Страница 19 из 34
И это было больно… муторно и досадно. Одна разъедающая проблема наслаивалась на другую, не менее неприятную, которая каждый день, каждый час постоянно касалась и жгла краешек моего сознания.
Стоило вновь об этом подумать, незамедлительно скосила обреченные глаза к выходу, когда пробиралась через танцпол к персоналу сквозь толпу отдыхающих, витавших в самозабвенном угаре алкоголя, эйфории и вожделения.
Парадокс в том, что я знала, что он не придет, его здесь нет, но всякий раз отчаянно выискивала того парня в скопище народу и непроизвольно с затаенной надеждой бросала взгляд в холл, где мы с ним в последний раз разговаривали.
В груди вновь остро полоснуло и заныло. Сглотнула оскомину и отмахнулась от съедающих мой мозг мыслей.
Не сейчас… Только не сейчас, Алина.
– Ида?
Но из-за здешнего шума услышать было нереально. Пришлось аккуратно притронуться к плечу девушки, одной из числа официантов, чтобы она от внезапности не напугалась.
Стоило ей повернуться ко мне, как миловидное угрюмое личико напротив еще более явственно исказилось в безрадостное.
Да, меня тут не жаловали.
– Ида, что произошло? – наклонилась и проговорила ей около уха, а вскоре отклонилась и заглянула в карие глаза.
Но девчонка только пожала плечами, мол, говоря: а что? Все хорошо!
– Тебя ничего не беспокоит? – уже с нажимом переспросила.
– Нет, Алин, – наконец-то прокричала мне и для наглядности еще помотала головой.
– Ида, тогда в чем дело? Что с лицом? Ты хоть немного будь приветливее с клиентами! Улыбнись! У тебя шикарная улыбка. Нельзя с таким выражением работать, словно тебя на казнь ведут. Тебе что-то не нравится? Что-то случилось? Если да, то лучше возьми выходной.
Но я уже знала наперед, что она всегда такая. Каждая ее смена проходила в упадническом состоянии, несмотря на то, что до открытия дверей клуба она по всему залу скакала с мальчишками из персонала с широкой улыбкой до ушей.
Какому отдыхающему понравится, что его официант общается с ним сквозь зубы с умирающим выражением лица?! Клиента не должно касаться ни плохое настроение работника, ни его проблемы. Человек пришел расслабиться, отдохнуть, получить хороший сервис, а не вот такое некомпетентное обслуживание.
– Пожалуйста, будь добра, искорени эту проблему, – сухо проинформировала ее.
– Мхм, – промычала утвердительно, глядя куда угодно, только не на меня.
– Иди, – кивнула в сторону, куда она держала свой путь, пока я ее не остановила.
Смотрела девчонке вслед и вспомнила случайно услышанный разговор наших девчат, когда я шла по коридору мимо раздевалки для персонала.
– Нет, а с виду овца овцой! А как пацанов наших гоняет! Вы видели?! – говорила та самая Ида.
– Да, и ведь они к ней прислушиваются! – парировала ей Света.
– Да какая она овца?! Акула, блядь! Вроде с виду лохушка, но стоит ей открыть свой рот! Пришла и, никого не спросив, начала все подминать под себя! Видите ли, так правильно! Кто она вообще? Может, она с Тимуром того? Хотя брюхатая! Нахер она ему сдалась! – подхватила девчонок Алена.
Я тогда, горько усмехнувшись, двинулась дальше, не желая больше барахтаться в луже чужой грязи.
Возможно, в эти недели я была более строгой, чем обычно, из-за переполняющих меня чувств. Но я никогда и ни к кому не была предвзята из-за своих проблем или настроения. Всегда четко разграничивала личное и работу.
Возможно, раньше я бы где-то промолчала, постаралась помягче донести проблему до работника, но сейчас не было ни времени, ни желания. Многие личности слишком нагло здесь себя ведут и успешно понижают уровень обслуживания.
Я к этому всегда и везде относилась резко негативно. А сейчас и подавно, так как это собственность брата моего мужа, также и моего родного человека. И видеть, что вот так безответственно относятся к делу Тимура, которое он поднимал сам с нуля, без чьей-либо помощи – это злит и раздражает!
А вот и еще один красавец-балагур.
– Слава?! – громко окликнула и схватила его за руку, когда он попытался незаметно пробежать мимо меня.
– Алин, я зашиваюсь, – забегал своими шоколадными глазами по залу, лишь бы не смотреть мне в глаза.
Еще один!
Прищурилась, прожигая в его профиле дырку, и процедила сквозь зубы, сжимая его руку, чтобы прочувствовал, что я не шучу.
– Где твои друзья? Оба! Сколько еще это будет у вас продолжаться?
– Алин, они покурить ушли. Я присматриваю за их столами, – обернулся ко мне и успокаивающе дернул за мою прядь волос, как делал это всегда.
– Слава! Я не шучу.
– Они правда курят, – добродушно сказал мне и улыбнулся широкой улыбкой, желая сбить с толку.
Извини, Слава, но ты не мой муж, чтобы я заглотила твой крючок.
Недовольно откинула его руку от себя и направилась в курилку, чтобы убедиться, что их там нет.
– Алина? – крикнул мне вдогонку парень из сумасшедшей троицы.
– Работай! И смотри за их столами! – обернулась и прикрикнула, указывая пальцем в зону отдыха.
Поспешно обойдя весь клуб в поисках двух обнаглевших рож и скинув раз пятьдесят вызов от Руслана, я не на шутку начала заводиться. Остановилась и лихорадочно отыскивала в закромах памяти еще имеющиеся места в клубе.
Если только… а если каморка?
Да нееет. Она маленькая и завалена инвентарем уборщицы, что им там делать?!
Но я не я, если точно не смогу убедиться. Узкая и небольшая комнатка была расположена за цехом кухни, к которой вели два пути: первый через саму кухню, а второй через холл клуба.
Стоило мне оказаться возле нужной двери и резко рвануть ее на себя, как передо мной предстала следующая картина маслом: парень блондин со спущенными черными штанами, голой задницей и ритмично двигающимися бедрами в такт движениям стонущей девушки с раскинутыми кверху ногами в красных туфлях.
– Вот черт! – побагровев от смущения, рявкнула, и в то же время хлопнула дверью. – Волошин! Секунда! Быстро на выход! – злобно закричала и быстрым шагом пошла в фойе клуба, где музыка гремела не так сильно, и можно было без проблем услышать друг друга.
Не успела я остановиться, как мне навстречу выбежал Дима с горящими красными щеками и поблескивающими влажными глазами.
– Алина? – виновато начал он, но я не дала и слова вставить.
– Ширинку застегни! – процедила парню с растрепанными волосами на голове.
– Черт! – чертыхнулся и, отвернувшись от меня, резко дернул собачку на замке.
Закатила глаза, а вскоре зажмурила их.
– Идиот! Как мне теперь это развидеть?! – со стороны казалось, что я задаю вопрос ему, но на самом деле говорила сама с собой.
– А может, не надо забывать? – после его слов резко распахнула глаза и наткнулась на самодовольную улыбку.
– Закрой рот! – от услышанного Дима враз сбросил маску придурка и принял серьезный вид.
– Алин, это…
– Что? Хочешь сказать, что это первый раз? Ну давай! – махнула рукой. – Начинай! Я как раз голодная. А ты мне порцию лапши преподнесешь, – немигающе смотрела в синие глаза.
В этот самый момент как по команде появились еще двое.
Неразлучная парочка.
– О! Сразу все нашлись! – посмотрела на такого же, как и Дима, всполошенного Рому. – Что, Ром? Услышал мой крик?
Парень сглотнул и покачнулся на носки и обратно, не отводя при этом от меня своих наглых стеклянных глаз.
Они отличные ребята и очень хорошо работают. Именно, когда они работают! А не когда в рабочее время трахаются по углам!
– Значит так… – сложила руки на груди и медленно обвела всех мрачным взглядом.
Со стороны это было потешно. Три здоровенных лба возвышались над маленькой беременной, отчитывающей их, девушкой.
– Штраф три тысячи рублей с тебя! – кивком головы указываю на Славу. – За то, что все знал и прикрывал. – Три тысячи с тебя, – так же, как и пару секунд назад, кивком головы указываю уже на Рому, – за то, что бросил рабочее место и занимался тем же, чем и твой друг. Но как говорится, не пойман – не вор. Тебя, Слава, это тоже, кстати, касается! И пять тысяч с тебя, дорогой мой руководитель! Объяснять, думаю, не нужно, за что! – посмотрела на ошарашенного Диму, до которого начал доходить смысл сказанного.