Страница 34 из 101
- Анастасия Станиславовна, расскажите о своей учебе в институте, о себе, мне очень интересно - попросил я, стараясь сменить тему беседы, так как чувствовал, что могу зайти далеко в своих рассуждениях, и, набравшись смелости, поцеловать девушку.
- Что рассказывать? Выбор учебного заведения за меня сделала мать. Мои старшие сестры, учились в Москве, стали математиками, учителями языка и литературы. Самая старшая сестра – Людмила, постоянно находится рядом с императрицей, перенимает опыт управления государством, ведь ей предстоит наследовать трон. На декабрь этого года запланирована ее свадьба. Возьмет себе в мужья молодого человека - Григория, из баронского рода Кружилиных, живущего в Сибири.
Варвара и Дарья, тоже невесты на выданье, но мать и отец пока не определились, с кем бы хотели породниться. За границу сестры выходить замуж категорически отказываются.
Брат Сергей, окончил морское училище и отправился служить в Заокеанскую Америку. Вырос в чине, занял должность заместителя командующего военно-морской базой. Кстати, жену себе подобрал из местных. Не в смысле из коренного населения, а из переселенцев. Родители Амалии родом из Франции.
Мне же мать наказала стать хорошим хирургом, чтобы я могла приносить людям пользу. Учиться мне нравится, особенно осознавая, что в будущем мои знания будут полезны. Попав в стены института, я познакомилась с вашей сестрой, а чуть позже с вашими родителями. Они мне понравились.
Когда началась война, мы с Тамарой планировали поступить в какой-нибудь госпиталь сестрами милосердия, чтобы помогать раненым. Однако ваша матушка смогла нас убедить, что больше пользы от нас будет, когда мы закончим полноценное обучение. И, знаете, Ирина Анатольевна не взывала к нашей совести, не говорила каких-то громких речей, она просто рассказала несколько давних историй. Тогда тоже была война с турками, и она сама намеревалась поступить на службу в госпиталь. Но умные люди ей подсказали иное направление деятельности. Ваша матушка занялась благотворительностью и сбором пожертвований для нужд госпиталей. Благодаря ее усилиям, госпитали Москвы недостатка в лекарствах и медицинских инструментах не испытывали.
- Да, моя мама умеет быть убедительной.
- И Василий Михайлович ей под стать. Это он убедил меня приехать в Алушту. У нас в институте возникла пауза в занятиях и я не знала чем себя занять целую неделю, если честно, пауза, кстати, от наук голова пухнет. Ехать в Москву у меня желания нет. Что я там буду делать? За многие годы отсутствия родительский дом стал для меня чужим.
- Извините, за бестактный вопрос. Что стало причиной случившегося?
- Мне право неловко это вам говорить, я об этом никому не говорила, даже матери не сказала, а вам открою тайну. Знаю, вы никого в нее не посвятите. Я часто носилась по дворцу. Что взять с маленькой, подвижной семилетней девчонки? От нянек я постоянно пряталась, это была своеобразная игра. В тот день я тоже играла. Решила спрятаться в кабинете отца, там меня точно никто найти не смог бы, ведь без доклада в кабинет мужа императрицы вход строго ограничен. Заскочила в незакрытую дверь и застала отца и баронессу, не буду упоминать ее имя, в очень пикантном положении. Отец был вне себя от ярости. Наградил он меня несколькими хлесткими пощечинами и вытолкал из кабинета. После этого меня удалили из дворца. Какие там кипели страсти, я из-за возраста не понимала. Это уже повзрослев, смогла все понять и сделать выводы. Такая вот у меня не совсем веселая история. Дайте мне слово, что сохраните в тайне, сказанное мною.
- Даю слово офицера.
- Не могу объяснить, почему, но я вам верю. Вы никогда не предадите, и никогда не используете информацию во вред мне.
- В роду Вороновых никогда не было предателей.
- Я это знаю. А вот когда в роду Вороновых появились композиторы?
- Не знаю о таких. Все мужчины нашего рода посвятили свои жизни служению Отечеству, избрав военную стезю. Я, как и отец, стал артиллеристом. Дед мой, в прошлом, был кавалеристом. Прадед командовал пехотной дивизией.
- Откуда тогда в вашем репертуаре появились неизвестные музыкальные произведения? Ни я, ни ваши родные их ранее не слышали.
- Анастасия Станиславовна, прошу вас, только не смейтесь, и не подумайте, что я повредился рассудком. Неизвестные вам песни, стихи и мелодии, звучат в моей голове. Это случилось после ранения. Кто автор этих произведений я не знаю. Чтобы все это вам было легче воспринимать – просто считайте, что композитором и автором текстов песен являюсь я. Вот и все решение проблемы. Даю слово, что в плагиате меня никто обвинять не будет, уверяю вас.
- А если их услышит кто-то другой.
- Во-первых, я играю, пою, рассказываю и читаю только для семьи и для вас. А во-вторых, повторюсь: в плагиате меня никто обвинять не будет. Ну, находит меня Божье озарение, появился чудесным образом талант! А что, я не могу быть творческой личностью. Все вопросы, возникающие по этому поводу, я считаю, несомненно произрастают из моей прежней репутации беспутного человека. Все, с прежним покончено. Неужели мой новый образ вам не нравится?
- Ну почему же, - смущаясь, опустив глаза, сказала девушка, - нравитесь, - и, помолчав несколько секунд, как бы решаясь на поступок, продолжила. – Очень. Вы, правда, меня причисляете к своей семье? – тут же, поспешно изменив направление беседы, спросила она.
- Да. Вы дружны с моей сестрой, с уважением относитесь к моим родителям.
- А лично вы, как ко мне относитесь?
- С большим уважением и искренней симпатией. Вы очаровательная девушка, я вами восхищаюсь, мне очень нравится быть рядом с вами и вы сами – очень мне по душе.
Больше, не говоря ни слова, я обнял Анастасию Станиславовну и, не удержавшись, ибо это было уже сверх моих сил, жадно впился в ее губы поцелуем. Она мне с готовностью, но стыдливо ответила, однако весьма неумело - сразу видно: опыта у девушки нет совершенно. Наш сладкий поцелуй длился долго. Девушка совсем разомлела в моих объятиях и я их разомкнул, лишь когда почувствовал, что нам недостает воздуха. Мы жадно вздохнув, с восхищением посмотрели друг другу в глаза, непроизвольно почти вплотную приблизив их.
- Мы же никому не расскажем о нашем поцелуе? – после непродолжительной и восхитительной паузы, весело сказала Её Высочество. - Мне понравилось, если честно, но повторять сегодня не станем, подождем до завтра. Да и возвращаться в дом пора, чтобы не вызвать беспокойство у ваших родных, хорошо?
После ужина я играл «Бременских музыкантов», назвав «Историей бродячего трубадура». В детстве у меня была магнитофонная кассета «Бременских музыкантов» в исполнении Олега Онуфриева, я ее выучил наизусть, поэтому воспроизвести удалось все в полном объеме. Я пел все партии в лицах, пересказывал текст и следил за реакцией слушателей. После слов: «Нам дворцов, заманчивые своды, не заменять никогда свободы», мама и девушки устроили мне настоящую овацию и, не сговариваясь все вместе расцеловали.
В отличном настроении все разошлись по своим комнатам, время позднее.