Страница 15 из 101
Добрейшая душа, Петр Илларионович Санаев отпустил меня домой через месяц. Комиссия решила, что я достаточно окреп, чтобы продолжить в течение двух месяцев излечение на даче отца.
Дача располагалась в городке Алушта. Вот туда мы сейчас катим на автомобиле отца под управлением молчаливого шофера Федора по четырехполосной трассе, проложенной по степной местности Крыма, носящей название «Скифский путь». Почему так назвали дорогу, я не знаю, а расспрашивать, проводившего меня профессора постеснялся. Ничего, приеду на дачу, пороюсь в библиотеке отца, найду ответ. Да и вообще, на многие вопросы мне требуются ответы. Хочу взглянуть на всю сеть шоссейных и железных дорог Крыма и всей империи. Я знаю, что дорог очень и очень много, а вот куда и по каким местам они проложены, достоверно вспомнить не могу. Надо восполнить тот пробел – сидящий внутри меня военный человек очень беспокоен и нетерпеливо, постоянно требует специфической информации об окружающей обстановке.
От основной трассы было ответвление, ведущее к Алуште. Прямо на глазах приближался густой лесной массив. Правда, рассмотреть породы деревьев с большого расстояния не мог. В моем времени Алушта выглядела по-иному и не была окружена такой пышной растительностью, которая своей сочностью, свежестью и красочностью, различными оттенками листьев притягивает внимание, словно магнитом. Мои глаза радовались мелькающим мимо нас красотам, ветерок путался в отрастающих волосах, длина которых, впрочем, не позволяла ему вольно их трепать. На душе было слегка волнительно, но тепло и беззаботно. Раны не болели даже на колдобинах и кочках. Давно я так себя легко не чувствовал. Я испытывал какое-то эйфорическое чувство опьянения свободой и освобождения ото всех свалившихся на меня проблем. Я свободен!!! – пела душа где-то очень глубоко внутри меня приятным голосом и я не сопротивлялся этой арии свободы, хотя и понимал, что много всего еще придется испытать, преодолеть, вынести на своих плечах.
На даче меня встретила прислуга в полном составе во главе с управляющим Гавриилом Ивановичем, никого из родных пока не было. Если говорить правду, то дача, а вернее вилла, представляла собой приличных размеров двухэтажный особняк, расположенный посреди трехгектарного участка и построенный из больших блоков светлого ракушника, с портиком на входе и колоннадой по периметру всего здания. Можно сказать, особняк возведен в античном стиле. Все хозяйственные постройки: флигели для прислуги, конюшня для лошадей, каретный сарай – гараж тоже построены в аналогичном стиле. В целом получилась псевдо древнегреческая вилла. Стены здания были выкрашены в белый цвет, а вся наружная лепнина, барельефы, фигуры птиц и животных - покрыты светло-зеленой краской и придавали зданию некую торжественность и неповторимость. Особняк был обращен входом к югу, в его высокие окна обоих этажей долгое время светило солнце, создавая уютную обстановку. Одобрительно подумал, учитывая жизненный опыт другой реальности, что экономия на освещении и отоплении порядочная.
На мой взгляд, особое внимание въезжающих во двор гостей привлекала огромная птица на фронтоне портика. Отец в ней опознал ворона и считал это символичным. Ведь этот особняк достался нашей семье более ста лет назад. С тех пор птицу на фронтоне раскрашивали в цвета настоящего ворона, любовно прорисовав все детали.
Посреди двора, выложенного массивными, толстыми серыми гранитными плитами, перед центральным входом в дом красовался веселый фонтан, в центре которого располагалась группа девушек в античном одеянии с кувшинами на плече, из которых выливалась журчащая кристально чистая вода.
Входная дверь, изготовленная из толстых досок мореного дуба и украшенная множеством потемневших от времени заклепок, выглядела очень внушительно. А вот внутреннее убранство первого этажа меня удивило. Я не был здесь примерно месяцев восемь, и за это время родители сделали ремонт. В холле появилась большая красивая, ажурная, кованная люстра взамен старой огромной со свечами. Присмотревшись, я понял, что старую люстру сняли, качественно отчистили медную конструкцию от копоти, и модернизировали, заменив, кроме всего прочего, подсвечники - на электрические лампочки. На стенах появилось несколько медных бра на две электрические лампочки.
Стены холла выкрасили в приятный светло-бирюзовый цвет. Могу с кем угодно поспорить, краску подбирала сестрица, это ее любимый цвет, почти в тон цвета глаз. Голубоватые портьеры на окнах тоже гармонировали с цветом стен. Прошелся по всему первому этажу и с великим удовольствием отметил, что ремонт выполнен очень хорошо. В комнатах поклеены новые обои, лепнина в виде букетов цветов сохранена в первозданном виде, только расцветка обновлена. Полностью заменена старая мебель на более удобную и современную. В гостиной центральное место занял радиоприемник «Москва» с проигрывателем пластинок. Я помню в той, прошлой жизни, у моего деда и бабушки была подобная вещь, называемая радиолой.
Поднявшись на второй этаж, где располагалась моя комната, я уже не удивлялся, а был готов к тому, что ремонт произведен и здесь. Зайдя в свою комнату, я не увидел привычного для меня старого мрачного шкафа, слегка подмятого дивана, тяжелого и на мой взгляд какого-то угрюмого письменного стола, стульев. Огромная скрипевшая уставшими пружинами кровать тоже куда-то исчезла. Комната обставлена новой мебелью тонкой ручной работы. С одной стороны мне жаль, что старую мебель выбросили – привык я к ней очень и вообще всегда тяжело расставался со старыми вещами, заменявшими мне друзей. А с другой стороны я радовался. Я начинаю новую жизнь, так почему не начать с символического выбрасывания старой мебели. Интересно, а в Италии этой реальности тоже существует такой обычай или только в моей прежней? Ванная комната тоже удивила. К обычной ванной был добавлен душ. А что? Нормально, удобно, и воду можно экономить. В туалете рядом с унитазом установили новинку, биде называется. А вот это загадка. Зачем в мужской комнате чисто женская вещь? Ладно, спрошу у родителей или у Томки.
Ужинать спустился в столовую. Профессор разрешил мне кушать все в разумных объемах. Честно сказать, в госпитале порции были маленькие, и я не наедался. Как мне показалось, я потерял в весе. Две большие свиные отбивные, полную тарелку жаренного на свином сале картофеля, салат из свежих помидор, рыбную нарезку я смел со стола за несколько минут, и задумался, а не повторить ли мне столь приятную моему организму процедуру? Спасибо удвоенному разуму, удержал от переедания. А с одинарным точно не удержался бы и…Выбрался на террасу второго этажа, попивал чай с медовыми пряниками и курил папиросы «Ростов» с ароматом ментола. Появившийся слуга Силантий пригласил меня к телефону, звонил отец.
- Слушаю, - ответил я.
- Здравствуй, сын, - услышал голос отца. – Как ты там? Обустроился? Удивился ремонту?
- Умеете вы удивить, ваше сиятельство. Все выше всяких похвал, мне очень понравилось.
- Рад слышать. Инициатором ремонта была твоя сестра.
- Я это понял еще в холле, увидев стены цвета ее прекрасных глаз.
- Сын, у тебя все хорошо?
- Да. А я что-то не то сказал?
- Все не так и ты не такой. Я справлялся в госпитале. Ты дружков своих погнал из палаты, пьянствовать с ними не стал.
- Ранение и контузия не прошли для меня бесследно, я стал меняться, и надеюсь, меняться к лучшему. Не беспокойся, отец, возврата к прежнему не будет. Когда вас ожидать?
- Послезавтра ближе к вечеру, часам к шести. У нас будет гостья.
- Молодая? Надеюсь, вы не присматриваете мне невесту?