
— Наши с дочерью жизни теперь связаны воедино. Но так я, по крайней мере, могу быть уверен, что она жива. Раз уж я жив.
— Именно этого ты желал? — всё с той же тенью усмешки уточнила Эреш. — Именно в таком виде? Или всё же дудочник подвёл тебя к этой мысли?
Конечно, я уже не помнил дословно наш разговор с Козлоногим. Вроде бы всего несколько дней прошло, но каких дней… Всё, будто в тумане.
Я поморщился, потирая лоб.
— Я не уверен, что формулировал своё желание именно так. Скорее уж он сам его так вывернул.
— Так может, это вовсе и не твоё желание, а его? — ещё шире улыбнулась Эреш.