Суданская Альтернатива.

Из 'Солдат Империи' Н.А.Третьякова.'Пока наши аэронавты не сбили оба японских аэростата, дела у них шли лучше, чем у нас. У них было несколько точек наблюдения и корректировки, шары и гора Самсон. Но, после того как наш дирижабль прозванный нашими острословами 'Змей Горыныч', сбил японские шары, он ушёл в сторону Саншилипу, завис там, и стал по радио передавать данные нахождения японских батарей состоящих из морских орудий. И в общий звук канонады вошёл мощный рокот стрельбы 152 мм корабельных орудий Канэ с наших артиллерийских поездов. Они встали на проложённых специально для них железнодорожных путях, за холмом на главной позиции, и обрушили мощь своих снарядов из двух дюжин орудий на позиции японских батарей. Вслед за ними наконец-то по засеченным батареям у Самсона, начала бить крепостная артиллерия, и установленные на позициях морские орудия, заговорила, не часто, но, внушительным глухим басом и батарея береговых мортир в 280 мм, отправляя свои снаряды в 293 килограмм в противника. Огонь японцев стал постепенно слабеть, хотя от них огня и мы понесли потери, несколько орудий с расчётами были уничтожены безвозвратно, более десятка повреждены, сильно были разрушены и укрепления, и поэтому они были пустые. Под огонь тяжёлой артиллерии подставлять солдат мы и не думали, они были отведены на запасные позиции.

Ход второго сражения за перешеек, которое вылилось в артиллерийскую дуэль, русских и японцев, переломил в нашу пользу флот.

Морские шестидюймовки с артпоездов крушили правый фланг артиллерийской позиции японцев, от Самсона до залива Цзинчжоу, левый от южного склона Самсона и до бухты Керр, вошедшие в бухту Хунхуза наши броненосцы 'Ретвизан', 'Сисой', 'Полтава', 'Севастополь' и 'Петропавловск'. Их перед этим моряки максимально облегчили, чтоб иметь возможность подойти как можно ближе к берегу. Рёв залпов их двенадцатидюймовок был слышан даже у нас на командном пункте, били они ещё и шестидюймовками. Своими тяжеленными снарядами они перепахали участок на более чем в десять вёрст от южного склона Самсона и по дороге на Бицзыво. После такого обстрела там появился и вправду лунный пейзаж, и картина катастрофического разгрома японских позиций. Все попытки вести обстрел кораблей пресекался ими тоннами стали и взрывчатки, тем более их огонь корректировался с аэростата. Внесли свой вклад и самые мелкосидящие эсминцы, они из залива Цзиньчжоу обстреливали японские батареи, дразня их, и отвлекая на себя огонь.

15 сентября произошла первая в мире прицельная воздушная бомбардировка. Наш дирижабль 'Змей Горыныч' сбросил десяток бомб на удаленную японскую батарею шестидюймовых орудий, заставив её замолчать. На обнаруженный склад снарядов и зарядов, обрушили бомбы и бочки с горючей смесью. Зарево пожара и взрывы от рвущихся боеприпасов, было видно и слышно почти двое суток. Хотели найти штаб японской армии, и его уничтожить с воздуха, но, не нашли.

К полудню бой затих. Генерал Оку так и не сделал попытки атаковать наши позиции, силами пехоты, увидев воочию результаты артиллерийской дуэли, бросать в атаку пехоту, чтоб гарантированно получить потери в тысячи и тысячи солдат он конечно не стал. Ему было достаточно и тех потерь в людях и орудиях, которые он понёс в 'Квантунской артиллерийской дуэли', под таким названием вошёл в военную историю это сражение. Японцы отвели свои силы из окрестностей Цзиньчжоу и горы Самсон, оттуда, куда могла достать наша артиллерия, там установилась ничейная земля. Время от времени мы вели обстрелы Самсона, посылали снаряды, где обнаруживались японские наблюдатели.

После этого японцы оставили попытки штурмовать перешеек, сели так сказать в осаду, ею занялась 3-я армия генерала Ноги. Он укрепился на позициях у Шисалитизе -Саншилипу, и дальше к северу на высотах у Порт-Адамс, так же на холмах у бухты Дипп,тем самым перекрывая нам направления на север и Бицзыво, опасаясь нашего удара с Квантуна.

Несмотря на всю смелость японцев, их упорство, высочайший боевой дух, подготовленность, современное вооружение, Фермопилы Квантуна, в отличие от греческих, лавина азиатов так и не прошла.

В. А. Апушкин. Русско-японская война 1904-1905 г. С рисунками и планами. -- Москва, Типография Русского Товарищества, 1910. 'После очередной неудачи на перешейке наши противники японцы не опустили руки. 30 сентября японские армии одновременно ударили сразу в трёх местах, 1-я армия Куроки на перевале Фыншуйлин, 2-я армия генерала Оку у Сюнечэна в направлении на Гайчжоу, 4-я Нодзу у Симучена. Японские стратеги хотели одновременными действия связать наши силы и сбить с толку в определении главного удара, но, переиграть опытного Линевича не сумели. Он и его штаб точно определили, что главный удар будет у Симучена, на Хайчен с дальнейшим выходом на Инкоу, и что самое главное окружением 1-й армии под командованием генерал-адъютанта О-Ф. К. Гриппенберга.

Японцы везде атаковали в своём стиле, яростно, напористо, и казалось безудержно, но, на третий день боёв стало ясно, что, успеха они, нигде не достигнут. Зарубаев, Реннекампф и сам Гриппенберг, постоянно получали в свои сражающие части подкрепления от главнокомандующего русской армией на Дальнем Востоке генерал-адъютанта Н.П. Линевича, используя близость железной дороги, проложенные от неё полевые дороги и временные жд пути, держали свои позиции намертво. Японцы пробивали лбом, дубовую, обитую железом дверь, раз, за разом разбивая его в кровь, и истекая ей, у них в итоги закончились накопленные с таким трудом силы и ресурсы. Ведь артиллерию, боеприпасы, снаряжение, запасы они доставляли на гужевом транспорте, с помощью солдат и кули за 140 верст, по так называемым дорогам Ляодуна. У Симучена особенно отличилась сводная Гвардейская дивизия, гвардейцы во второй, решающий день сражения успешно отразили все атаки японцев, и удержали все позиции за нашими войсками. Сложилось так, что именно здесь сошлись лицом к лицу наша и японская гвардия, поле боя осталось за русской.

Только у Сюнечэна многоопытный генерал Оку достиг успеха. Он артиллерией, мощной атакой пехоты 1-й и 3-й дивизии, и обходным манёвром по руслу реки Фуду смог сбить два наших полка с их позиций, они были вынуждены оставить часть артиллерии и спешно отходить, японцы, наседая на них, шли вперед к Гайчжоу. Оку имел все шансы, наконец-то добиться успеха разгромить и окружить наши два полка'.

ИНТЕРМЕДИЯ

У генерала армии барона Оку Ясуката было неплохое настроение. Сегодня 30 сентября он всё-таки сумел добиться успеха, здесь у Сюнечэна. Наконец-то русские им биты ! После на удивление непродолжительного сопротивления поняв, что им грозит окружение и разгром, бросая свои пушки, начали отступать, огрызаясь винтовочным и пулемётным огнём. Чтоб завершить их разгром, он приказал кавалерийскому полку обойти их по левому флангу и отрезать им путь к отступлению, зажав их у реки Хiongyue, уничтожить и пленить тех кто останется жив. Давно желанная победа была почти в руках. Но, вскоре он увидел дымы паровоза, и через несколько минут сам состав, вероятно русские решили на них вывести попавшие в тяжёлое положение свои войска. Но, по мере приближения составов генерал Оку отметил их необычность, паровоз был в его середине, и самого паровоза не было видно, вагоны были точно не грузовые, два из них с башнями, самой первой была платформа, сам состав был окрашен в цвет хаки с пятнами и полосами, что неплохо его вписывало в цветовую гамму местного пейзажа, особенно если б он стоял на месте. С обеих сторон этого необычного состава шло не меньше полка конницы. И вдруг генерала как будто поразило молнией брошенной Райдэном в него ... это был русский ... БРОНЕПОЕЗД !!! 'Какие же эти русские онорэ, тикусё !!!,-выругался он шепотом. Он читал про такие у англичан и буров во время их войны в Африке, и там же рождены были артиллерийские поезда, с помощью, который русские свели на нет возможность пробиться через квантунский перешеек. И генерал, барон Оку не сдержался и выругался вслух в их адрес, самыми последними ругательствами, на которые был только способен японский язык. Офицеры его штаба, на это не обратили большего внимания, поскольку были заняты тем же, только в более сдержанной форме.