Немая смерть.

Старостой в деревне оказался тщедушный однорукий мужичок по имени Ватари-сан, он вместе с двумя совсем старыми перцами встретил нас на чем-то, напоминающем центральную площадь поселка. В группу поддержки, кажется, отбирали тех, кого не жалко – очень уж убого старички выглядели.

- Для нас большая честь встретить доблестных шиноби в нашей деревне, - принялся низенько кланяться староста. – Меня зовут Ватари, милостью господина нашего, Торуне Кагемару-сама, я назначен старостой этой деревни. Не погнушайтесь, позвольте угостить вас чаем в моем скромном жилище.

- Чай – это хорошо, - согласился сенсей. – Заодно расскажешь, что за банда у вас тут хозяйничает. Ваш господин нанял нас разобраться с ней.

- О, так вас прислал Кагемару-сама! – расслабился мужичок. – Очень, очень хорошо! Прошу вас, пойдёмте!

Жил староста неплохо, потому что в его доме имелись внутренние перегородки, а пол был целиком покрыт сплетенными из рисовой соломы татами. Кроме того, здесь же стояла металлическая жаровня, что для деревни очень круто. Чай оказался незнакомым, хотя и неплохим, по-видимому, какой-то местный сорт, предложенные к чаю рисовые колобки и сладости тоже пошли на ура, так что при других обстоятельствах мы могли бы чуть расслабиться и наслаждаться отдыхом. К сожалению, настроение портили малоаппетитные подробности, рассказываемые Ватари-саном.

- Два месяца назад они пришли, двадцать человек с оружием. Ивао-куна и Масару-куна зарезали, Ясуо-куна насмерть забили, остальных в амбар загнали и заперли, только девок себе оставили. Хикари-тян повесилась потом. Вечером меня к себе позвали и главарь сказал, они здесь теперь хозяева и налог платить им.

- Главаря как зовут? – поинтересовался сенсей.

- Остальные называли его «Тора-сама»

- Тора, «тигр», - фыркнул учитель. – Дальше рассказывай.

- Ну, ушли они, я гонца к управителю отрядил, - вздохнул староста. – Араси-кун у нас самым быстроногим был. На следующий день пришел Тора-сама с подручными, принес в мешке голову Араси-куна, отрубил мне руку и сказал, что в следующий раз всю деревню сожжет, чтобы знали, как его обманывать. Трёх девок они с собой забрали, в услужение. Так и жили.

- Понятно. Нас каким образом наняли?

- Так две недели назад управитель приезжал, - пожал узенькими плечами Ватари-сан. – Налог собрал, за недоимку, знамо дело, выпорол, ну и пообещал сообщить Кагемару-саме о причине убытков и покушение на его, высокорожденного, собственность. Вот, наверное…

- Да уж наверное, - хмыкнул сенсей и выглянул в дверной проём. Солнце ещё не перевалило за полдень. – Кушина-чан, кто-нибудь покидал деревню в последний час?

- Один человек. Полчаса назад. Ушел на северо-запад.

Староста посмотрел на меня с суеверным страхом и втянул голову в плечи. Кажется, напугали его не столько продемонстрированные способности, сколько выписанные на доске кандзи высокого языка.

- Докладывать побежал, - задумчиво поскреб щёку наставник. – В общем, так, староста. Из деревни до завтра никому не выходить. Если всё пройдет без неожиданностей, мы сегодня вечером или ночью с бандой разберемся, принесем головы, подпишешь отчет и, дадут ками, больше я вашу деревеньку не увижу никогда. Команда, уходим.

Примерное направление мы знали, деревенские указали тропку, по которой ушли бандиты, по ней же сбежал предполагаемый лазутчик. Углубившись в лес примерно на сто метров, сенсей остановился.

- Если у кого-то есть умные мысли, самое время их высказать.

Первым, как всегда, успел Шу.

- Вы думаете, они сбегут?

- Похоже, главарь у них не дурак, людей терять не захочет - согласился Кента-сенсей. – Связываться с шиноби не станет. Кстати, почему я считаю, что он не дурак?

Мальчишки переглянулись и пожали плечами.

- Староста упомянул оружие. Мечи. Копья. Дорого.

- Верно, Кушина-чан. Обычные разбойники ходят с луками и дубьем, железо могут себе позволить только удачливые банды. А у удачливых банд всегда умный главарь, - сенсей поморщился. – В общем, нужно их сегодня брать, иначе завтра они вглубь леса уйдут и ищи-свищи ветра в поле. Следы видите?

Мы дружно посмотрели под ноги. Ничего не разглядели и беспомощно воззрились на наставника. Тот, кажется, хотел сказать что-то матерное, но сдержался. Взамен спросил:

- Вас же этому в школе должны были учить?

- Ну, выводили нас в лес, показывали, как рыбу ловить и какие корешки выкапывать, - припомнил Дайсукэ. – Так когда это было?

Сенсей безнадежно оглядел нас, уделив особое внимание моей фигуре, согнутой в поклоне «извинение перед справедливым гневом вышестоящего», и присел на корточки:

- Ладно, смотрите.

Тропа, если присмотреться, оказалась довольно натоптанной, ходили по ней часто. Разглядеть след было легко. Примерно спустя час команда вплотную подобралась к лагерю бандитов, наполненному суетливой деятельностью, быстро пересчитала противников (староста завысил их число) и залегла в сторонке. Совещаться. На том, чтобы сначала подобраться поближе, настаивал Шу, напиравший на необходимость тщательнейшей разведки местности. Аргумент правильный, поэтому я не возражала, хотя Шу, кажется, просто не сиделось на месте.

Парням по пути досталось. Они торопились вперед и чуть не влипли в секрет часовых, если бы не сенсей, нас бы точно заметили и успели поднять тревогу. Оплеух напарники получили неслабых и за дело, ибо косяк серьёзный.

Разбойники действительно собирались уходить, однако лагерь сворачивали ни шатко, ни валко. Вообще, впечатление они производили двоякое, потому что одеты были в вещи добротные, но грязные, неухоженное оружие в руках держали непрофессионально, зато железный нож был у каждого, для ночёвки построили полноценные хижины из бамбука и в то же время не озаботились выкопать яму под отхожее место… Составить план нападения мы успевали. Сенсей от обсуждения самоустранился, Шу предлагал лихим наскоком ворваться и всех поубивать, Дайсукэ хотел сначала закидать врага железом, ну а потом ворваться и всех поубивать. Что характерно, сомнений морального плана оба не испытывали. Им с детства вбивали в головы, что есть враги, есть немногочисленные союзники и есть все остальные, чьи жизни ничего не стоят.

Меня проводимая в клане психологическая накачка тоже задела, во всяком случае, то, что вот данных конкретных особей надо уничтожить, я понимала и с этим соглашалась. Потому что уйдут они сейчас – и снова начнут грабить, убивать, насиловать. Мы в данном случае не убийцы, а исполнители высшей меры социальной защиты. Самообман? Возможно.

Планы мальчишек я раскритиковала. Взяла доску и написала на ней три пункта:

- Уничтожить часовых. Наставить ловушек вокруг лагеря. Освободить заложниц.

Приятно видеть смущение в глазах окружающих.

Возможности, даруемые чакрой, велики. Органы чувств простого бескланового шиноби намного острее слуха или зрения обычного человека, что уж говорить о таком плоде многовековой селекции, как представитель Узумаки. Дайсукэ, конечно, не настолько одарён, клану Икэда всего лет триста, но он тоже хорош. Проблем с установкой простеньких ловушек не возникло – оба поста были вовремя замечены и обойдены стороной, лески в подходящих местах натянуты, кое-где установлены взрывпечати, реагирующие на тепло. Последних было не так уж и много, потому что они сложнее обычной кибакуфуды и делать их труднее. Решили приберечь.