Немая смерть.

Сенсей перехватил меня в коридоре, когда я, слегка расслабленная после помывки, возвращалась в номер.

- Скажешь охламонам, что тренировок никто не отменял. Завтра в семь встречаемся внизу, перед выходом из посольства.

В семь, так в семь.

Утро началось, само собой, непросто. Мальчишки с непривычки всю ночь ворочались на слишком мягких постелях и заснули поздно, пришлось их будить. Сначала снимать внешний барьер, прикрывающий дверь со стороны коридора, потом вскрывать замок и напоследок взламывать внутренний барьер. На всё ушло минут пятнадцать и то только потому, что барьеры простенькие, отсекающие звук и другие вибрации. Дольше всего провозилась с замками, хотя в школе по «Взлому и проникновению» стабильно получала высший балл и очень этим гордилась.

Перекусив на скорую руку в местной столовке, к назначенному сроку мы ожидали наставника в указанном месте. Кстати, довольно любопытном. На первый взгляд, в представительство можно попасть всего через одни ворота, охраняемые двумя шиноби, сидящими в караулке. Подозреваю, еще две парочки сидят где-то поблизости, но вычислить их местоположение пока не могу – многочисленные барьеры мешают сенсорике. Логически я предположила, где должны находиться засады, но проверить никак.

Появившийся сенсей традиционно ничего не ответил на пожелание доброго утра и коротко приказал идти следом. Маршрут пролегал как-то странно. Сразу по выходу из ворот мы повернули налево, дошли до перекрестка, там снова повернули налево, дошли до следующего перекрестка… Так и ходили по расширяющейся спирали. Город, даром, что портовый, относительно небольшой и за три часа мы обошли его весь, за исключением складов и совсем уж унылых трущоб. Причем в некоторых местах задерживались, например, по рынку побродили основательно.

Там сбылась моя мечта – я купила небольшую грифельную доску с набором мелков. В школе Узушио то ли не было подходящей по размерам, то ли учителя опасались помогать попавшей в опалу, не знаю. Теперь надо фуин для укрепления нанести, чтобы не разломать подольше.

Рано или поздно всё кончается, закончилась и пешая прогулка по городу. Примерно в получасе неторопливой ходьбы от крайних домов нашлась полянка, укрытая деревьями от постороннего взгляда. Мы-то думали, сейчас начнётся привычное «приседать, пока не прикажу остановиться» или нечто подобное, но сенсей снова доказал умение рвать шаблоны.

Он обвел нас тоскливым взглядом, закрыл глаза и тихо застонал, словно у него зубы внезапно заболели. Тяжело выдохнул.

- Шиноби, желающий прожить подольше, должен знать территорию, на которой ему предстоит работать. Чем подробнее, тем лучше. Минимальным уровнем осведомленности считается такое знание местности, при котором известны основные улицы, ключевые объекты, как-то дворцы, кварталы кланов и знати, рынки, порт…

Фактически, это была лекция. Короткая, буквально выжимка по ориентировке на местности, зато предельно насыщенная и информативная. Мы оценили подвиг сенсея, обычно предпочитавшего давать объяснения с помощью пары слов и палки, парни вроде дышали через раз, настолько внимательно слушали. К сожалению, счастье продлилось недолго, и наставник перешел к практике:

- Мимо скольких храмов мы прошли? Сколько чиновных учреждений видели? Сколько шиноби встретили? Каких стран или кланов? Где они предпочитают собираться? Чьи гербы на домах вокруг нашего квартала? Сколько крупных кораблей в порту? Откуда они прибыли, что привезли?...

Самым наблюдательным, пожалуй, оказался Дайсукэ, а Шу занял уверенное первое место на конкурсе «Почувствуй себя дебилом», на все вопросы ответив неправильно. Хотя, когда сенсей приказал описать город, Шу указал такие подробности, на которые мы с Дайсукэ совсем не обратили внимания.

После того, как наставник закончил высказывать свое нелицеприятное мнение о наших умственных способностях, он обрадовал сообщением, что теперь подобные опросы будут проводиться довольно часто. И лучше бы нам понять, что от нас требуется. Закончив свой прочувствованный спич, он ещё часик отводил душу, пиная беззащитных подчинённых, а затем свалил, выдав домашнее задание и пожелание не попадаться ему на глаза до завтрашнего утра.

Надо сказать, что и Шу, и Дайсукэ за словом в карман не лезли и на все высказывания сенсея пытались давать ответ. За что закономерно огребали. Практика практикой, но лечить их болячки после каждой тренировки порядком надоело, только тем и объясняется тот факт, что я попыталась вправить им мозги.

- Вот козел, - простонал Шу, усаживаясь на землю и поводя плечами. – Всю спину мне отбил, гад.

- Нам повезло с сенсеем. Очень, - написала я на доске, с удовольствием обозрев результат. Намного удобнее, чем на бумаге.

- Чем повезло-то? Другие команды давно на миссии ходят, и лечить их после каждой тренировки не надо.

- Он нас учит.

- И чё? Типа, всех учат, - высказался Дайсукэ.

- Учить можно по-разному. Большая часть наставников встречается с командой пару раз в неделю, даёт задание и не всегда проверяет результат.

- Да ладно, - не поверил Шу. – Мне Арата-кун говорил, у него тоже тренировки каждый день.

- С командой или семьей?

- Э, да я как-то не спрашивал.

- Генинов тренируют близкие родственники.

- Фига се, я не знал. Но мог бы не лупить со всей силищи-то!

- Он не лупит. Удары строго дозированы. Вы же ещё живы.

- Вот не надо так шутить! – возмутились охламоны едва ли не хором.

- Я не шучу, - обвела обоих тяжелым взглядом. То, что они не понимают простых вещей, здорово раздражало. - Вспомните, какими были три месяца назад, и сравните сейчас.

- Ясное дело, пошустрее стали - зубы-то жалко!

Несмотря на показное ворчание, мальчишки призадумались. Для начала неплохо, а потом сами поймут, что к чему.

Сокомандники у меня не глупые, просто ограниченные и по жизни неустроенные. Что Шу, загорелый крепыш со слегка наивным выражением лица, что Дайсукэ, русоволосый и голубоглазый стройняшка – ими ведь никто особо не занимался. Кормили, поили, присматривали, не болеют ли, для проформы ругали за прогулы школы, тем воспитание и ограничивалось. Сейчас их впервые в жизни начали учить всерьез, отчего парням с непривычки приходится туго.

Личность сенсея тоже сказывается. Кента-сан – мужчина жесткий, решительный, к сантиментам не склонный, зато с привычкой доводить начатое дело до конца. Характер у него очень непростой, иначе в чунинах бы не сидел. Юмико-сама как-то обмолвилась, что неблагонадежную сунули в команду к неблагонадежному, поэтому думаю, что не одна я здесь конфликтую с Узукаге и его ближними.

То, что для нашей тройки было Событием, для всех остальных давно стало рутиной. Перед отправкой сенсей перекинулся парой слов с ведущим каравана, шлепнул на документы первую печать (в знак того, что мы прибыли вовремя) и рассадил нас на разные телеги. Меня впереди, Шу в конце, Дайсукэ примерно посередине. Сам он намеревался ехать вместе со мной.

- Купцы знают, что ты ирьенин, - заметил он, устраиваясь на мешках рядом. – Лечение попутчиков не входит в твои обязанности, так что посылай или бери плату.

Я благодарно поклонилась, принимая совет, грубоватый по форме, но ценный по сути.

Спокойно и без лишней суеты обозники впрягли коней в загруженные с вечера возы и начали один за другим покидать склад. Система отлажена, каждый знает свое место, никто не суетится. Пожалуй, во всем караване нервничали только молодые охранники-шиноби, но клоны наставника не дадут им наделать глупостей.