Немая смерть.

Практика

Техника «Теневого деления тела» широко известна в разных вариациях, и до Эпохи деревень практически в каждом серьёзном клане её адаптировали под себя. Иногда успешно, иногда не очень. Достоинствами техники являются простота и высокая самостоятельность создаваемых клонов, недостатками – чакрозатратность и сенсорный шок пользователя в момент развеивания.

Тот вариант, который изучала я, считался хиденом Узумаки и передавался исключительно из уст в уста. Мне его показал и объяснил нюансы Акено-сенсей, недовольный пропусками ученицы части занятий. Точнее говоря, не ученицы, а на тот момент младшей помощницы ирьенина С-ранга, потому что ему крайне настойчиво посоветовали с самого верха не делать глупостей и найти кого-то более достойного. Заниматься поисками сенсей не пожелал, но и от официальной церемонии воздержался. В результате я числюсь в госпитале на мелкой должности и в то время, когда не нахожусь на миссиях, всю вторую половину дня ухаживаю за больными или зубрю что-нибудь полезное.

Техника гениальная, без кавычек. Создавать с помощью чакры и минимумом ручных печатей полноценное тело, способное есть, пить, пахнуть и за исключением мелких нюансов полностью дублировать оригинал… Повторюсь, её придумал гений – или верны смутные легенды, повествующие о разрушенной катастрофами древней сверхцивилизации.

- Кушина-чан, мне будет крайне неприятно откачивать тебя от микроинсульта, - объяснял Акено-сенсей на самом первом занятии, – поэтому чакры вкладывай минимум и клона сразу развеивай. И количество, и время поддержания техники надо повышать постепенно.

- Да, сенсей. А сколько всего можно создать клонов?

- В теории количество не ограничено, но я не слышал, чтобы создавали больше сорока, причем буквально на несколько секунд. Обычно в бою используют трех-четырех, мне для работы хватает одного, зато он существует несколько часов, иногда даже сутки.

- Спасибо, сенсей.

Подготовительный период медитаций и упражнений на развитие памяти занял два месяца, и только после него Акено-сан показал последовательность ручных печатей и, главное, объяснил, через какие внутренние потоки прогонять чакру для большего эффекта. Понятия не имею, как в том аниме подросток мог освоить Теневое деление с первого раза. Каге Буншин хоть и считается В-рангом, однако изучается долго и свой потенциал раскрывает через годы тренировок. Я сейчас, спустя год занятий, уверенно держу одного клона половину дня или трёх в течение десяти минут, и это считается очень хорошим результатом.

Для меня Теневое деление стало преимущественно мирной техникой. В больнице отдежурить, ниндзюцу потренировать, на задании поскорее вокруг лагеря ловушек наставить или сходить, разведать что-то подозрительное. Для боя Каге Буншин подходит слабо из-за слишком большого количества информации, которой приходится оперировать, и быстрого расхода чакры. Батарейка садится, образно говоря.

Исключение составляют миссии по зачистке.

До определенного момента жизнь нашей команды проходила в простом и понятном ритме – семь-десять дней на задании, неделя отдыха и снова миссия. Мы сопровождали караваны, доставляли посылки и ценные письма, охраняли каких-то мутных землекопов, называвших себя рудознатцами, и занимались тому подобной мелочевкой. Пока однажды Кента-сенсей не решил, что щенки натасканы достаточно и пора им попробовать крови.

- Ликвидация банды, - сообщил он, вернувшись от Саске-самы. – Забросим посылку в Кеши и там же найдем деревню Бобровку, её староста сообщит подробности.

Не считая первого раза, все задания сенсей брал один и потом доводил до нас, что считал нужным. И, да – мы снова были в стране Горячих Источников. Почти все наши миссии проходили здесь, в стране Огня команда работала редко.

- Банда крупная? – деловито спросил оживившийся Шу.

- Человек десять. Выступаем через пятнадцать минут.

- Как думаете, там шиноби есть? – уже направляясь в свою комнату за вещами, озвучил общий вопрос Дайсукэ.

Я отрицательно покачала головой. Откуда? Первая миссия, связанная с убийством людей, по определению не может быть сложной. Иначе сенсей её бы просто-напросто не взял.

- Не должны, - согласился Шу. – Разве что генин какой-нибудь залетный появится.

- Вот и я думаю, - согласился Дайсукэ. – Сильные нукенины сейчас все в гакуре нанимаются, за амнистию и деньжат срубить по-быстрому.

- Угу. Вольные кланы тоже воюют, что им какая-то деревня.

- Да вольняшкам сейчас раздолье – все заказы их!

За разговором мы успели забрать вещи из номеров, отметиться в книге прибытия-отбытия и вернуться к месту встречи с начальством. Оно, начальство, жевало травинку и пристально гипнотизировало здоровенные башенные часы, и можно не сомневаться – точно в назначенный срок оно уйдёт, да ещё и чакросокрытие наложит, чтобы найти трудней. Нет уж, мы в догонялки играть не намерены.

- Сенсей, а вольных кланов много осталось?

- Смотря где, Шу-кун, - наставник ничуть не удивился вопросу. – В стране Чая их хватает, на южных архипелагах за океаном Канаши – тоже. Гакуре не любят, когда на их территории сидят неподконтрольные шиноби, и тем или другим способом их придавливают. Но не до конца – некоторые кланы приносят присягу напрямую даймё, их трогать нельзя. Или, скажем, для грязных делишек лучше использовать кого-то чужого, чтобы в случае чего остаться чистеньким.

- Я думаю, им сейчас самое время работать. Шиноби из деревень воюют, заказы брать не берут, но купцы ведь продолжают товар возить. Обозы-то защищать надо или там конкурентам поджог устроить.

- Как сказать. Торговые пути из-за войны нарушены, налоги правительства задрали, из-за поборов крестьяне разоряются и идут в бандиты. Банд становится больше, ездить по дорогам опаснее, многие купцы предпочитают переждать смутное время. Так что у вольных шиноби тоже всё не просто.

Шу почесал голову, призадумавшись, затем махнул рукой.

- Пофиг. В этой Бобровке им по любому делать нечего.

- Тебе-то какая разница!? – ехидно улыбнулся сенсей. – Нет там шиноби – миссия легкая и закончится быстро. Есть шиноби – повышение до В-ранга, больше денег и отметка в деле. И так и так ты в выигрыше.

- Блин, точно! Как сам не допёр!

Кенте-сану нравился Шу-кун. Полагаю, из-за некоего внутреннего родства, сенсей в молодости наверняка был таким же задиристым грубияном, малопочтительным к авторитетам и готовым тренироваться до упаду. Это сейчас он пообтесался, речь стала более правильной, с вкраплением оборотов из высокого языка, а жизненный опыт стесал острые углы и придавил темперамент плитой воли. Характером оба похожи, просто в одном случае надо сделать поправку на возраст. У них даже стихийная предрасположенность одинаковая – Огонь и Земля. Нам с Дайсукэ приходится осваивать свои стихии по свиткам или с редкой помощью знакомых сенсея, приглашённых по такому поводу. Кажется, в обмен он дает уроки их ученикам.

Дорога до Бобровки много времени не заняла - добежали и всё, разве что посылку по пути доставили. Деревеньку найти оказалось несколько сложно, потому что сенсей самоустранился, мы дороги не знали, а с картами в этом мире напряг. Тем не менее, справились, спасибо хенге и сверхобщительности Шу.

Деревня при нашем появлении словно вымерла. Буквально только что по улицам бегали дети, перекрикивались женщины и о чем-то судачили старики, и вдруг не стало никого. Только доносится тихое дыхание из-за тонких тростниковых стен да кое-где поблескивают в щелях испуганные глаза.