Страница 18 из 151
Шу как-то проговорился, что полноценное обучение фуиндзюцу требует денег, каких у него нет. Он, конечно, лукавил – в школе особую бумагу и чернила нам выдавали, от учеников требовалась только усидчивость. Тем не менее, ради интереса я посчитала, сколько трачу в месяц на материалы плюс примерная сумма мастеру за обучение, если бы он у меня был. Вышло пять тысяч рё. Примерный доход генина от миссии С-ранга. Причем надо учитывать, что репетитора среди Узумаки найти проще простого и со своих они берут немного.
Дом, в котором последние восемь лет жил Шу, выглядел типичным домом незнатного Узумаки. Ворота-тории, прикрытые простеньким барьером, сейчас не активированным; небольшой дворик с суетящейся живностью в лице детей, кошек и собаки; зафиксированные внешние стены, сделанные из твердых пород дерева и дополнительно укрепленные печатями. Наверняка во внутренний дворик выходит веранда-энгава, а внутренние раздвижные стенки амадо в теплую погоду снимаются совсем.
Под внимательными взглядами притихших детей сокомандник провел меня через широко раздвинутые двери. Прямо в большую комнату-гостиную, где за широким столом сидела одетая в домашнее платье женщина лет тридцати. Ну, учитывая долгий срок жизни Узумаки, с одной стороны, и тяжелую работу с другой, ей действительно где-то тридцать.
- Шу-кун! – подняла она голову при нашем появлении. – Ты не предупредил, что приведешь гостью!
Тут женщина разглядела двойную спираль на голубом фоне, нашитую на моей одежде, и глаза у неё испуганно расширились.
- Ане-сан, это моя сокомандница, Кушина-химе, - представил меня Шу, с грацией носорога нарушив сразу несколько правил этикета. – Она согласилась посмотреть тебя!
Женщина склонилась в глубоком официальном поклоне сайкэйрэй, я же с выражением посмотрела на парня, вопросительно подняв одну бровь.
- А! Кушина-химе, это Мичико-ане-сан, о которой я говорил.
Будучи гостьей, да ещё и вышестоящей по положению, я ограничилась обычным поклоном-эсяку. Не совсем верно в данном случае, но после подобного знакомства строгие рамки официального стиля смело можно игнорировать.
- Ане-сан, Кушина-химе согласилась посмотреть тебя.
- Ну, что вы, в этом нет никакой необходимости!
- Конечно, есть!
- Кушина-сама, простите нас за беспокойство! Шу-кун склонен преувеличивать, со мной всё хорошо и я скоро совсем поправлюсь!
Следующие минут пять я внешне бесстрастно переводила взгляд с одного кричащего человека на другого. Причем один, то есть одна, ещё и непрерывно кланялась. Подглядывающие за цирком дети в количестве трёх штук служили фоном, на них можно не обращать внимания.
По мере развития скандала шум нарастал, равно как и росло желание налепить на обоих парализующую печать. К сожалению, нельзя. Поэтому я вытащила доску и, написав на ней «Я хотела бы выпить чашку чаю», сунула надпись под нос хозяйке. То есть не прямо под нос, конечно, но достаточно близко.
- Ой! – схватилась та за голову. – Простите, Кушина-сама. Я сейчас, сейчас!
Ситуация, конечно, комичная. И с моей стороны небольшая наглость, и с её – полная непочтительность.
Спустя минут десять мы втроем сидели вокруг низенького столика, на котором Мичико-сан споро выставила чашки, чайник, котелок с кипятком и небольшое блюдо со сладостями. Детишек куда-то прогнали, поэтому в дверях они не маячили. В молчании заварили чай, немного подождали, пока напиток остынет, выпили первую чашку, и только после этого я снова взялась за мел.
- Мичико-сан, ваш брат не доставил мне никаких неудобств. Рада познакомиться с его семьей. Давно хотела.
В ответ женщина пробормотала стандартную фразу о собственном недостоинстве. Ожидаемо.
- Его просьба не представляет сложности. Наоборот, мне нужна практика. Позвольте помочь.
Словом, уговорили. Мичико-сан принесла документы, выданные ей в больнице, я просмотрела их, провела сканирование Шосеном. Да, знакомая проблема. Неудивительно, что за лечение запросили большие деньги.
- Вам придётся освоить трансформацию чакры в медицинскую.
- Это, наверное, сложно? – нахмурилась женщина. – Я во время службы с Суйтоном как ни возилась, а все равно плохо получалось.
- Надо. Вливать чужую – не так полезно.
- Ох. Ну, значит, буду стараться. Большое спасибо, Кушина-химе!
- Зайду завтра, - пообещала я. - Принесу упражнения.
- Не утруждайте себя, Кушина-химе!
Мне-то как раз не сложно.
Пока возвращалась домой – Шу счёл своим долгом проводить меня – вспоминала всё, связанное с преждевременной деградацией очага. Именно эта редкая болезнь обнаружилась у Мичико-сан. Среди Узумаки, в отличие от других кланов, практически не встречаются люди со злокачественными мутациями системы циркуляции чакры. Проблемы совместимости геномов не возникает – в самом худшем случае ребенок получает «чистую» кейракукей, лишенную наследия крови обоих родителей.Зато нас не миновала другая беда шиноби – медленное угасание очага.
Чакра, если вдуматься, мало чем отличается от эликсира вечной жизни, настолько эффективно она лечит организм и поддерживает его в тонусе. С возрастом количество необходимой чакры увеличивается, поэтому чем эффективнее работает очаг и чем он больше, тем дольше срок жизни. Беда в том, что постепенно очаг начинает работать всё хуже и хуже, лишенная полноценной подпитки система циркуляции усыхает, следом притока энергии лишаются внутренние органы… Наступает старость, тело дряхлеет и довольно быстро перестает работать совсем.
Конечно же, существуют методики раскачки очага и его стимуляции. Много методик. Основная часть предназначена для молодых шиноби, даже не генинов, однако некоторые, чисто медицинские, призваны бороться с деградацией.Назначенное Мичико-сан лечение не особо сложное, но муторное и требует особых навыков, в частности, хорошего контроля и знания некоторых медитационных техник.
Научится, куда она денется. Жить калекой она не захочет, а Узумаки без чакры это именно что калека. Вдобавок я уже прикинула, как можно упростить процесс с помощью кое-каких печатей, так что первый этап пройдем быстро. Ей же не нужно становиться полноценным ирьенином, достаточно освоить несколько приёмов.