Немая смерть.

На дне

Будни спецслужбы принципиально не отличались от работы обычных шиноби. Да, секретность выше, задания сложнее, противники опаснее. Ну и что? Ко всему можно привыкнуть.

Некоторое разнообразие вносила работа с агентурой. Даже той малости, которая становилась мне известна в силу занимаемой должности, хватало, чтобы осознать, насколько обширна разведсеть Узушио. Мы забирали донесения у попрошаек и доставляли срочные приказы высокоранговым чиновникам, вытаскивали из тюрьмы монаха и помогали решать проблемы с назойливыми бандитами шикарной содержательнице элитного борделя. Несколько раз нам поручали задания, связанные с ликвидацией шиноби из других деревень, и всякий раз давали точную, подробную информацию. Получить такую без наличия своих людей «на том конце провода» невозможно.

Справедливости ради скажу, что приказов типа пойди туда – не знаю куда, принеси то, не знаю, что, тоже хватало. Однажды, например, послали в страну Чая на помощь ценному для деревни купцу, старому торговому партнёру Узумаки. Приказали разобраться и помочь, причем начальство понятия не имело, с чем предстоит столкнуться. В результате напоролись на банду нукенинов. Четыре беглеца из Камня подмяли под себя целый уезд, причем не только бандитские шайки, но и местных самурайчиков, и потихоньку пытались обложить оброком иностранных торговцев.

Очень странные нукенины были. Один учуял нас за пару километров, в сумке второго нашелся неплохой запас медицинских препаратов, у всех снаряжение качественное и дрались они хорошо, пришлось повозиться. Я в тот раз словила чакроистощение, вытаскивая Рюдзи-сана и Фудзиту-куна из объятий Покровителя, они оба умудрились получить на редкость плохие раны. И стазис-свитки, как назло, испортились, их каменной шрапнелью с моей спины ссекло.

Именно после того случая Фудзита-кун решился заключить контракт с призывным животным. Плюсы этого решения очевидны, поэтому возражать командир не стал. В то же время, не одобрил:

- Контракт постоянно потребляет чакру, Фудзита-кун. Количество тренировок по нин придется уменьшить.

- Я Узумаки, тайчо. Моих резервов хватит на всё.

- Хм, раз ты так уверен, - задумчиво протянул командир. – Уже выбрал, с кем заключишь договор?

- Мне подходят крабы, ласточки, барсуки и выдры. Но у ласточек большинство техник относятся к гендзюцу, у барсуков много контракторов из Кумо и они могут отказать, а хранитель крабов мне не понравился. Остаются выдры.

- Не понравился, - повторил Рюдзи-сан. – Очень дипломатично. Не боишься стать таким же?

- Я изучаю соответствующие методики и, уверен, смогу остаться собой.

Больше мы его не уговаривали – взрослый человек, должен понимать, на что идет. Почему немногие шиноби работают с призывами? Да потому, что здоровая психика нам дорога. Контракт завязывается не только на кровь, при его заключении используются ментальные техники, а постоянное взаимодействие с разумом нелюди не может не изменить образ мыслей человека. Чем дольше, тем сильнее. Нужна очень сильная воля и знание соответствующих методик, чтобы сохранить сознание неизменным и остаться человеком не только внешне.

Служба в Глубине тяжела, основную часть времени приходится проводить вне деревни, зачастую в тяжелых условиях. Одна девушка среди четверых мужчин, причем двое – молодые, здоровые парни. Обычно из-за нагрузок не до романтики, да и статус у нас разный, однако нет-нет, а что-то в их взглядах мелькает. Ничего серьёзного, просто, как я уже сказала, парни здоровые и мысли им в голову наверняка приходят соответствующие. Поэтому слишком близко я их стараюсь не подпускать.

Постольку, поскольку мой допуск повысился, в больнице меня начали привлекать к лечению других бойцов Глубины. Раньше-то я в закрытом крыле бывала редко и по исключительным случаям. Сейчас ситуация упростилась, но нагрузки по основному месту не позволяют работать ирьенином, поэтому в график меня не ставят и зовут непосредственно перед операциями. Обычно на острове меня можно найти в двух местах – дома и на полигонах, где-то ещё я бываю редко.

Из необычного следует упомянуть о моих отношениях с Узумаки Шиджеру, инструктором фуиндзюцу. Не любит он меня, буквально трясет старика от сдерживаемой ненависти. Где я ему дорогу перешла, не знаю, вроде бы к той истории с джинчуурики он отношения никоим боком не имеет. Тем не менее, учит на совесть.

Что ещё… Заключила договор личного ученичества с Узумаки Хироши и Узумаки Акайо. Первый – сын сестры сенсея, второй – старший сын Мичико-сан. После того, как они закончат школу, на основании этого договора я затребую их к себе в команду. Это минимум, который я могу сделать в память о близких.

Следующий этап моей жизни, ну и карьеры заодно, начался со сломанной ступеньки. Я, как десятки раз до того, выходила из дома, когда под ногой что-то треснуло, мышцы свело резкой болью и я чуть не навернулась на песчаную дорожку. Рассказывать стыдно –опытный шиноби, тренированный боец и получил растяжение в дурацкой житейской ситуации. Расслабилась потому что, не ждала угрозы в родных стенах. Растяжение я, конечно, тут же залечила, но зарубочку в уме сделала.

Через час Рюдзи-сан порадовал собравшуюся на полигоне команду новой миссией.

- Идем в страну Луны, - сообщил он подчиненным. – Доставка ценного груза печатей. Очень ценного.

- Какой ранг? – выпалил Фудзита-кун, опередив Каору-куна.

- Пока только А с возможностью повышения.

В Глубине своя иерархия. Команды, стабильно, на постоянной основе выполняющие миссии А-ранга, пользуются большим уважением, чем специализирующиеся на В-ранге. Те, кто выполняет S-ранг, стоят на самом верху и милостиво принимают почести от остальных. У нас на данный момент насчитывалось всего четыре «ашки», причем одну мы получили случайно, за тех самых нукенинов. Миссий высшего ранга нам пока что не давали, поэтому статус у команды был не слишком велик, а повысить его хотелось.

- За длинную миссию, да в чужую деревню, могли бы и Эску дать, - высказался Каору-кун.

- Может, и дадут, - философски заметил командир. – Смотря кого по пути встретим. Ладно, если вопросов нет, то расходимся и встречаемся на пристани через два часа.

Пристань, от которой отходят быстрые маневренные джонки, у Глубины своя – чтобы не привлекать лишнего внимания и не зависеть от администрации порта. Уже на корабле мы узнали, что в деревню Луны попадем через Чай и страну Моря. Путь через Лапшу и Храмовые острова значительно короче, однако пролегает слишком близко от контролируемой Туманом территории. Лучше уж дальше и медленнее, чем напороться на буйных шиноби Кири.

Ничто, как говорится, не предвещало. Мы спокойно высадились в крупном порту страны Огня, отыгрывая привычную легенду странствующего учителя каллиграфии с семьей и охраной, прошли таможню и отправились в путешествие до южной границы. Пересечь нам предстояло не много, не мало, а половину страны. В сундуке за плечами Фудзиты-куна покоилось печатей примерно на полторы сотни миллионов рё, поэтому командир не хотел афишировать наше присутствие перед другими шиноби и собирался в скором времени купить места в почтовой карете. До тех же пор, пока такая возможность не представится, будем пилить пешком.

Дорога, по которой мы шли, относилась к так называемым «княжеским венам» и обслуживалась за счет казны. Существовал реестр важнейших объектов, в котором страна называлась телом государя, дороги – кровеносной системой, столица – головой и так далее. Соответственно, небрежение к данному телу приравнивалось к покушению на правящую особу и каралось по всей строгости. Ремонтировали в первую очередь, воровать… всё равно воровали, но меньше.